Фандом: Ориджиналы. Действие происходит в свободном городе Мегаполис, где права эльфов и людей равны.
Добавить в моё избранное
48 мин, 10 сек 3042
И они с Гвен продолжили свой путь.
На этот раз начальник стражи не хотел пускать Мишеля к Лоре Старк, не помогали ни угрозы, ни просьбы. Он был не приклонен. «Наверное, эльфы Империи дали ему немало монет, чтобы он так себя вел», — подумал Мишель, надеясь, что по крайне мере Лили к этому непричастен. Решить эту проблему молодому человеку помог счастливый случай, девушка увидела его, когда в коридор вышла ее служанка и открыла дверь. Она слегка кивнула ему в знак приветствия, и он, воспользовавшись этим знаком внимания, вошел в ее покои. Гвену оставалось только ждать в коридоре, надеясь, что начальник стражи не выкинет его вон.
— Я могу помочь вам, все обвинения будут с вас сняты, и вы сможете вернуться в дом своих родителей, — уговаривал ее Мишель, но она все также сидела грустная и безмолвная.
— Поймите, я знаю, что вы чувствуете, хотя вам кажется, что в целом мире никто не может понять вас. Я тоже когда-то был влюблен в представителя эльфийской расы, и жил только этой любовью и был счастлив, получая ответное чувство, но мы не могли быть вместе, как бы я не старался, не могли. Все вокруг твердили нам, что эльфы и люди — враги, а наше сосуществование не что иное, как преддверие борьбы, в которой будет лишь один победитель. Я пытался изменить это, поддержав мятежника, принца предателя, который стремился изменить сложившиеся отношения между людьми и эльфами. Мой план был абсурден и обречен на неудачу, но теперь, это еще один шанс доказать, что борьба — это не то, что соединяет две расы. Вы любили своего мужа, неужели, вы бы хотели умереть, как его убийца, а не как любящая его жена?
Мишель сам не ожидал от себя столь многословного выступления, ему было тяжело говорить, так как эти слова вскрыли и его старые раны, но он старался быть предельно искренним. Он знал, что другого способа убедить девушку встать на его сторону нет. Лора Старк хранила молчание, и эти мгновения ожидания были весьма напряженными для Мишеля, и, когда он уже был готов поддаться отчаянью, она сказала:
— Вы правы, мой муж не хотел бы, чтобы меня ненавидел весь мир как его убийцу, наш брак был счастливым, и если это даже чудо, то чудо, которое доказывает, что мир между эльфами и людьми возможен.
Мишель был рад этим словам, он посмотрел на Лору Старк, не скрывая своего восхищения, она дала ему проблеск надежды, который ему очень был сейчас нужен.
— Что я должна сделать, чтобы помочь вам? — спросила она, и впервые сквозь стену равнодушия в ее голосе возникли эмоции.
— Ваше платье, на нем должно было запечалиться магическое заклинание, ведь оно было сшито из эльфийского шелка?
Девушка кивнула, она подозвала служанку, и шепнула ей что-то. Через несколько минут та внесла в комнату платье, в котором Лора Старк была в тот роковой вечер. Его не трогали, оно было оставлено в том виде, каким было во время убийства — на синей ткани виднелись пятна крови, но Мишель верил, что на ткани сохранились и другие следы преступления, которые не видны человеческим глазам.
Гвен извелся от ожидания, он ходил взад и вперед под дверью, пытаясь расслышать или хоть краем глаза увидеть, что происходит внутри. Начальник стражи то и дело злобно посматривал на него, но к счастью сдержанно молчал.
— И что он там так долго? — возмутился Гвен, совершая свой очередной путь от конца до начала коридора, и вдруг развернувшись для нового маневра, увидел Лили. Эльф сдержанно кивнул ему и начальнику стражи, присев на один из диванов у стены. Гвен давно не видел его, он помнил эльфа другим, почти ребенком, с милым выражением доверчивости на лице, и смущенной улыбкой. А теперь это был красивый юноша, изысканный и утонченный, полный осознанием собственного превосходства. «Так вот в чем причина всех этих перемен, произошедших с Мишелем», — понял Гвен.
— Вернон, вы не узнаете меня? — смущенно спросил молодой человек, подходя к эльфу, и несколько не удивляясь, что Лили не помнил его. Действительно время изменило Гвен, из нескладного долговязого подростка, он превратился в высокого мужчину с широкими плечами и рыжеватого цвета щетиной на подбородке. Лили бросил на молодого человека внимательный взгляд, а потом вдруг улыбнулся:
— Гвен, я рад вас видеть, — но он лукавил, эльф ничего не ощущал по поводу этой встречи. Гвен вызвал в его сознании лишь смутный образ из прошлого, не стоящий его внимания, единственным, кто когда-то из людей занимал его мысли, был Мишель. И Гвен понял это.
Неловкость, возникшую между ними, прервал скрип открывшейся двери. Из нее вышел Мишель, держа в руках платье Лоры Старк, словно это было невероятное сокровище. Следом за ним появилась и сама девушка.
— Нужно действовать, — сказал Мишель, — нужно немедленно созвать городской совет и проверить, остались ли следы магических чар на платье, если это так, сомнений нет, муж Лоры Старк был убит магическим способом, а значит, она невиновна, — Мишель торжественно посмотрел на Лили, ожидая его реакции.
