Звездочеты

1. Магориан и Ронан

Магориан проснулся от кукования прямо над головой. Полежал, посчитал, усмехнулся и поднялся. Хлестнул хвостом по бокам, освежая чувствительность. Сменил рубаху, накинул на плечи куртку. Это только летом кентавр может ходить без одежды, а зимой — это несколько необдуманно. И без оружия ходить — тоже не очень обдуманно. Магориан не относился к не обдумывающим свои действия кентаврам.

Выходя из палатки, «жаворонок» окинул взглядом стойбище. Как ни пытались кентавры опередить вождя в пробуждении — не выходило. Снег скрипел под копытами, вождь обходил границы своих владений.

Внезапно взгляд зацепил акромантула, сползающего с одного из деревьев. Совершенно обнаглели твари — не боятся даже так близко подходить.

Пока стрела ложилась на тетиву, Магориан опустил взгляд — ведь не просто так же паук покидал место засады.

Под деревом, и ухом не поводя, стоял фестрал и зарывался мордой в снег. Стрела пронзила головку паука, и тот тяжело упал на снег рядом с фестралом. Крылатый конь смерти возмущенно заржал и скрылся в чаще. Так и есть — снег в том месте, где топтался фестрал, был окрашен чем-то алым, и Магориан не заблуждался на тему наличия в огромном лесу человеческих красок. Вероятность того, что даже Лейну принялась рисовать, была низка, да и потом — Лейну бы собрала щитовок и сделала бы краску из них. А значит, кровь.

А следы крови с утра пораньше совсем вблизи от поселения кентавров — это повод для волнения.

Рог вождя запел песню срочного подъема. Из палаток начали выглядывать встрепанные и не очень кентавры.

— Проверьте, все ли на месте, — коротко приказывал Магориан, иноходью пробегая по лагерю.

Недолго пришлось — не нашелся младший сын племени — Хименейр, появившийся только в прошлом году.

— Разделиться по четверо, прочесать лес, — если юный кентавр попался акромантулам или ночному оборотню — его надо выручать. Если, конечно, еще есть кого выручать.

Магориан, сам того не осознавая, сжимал пальцами короткий узловатый жезл, что был пристроен на перевязи рядом с рогом.

Хотя все и так знали — в дни затемнения Прозерпины слишком велика вероятность смерти и опустошения. Это, конечно, не касалось конкретного племени кентавров, но лишь подчеркивало, что и народ небесных читателей не избавлен от звездной воли.

— Ронан отправился к Арке, — к вождю подошел Бейн, — один.

— Пойду его проверю, — Магориан подхватил копье, проверил достаточность стрел в колчане и немедля двинулся рысью по лесу.

География Запретного Леса была не изучена целиком даже кентаврами, не то что волшебниками.

От мыслей Магориана внезапно отвлек упавший ему на голову сук. Один из раньше положенного проснувшихся лукотрусов извиняющеся скрипнул и снова пополз в свое дупло.

Итак, география. Кентавры кочевали примерно в одной и той же части Леса по вполне объективным причинам — у них здесь находилась святыня. Волшебники бы хотели узнать о её положении, но благодаря шаманизму магическое излучение святыни удавалось скрыть на протяжении уже многих веков. А может, играло роль то, что неподалеку была школа волшебства, чье волшебное излучение могло перекрыть одну небольшую Арку.

По пути Магориан свиделся еще с тремя пикси, которые никак не могли поделить грачиное гнездо, заложил небольшую петлю из-за проснувшегося и разминавшегося Грохха и наконец вышел к поляне.

Ронан стоял у Арки, разглядывая грубоватый камень, из которого она была сложена. Магориан с облегчением тряхнул головой. Он мог понять Ронана, что сегодня встал с утра и отправился сюда. И сегодня он беспокоился за старого друга.

Первый весенний день, солнце светило, снег, разлегшийся по прогалинам, смущенно плакал под столь пристальным вниманием первейшей звезды системы. Месяц Марса начинался с того, что Нептун наливался зеленым светом.

Если бы Магориана спросили, каково это, быть кентавром, Магориан бы ответил — странно. Впрочем, он знал, что произойдет сегодня. Не должен был, но знал. Как и Ронан, сейчас скользящий задумчивым взглядом по камню.

Ронан провел пальцами по покрытому желтым лишайником камню Арки. Черное марево колыхалось, дрожа от нетерпения. Оно ждало.

Над головой затрещала ветка. Ронан вскинул лук, и акромантул, нависший над его головой на своей мерзкой паутине, рухнул к копытам несостоявшейся жертвы, но состоявшегося охотника, с пронзенной стрелой отвратительной головой, запоздало щелкая жвалами. Сколько еще этой мерзости ползает по лесу, сколько еще ее истреблять — конца края не видно.

Повеяло холодом. Все же еще была не весна, и ветер был совершенно не весенний. Ронан поглубже укутался в шерстяную куртку.

— Ты здесь, — Магориан вышел на поляну.

— Где мне еще быть? — Ронан прихватил акромантула за лапу и потащил прочь от Арки. Не место этой ядовитой мерзости рядом со святыней, тем более в такой день.