Фандом: Гарри Поттер. На турнир «Взгляд в будущее» Пара 23: Джордж Уизли, Аргус Филч, Ханна Аббот. Годы: 2017, 2005 Выбранные персонажи: Джордж Уизли, Ханна Аббот, Аргус Филч. Год 2005. Джордж — весёлый шутник и изобретатель, держится молодцом, но всё чаще в его шутках слышен сарказм. Ханна уверена: в магическом мире надо жить по магическим законам, и каждые семь лет выпадает шанс изменить свою жизнь. Только Филч по-прежнему предпочитает общество Миссис Норрис и швабры. Разве не так?
Добавить в моё избранное
33 мин, 57 сек 539
Все спешили за покупками: перьями, чернилами или новой мантией. Гермиона тоже заглянула в магазин, чтобы среди полок с безголовыми шляпами отыскать своего мужа.
— Здравствуй, милый! Ещё не освободился?
Рон с трудом оторвался от чертежа магической схемы, чтобы произнести что-то вроде:
— Сейчас мы тут доделаем. Дай немного времени.
Она с интересом взглянула на исчерченные листы, кое-где дополненные ценными указаниями, сделанными самым кривым почерком на свете.
— Может, здесь надо… — начала она, но её тут же прервали.
— Нет-нет-нет! — замахал руками Джордж. — Семейные дела Уизли не терпят женского вмешательства!
Гермиона в упор посмотрела на него, выразительно подняв брови:
— Здравствуй, Джордж.
— Конечно, — он примирительно поднял руки. — Ты — тоже Уизли. Но дай нам доделать наш небольшой…
— Эксперимент, — подсказал Рон.
— Возможно, мы на пороге великого открытия.
— Но, скорее всего, нет.
— Малыш Ронни, — Джордж повернулся к нему, — ты проявил себя верным делу помощником, но твоя мораль слаба. Я освобождаю тебя от обязанностей.
— Что? — не понял он.
Джордж состроил страшную гримасу и начал говорить громким шепотом:
— Иди успокой жену. Не то эта ведьма может разнести весь магазин. Потом по щепочке собирать придется.
Но Гермиона и не думала сердиться. Наоборот, происходящее весьма её позабавило. Она сочувственно склонила голову:
— Дорогой, буду ждать тебя дома.
И тут же аппарировала прямо из магазина. Рон даже возразить ничего не успел.
— Мистер Уизли, я закрываю кассу? — уставшим голосом спросила Верити.
— А что, уже пора? — Джордж взглянул на часы. — Надо же! Время закрывать магазин! Спасибо, Верити, можешь взять лихорадочных леденцов для Джейн и Майкла. До завтра!
Когда она ушла Джордж с улыбкой заявил:
— Мне нравится новая Гермиона! Мало спорит, много улыбается. Что ты с ней сделал?
Рон застыл, словно его застигли на месте преступления.
— Пока ничего, — с трудом выговорил он.
— Да ладно! — Джордж с размаху хлопнул брата по плечу. — Уверен, отцовство пойдет тебе на пользу. Посмотри на меня, раньше я бы и пяти минут не усидел над бумагами. А теперь — хоть весь день напролет.
— Анжелина все ещё не в настроении? — догадался Рон.
— Утром метала громы и молнии, потому что я не услышал, как она чихнула в другой комнате. Но ведь у меня всего одно ухо! — он покачал головой, неожиданно посерьезнев. — Что поделаешь, я безухий, а она носит уже второго нашего ребенка. У малыша Фредди порой случаются совершенно стихийные выбросы магии. Недавно мы с ним возились в гостиной, а он возьми и подожги шторы на окне.
— Ого! — отозвался Рон. — И что ты сделал?
— Ничего. Стоял, как идиот, посреди комнаты, а все заклинания из головы куда-то пропали. Я тогда думал, Энжи выставит из дома нас обоих. Огонь сильно подпалил её мандрагоры, которые стояли на подоконнике. Но её можно понять, — он покивал каким-то своим мыслям, затем встряхнулся и снова стал «веселым Джорджем». — Нет, я люблю эту бестию. Утром она в ярости, к обеду милая и ласковая. Это никогда не наскучит!
— Но вечером она снова будет вне себя.
— Именно! Поэтому за работу, братец. Книга сама себя не посчитает, пока мы её не заколдуем.
Они снова склонились над чертежами.
— И все же про нас с Гермионой ещё рано что-то утверждать, — напомнил Рон.
— Заметано, — откликнулся Джордж.
Они скрипели перьями и вновь наполняли чернильницы магическими чернилами. Спорили, выходили на свежий воздух проветриться, или, наоборот, взорвать особо вонючую навозную бомбу.
— В целях науки, — объяснял Джордж, а Рон многозначительно кивал в ответ.
Пока их не отвлек негромкий стук в окно. Прилетела сова с запиской.
— От Анжелины, — сказал Джордж, с опаской отвязывая послание.
— Что там? — спросил Рон. — Пора домой?
— Нет, — улыбнулся он, пробегая строчки. — Я не мог и мечтать об этом, но, кажется, она успокоилась. Просит, когда буду возвращаться, не шуметь на кухне. Затеяла какие-то пироги, а тесто боится громких звуков и может убежать.
— Это Анжелина написала? — удивился Рон.
В его представлении жена брата вполне могла быть злобной фурией, но вообразить бывшего гриффиндорского капитана наедине с пирогами он категорически не мог.
