Хрипящий граммофон

У женщин просто не было того, что ему нужно.

Не прерывая поцелуя, Чарли подтолкнул его к кровати и лег сверху, целуя в подбородок, в шею, где лихорадочно бился пульс. Гарри тёрся о его покрытое жесткими волосками бедро, и это странное ощущение одновременно помогало справиться с возбуждением и возбуждало неимоверно. Он растерял остатки самоконтроля и теперь просто трогал и гладил везде, где мог достать. Раз его пальцы случайно коснулись расщелины между ягодиц, но он тут же убрал руки и принялся гладить напряженные ноги. Чарли что-то простонал, но ничего не сказал, он был слишком занят — держал Гарри за бедра и оставлял красные засосы над ключицей.

Наконец Чарли поднялся на колени между его ног, возбуждённый, взлохмаченный, с горящими глазами. Гарри приподнялся на локтях.

— Подожди-ка, — сказал Чарли, доставая палочку. Он налил масло прямо на показавшийся таким большим и тяжелым член, вздрогнув, когда оно попало на набухшую головку: — Черт, холодное!

Гарри хрипло, с трудом дышал, не в силах оторваться от вида руки, размазывавшей масло по члену. Потом до него дошло, в какой позе они лежат и что, кажется, Чарли собирается сделать. Он застыл, как олень в свете автомобильных фар, но Чарли заметил это.

— Ш-ш-ш, — прошептал он, опуская обе руки на член Гарри. — Всё будет хорошо. Верь мне.

Гарри верил, да. Или просто разучился соображать, когда большие, тёплые и очень скользкие руки принялись гладить его подрагивающий член. Кровать скрипнула, когда Чарли снова опустился сверху, взял его руку и направил себе между ног, продолжая ему надрачивать. Гарри неуверенно взял член, потом устроился поудобнее, сжал пальцы и попробовал подвигать сверху вниз. Это было странно — как будто дрочишь не той рукой. Чарли толкался ему в кулак и одновременно сжимал его член, проводя по нему быстрыми, уверенными движениями, которое отдавалось в самых яйцах.

— А теперь так, — и он соединил оба члена. Теперь с одной стороны была его рука, с другой — рука Гарри, и они дрочили одновременно.

Гарри казалось, что его голова взорвалась от наслаждения. Чарли скользил на нём, пульсировал в его руке, тёрся о него бедрами, и Гарри отвечал тем же, подавался вперёд, крепко держась свободной рукой за твёрдое плечо. Язык Чарли скользнул ему в рот, и теперь они целовались, стонали вместе и всё толкались, толкались, толкались друг в друга, пока Гарри снова не увидел звезды. Он громко застонал, выгнулся, вцепившись Чарли в плечо, несколько раз дернулся навстречу Чарли и кончил себе на живот. Чарли уткнулся лицом ему в шею, и это было хорошо, потому что Гарри никак не мог вспомнить, как же люди дышат. Воздух закончился. Чарли тяжело дышал и неистово дрочил себе, пока тоже не кончил на живот Гарри, выдыхая ругательства ему в шею.

Гарри успокоил дыхание и вытащил зажатую между ними липкую ладонь. Чарли навалился на него сверху, щекоча дыханием шею. Вытерев пальцы о простынь, Гарри осторожно погладил его по спине, чувствуя себя полностью расслабленным и очень усталым. Он мог бы заснуть, если бы ему не хотелось замурлыкать от удовольствия. Как можно быть таким счастливым?

Чарли запечатлел мокрый поцелуй на его подбородке, потом на губах. Это был ленивый, долгий поцелуй, полный чего-то, для чего пока не было не было названия, но от чего по коже разбегались мурашки, а на губах появлялась идиотская улыбка. Чарли ничего не сказал, просто посмотрел Гарри в глаза, а потом достал палочку и привел их обоих в порядок.

Гарри начал думать, не перебраться ли ему в собственную кровать, когда Чарли обнял его, прижал к себе и протиснул колено между ног.

— Оставайся.

Это не было вопросом, но зачем спрашивать, если Гарри совершенно не возражал против такого развития событий?

Утро давно наступило, когда Гарри разбудил странный звук. Как будто кто-то стучал — нет, барабанил в дверь. Или в окно? Он поднял голову, но она казалась слишком тяжёлой, и он снова опустил её на что-то твердое, в чем после секундного замешательства признал руку Чарли.

Чарли… Гарри улыбнулся, вспоминая, что случилось ночью. А теперь Чарли спал за его спиной, тяжёлая рука тесно обхватывала его, вторая лежала под головой. Гарри чувствовал себя в безопасности.

Стук повторился. Какого чёрта вообще происходит?

— Что? — крикнул он, пытаясь сообразить, откуда доносится стук. Потом он вдруг вспомнил, где и с кем находится, но было уже слишком поздно.

— А, ты уже проснулся? Тогда я вхожу.

Глава 4

Гарри едва успел прикрыть простыней самое важное, как дверь распахнулась и в комнату ввалился Рон. Строго говоря, ввалился он наполовину, потому что занёс ногу за порог, да так и остался стоять, раскрыв рот и глядя на них круглыми, как у совы, глазами. Несмотря ни на что, это было настолько забавно, что Гарри невольно прыснул. Рука Чарли на его груди напряглась.

— Что ещё?