На этот раз начальник стражи не хотел пускать Мишеля к Лоре Старк, не помогали ни угрозы, ни просьбы. Он был не приклонен. «Наверное, эльфы Империи дали ему немало монет, чтобы он так себя вел», — подумал Мишель, надеясь, что по крайне мере Лили к этому непричастен. Решить эту проблему молодому человеку помог счастливый случай, девушка увидела его, когда в коридор вышла ее служанка и открыла дверь. Она слегка кивнула ему в знак приветствия, и он, воспользовавшись этим знаком внимания, вошел в ее покои. Гвену оставалось только ждать в коридоре, надеясь, что начальник стражи не выкинет его вон.
— Я могу помочь вам, все обвинения будут с вас сняты, и вы сможете вернуться в дом своих родителей, — уговаривал ее Мишель, но она все также сидела грустная и безмолвная.
— Поймите, я знаю, что вы чувствуете, хотя вам кажется, что в целом мире никто не может понять вас. Я тоже когда-то был влюблен в представителя эльфийской расы, и жил только этой любовью и был счастлив, получая ответное чувство, но мы не могли быть вместе, как бы я не старался, не могли. Все вокруг твердили нам, что эльфы и люди — враги, а наше сосуществование не что иное, как преддверие борьбы, в которой будет лишь один победитель. Я пытался изменить это, поддержав мятежника, принца предателя, который стремился изменить сложившиеся отношения между людьми и эльфами. Мой план был абсурден и обречен на неудачу, но теперь, это еще один шанс доказать, что борьба — это не то, что соединяет две расы. Вы любили своего мужа, неужели, вы бы хотели умереть, как его убийца, а не как любящая его жена?
Мишель сам не ожидал от себя столь многословного выступления, ему было тяжело говорить, так как эти слова вскрыли и его старые раны, но он старался быть предельно искренним. Он знал, что другого способа убедить девушку встать на его сторону нет. Лора Старк хранила молчание, и эти мгновения ожидания были весьма напряженными для Мишеля, и, когда он уже был готов поддаться отчаянью, она сказала:
— Вы правы, мой муж не хотел бы, чтобы меня ненавидел весь мир как его убийцу, наш брак был счастливым, и если это даже чудо, то чудо, которое доказывает, что мир между эльфами и людьми возможен.
Мишель был рад этим словам, он посмотрел на Лору Старк, не скрывая своего восхищения, она дала ему проблеск надежды, который ему очень был сейчас нужен.
— Что я должна сделать, чтобы помочь вам? — спросила она, и впервые сквозь стену равнодушия в ее голосе возникли эмоции.
— Ваше платье, на нем должно было запечалиться магическое заклинание, ведь оно было сшито из эльфийского шелка?
Девушка кивнула, она подозвала служанку, и шепнула ей что-то. Через несколько минут та внесла в комнату платье, в котором Лора Старк была в тот роковой вечер. Его не трогали, оно было оставлено в том виде, каким было во время убийства — на синей ткани виднелись пятна крови, но Мишель верил, что на ткани сохранились и другие следы преступления, которые не видны человеческим глазам.
Гвен извелся от ожидания, он ходил взад и вперед под дверью, пытаясь расслышать или хоть краем глаза увидеть, что происходит внутри. Начальник стражи то и дело злобно посматривал на него, но к счастью сдержанно молчал.
— И что он там так долго? — возмутился Гвен, совершая свой очередной путь от конца до начала коридора, и вдруг развернувшись для нового маневра, увидел Лили. Эльф сдержанно кивнул ему и начальнику стражи, присев на один из диванов у стены. Гвен давно не видел его, он помнил эльфа другим, почти ребенком, с милым выражением доверчивости на лице, и смущенной улыбкой. А теперь это был красивый юноша, изысканный и утонченный, полный осознанием собственного превосходства. «Так вот в чем причина всех этих перемен, произошедших с Мишелем», — понял Гвен.
— Вернон, вы не узнаете меня? — смущенно спросил молодой человек, подходя к эльфу, и несколько не удивляясь, что Лили не помнил его. Действительно время изменило Гвен, из нескладного долговязого подростка, он превратился в высокого мужчину с широкими плечами и рыжеватого цвета щетиной на подбородке. Лили бросил на молодого человека внимательный взгляд, а потом вдруг улыбнулся:
— Гвен, я рад вас видеть, — но он лукавил, эльф ничего не ощущал по поводу этой встречи. Гвен вызвал в его сознании лишь смутный образ из прошлого, не стоящий его внимания, единственным, кто когда-то из людей занимал его мысли, был Мишель. И Гвен понял это.
Неловкость, возникшую между ними, прервал скрип открывшейся двери. Из нее вышел Мишель, держа в руках платье Лоры Старк, словно это было невероятное сокровище. Следом за ним появилась и сама девушка.
— Нужно действовать, — сказал Мишель, — нужно немедленно созвать городской совет и проверить, остались ли следы магических чар на платье, если это так, сомнений нет, муж Лоры Старк был убит магическим способом, а значит, она невиновна, — Мишель торжественно посмотрел на Лили, ожидая его реакции.
Страница 10 из 13