— Если хорошенько подумать, в этих перепадах настроения есть особая прелесть. Только успел ко всему привыкнуть, как она снова тебя удивляет. Подумать только, пироги! — восклицал Джордж, но по выражению лица невозможно было понять, рад он этому, или нет.
— Что будешь делать? — спросил Рон.
Джордж пожал плечами.
— Аппарирую в сад или огород. В первый раз что ли?
— Здравствуй, милый! Ещё не освободился?
Рон с трудом оторвался от чертежа магической схемы, чтобы произнести что-то вроде:
— Сейчас мы тут доделаем. Дай немного времени.
Она с интересом взглянула на исчерченные листы, кое-где дополненные ценными указаниями, сделанными самым кривым почерком на свете.
— Может, здесь надо… — начала она, но её тут же прервали.
— Нет-нет-нет! — замахал руками Джордж. — Семейные дела Уизли не терпят женского вмешательства!
Гермиона в упор посмотрела на него, выразительно подняв брови:
— Здравствуй, Джордж.
— Конечно, — он примирительно поднял руки. — Ты — тоже Уизли. Но дай нам доделать наш небольшой…
— Эксперимент, — подсказал Рон.
— Возможно, мы на пороге великого открытия.
— Но, скорее всего, нет.
— Малыш Ронни, — Джордж повернулся к нему, — ты проявил себя верным делу помощником, но твоя мораль слаба. Я освобождаю тебя от обязанностей.
— Что? — не понял он.
Джордж состроил страшную гримасу и начал говорить громким шепотом:
— Иди успокой жену. Не то эта ведьма может разнести весь магазин. Потом по щепочке собирать придется.
Но Гермиона и не думала сердиться. Наоборот, происходящее весьма её позабавило. Она сочувственно склонила голову:
— Дорогой, буду ждать тебя дома.
И тут же аппарировала прямо из магазина. Рон даже возразить ничего не успел.
— Мистер Уизли, я закрываю кассу? — уставшим голосом спросила Верити.
— А что, уже пора? — Джордж взглянул на часы. — Надо же! Время закрывать магазин! Спасибо, Верити, можешь взять лихорадочных леденцов для Джейн и Майкла. До завтра!
Когда она ушла Джордж с улыбкой заявил:
— Мне нравится новая Гермиона! Мало спорит, много улыбается. Что ты с ней сделал?
Рон застыл, словно его застигли на месте преступления.
— Пока ничего, — с трудом выговорил он.
— Да ладно! — Джордж с размаху хлопнул брата по плечу. — Уверен, отцовство пойдет тебе на пользу. Посмотри на меня, раньше я бы и пяти минут не усидел над бумагами. А теперь — хоть весь день напролет.
— Анжелина все ещё не в настроении? — догадался Рон.
— Утром метала громы и молнии, потому что я не услышал, как она чихнула в другой комнате. Но ведь у меня всего одно ухо! — он покачал головой, неожиданно посерьезнев. — Что поделаешь, я безухий, а она носит уже второго нашего ребенка. У малыша Фредди порой случаются совершенно стихийные выбросы магии. Недавно мы с ним возились в гостиной, а он возьми и подожги шторы на окне.
— Ого! — отозвался Рон. — И что ты сделал?
— Ничего. Стоял, как идиот, посреди комнаты, а все заклинания из головы куда-то пропали. Я тогда думал, Энжи выставит из дома нас обоих. Огонь сильно подпалил её мандрагоры, которые стояли на подоконнике. Но её можно понять, — он покивал каким-то своим мыслям, затем встряхнулся и снова стал «веселым Джорджем». — Нет, я люблю эту бестию. Утром она в ярости, к обеду милая и ласковая. Это никогда не наскучит!
— Но вечером она снова будет вне себя.
— Именно! Поэтому за работу, братец. Книга сама себя не посчитает, пока мы её не заколдуем.
Они снова склонились над чертежами.
— И все же про нас с Гермионой ещё рано что-то утверждать, — напомнил Рон.
— Заметано, — откликнулся Джордж.
Они скрипели перьями и вновь наполняли чернильницы магическими чернилами. Спорили, выходили на свежий воздух проветриться, или, наоборот, взорвать особо вонючую навозную бомбу.
— В целях науки, — объяснял Джордж, а Рон многозначительно кивал в ответ.
Пока их не отвлек негромкий стук в окно. Прилетела сова с запиской.
— От Анжелины, — сказал Джордж, с опаской отвязывая послание.
— Что там? — спросил Рон. — Пора домой?
— Нет, — улыбнулся он, пробегая строчки. — Я не мог и мечтать об этом, но, кажется, она успокоилась. Просит, когда буду возвращаться, не шуметь на кухне. Затеяла какие-то пироги, а тесто боится громких звуков и может убежать.
— Это Анжелина написала? — удивился Рон.
В его представлении жена брата вполне могла быть злобной фурией, но вообразить бывшего гриффиндорского капитана наедине с пирогами он категорически не мог.
— Если хорошенько подумать, в этих перепадах настроения есть особая прелесть. Только успел ко всему привыкнуть, как она снова тебя удивляет. Подумать только, пироги! — восклицал Джордж, но по выражению лица невозможно было понять, рад он этому, или нет.
— Что будешь делать? — спросил Рон.
Джордж пожал плечами.
— Аппарирую в сад или огород. В первый раз что ли?
Страница 2 из 10
