Фандом: Гарри Поттер. Компания старшекурсников от нечего делать играет в бутылочку. «Это весело — но не когда ты боишься, что один глупый поцелуй выдаст тебя с головой!»
Добавить в моё избранное
8 мин, 25 сек 19724
Пустая бутылка из-под огневиски, старательно закрученная хихикающей Люси Уизли, постепенно замедляла свое вращение. Альбус все еще смотрел в пол, пытаясь убедить себя в том, что Люси не имела никакого отношения к тому, что ему пришлось целоваться с одной из самых приставучих однокурсниц. Нет, обвинить кузину в жульничестве он не мог, вряд ли она была способна наложить какое-то заклинание, из-за которого именно на него бутылочка указала в позапрошлый раз, но… все-таки она слизеринка, да и уж слишком хитро смеялась, когда ему пришлось целовать по уши влюбленную в него Джейн Финниган… мало ли, вдруг она что-то сделала…
— Слизеринцы такие же люди, Ал, а не какой-то уникальный класс с паранормальными способностями, — произнес сидящий рядом Скорпиус, и Альбус, поняв, что произнес последнюю фразу вслух, покачал головой.
— Просто Люси знает, сколько нервных клеток мне убивает Финниган.
— Ты мог бы и не целовать ее, — предложил Скорпиус, усмехнувшись.
— Все что-то не то подумали бы, — заметил Альбус, чувствуя, что краснеет.
Ребята вокруг дружно рассмеялись, и он перевел взгляд в центр и тоже захихикал, увидев, кто достался Люси. Та, краснея, хлопала глазами и на Альберта Нотта упорно не смотрела, уставившись на пляшущее в камине пламя.
— Ну, давай, Лу, — весело произнес Альбус и показал кузине язык. Она же смеялась, когда к нему с поцелуями полезла Финниган, значит, и ему повеселиться можно. Тем более, только слепой не знал, что и Альберту Люси нравится, хотя сама Уизли предпочитала не обращать внимание на очевидное и делать вид, что страдает от неразделенной любви.
«Рождество — время чудес, — думал Альбус, скрестив руки на груди и решив не смущать больше кузину пристальным взглядом, пока она, неловко улыбаясь, обходит друзей и садится рядом с Ноттом. — Вдруг у этих двоих что-то получится»… Он был уверен в том, что смешливая и разговорчивая Люси Альберту бы прекрасно подошла. Характеры у этих двоих, может, и были разными, но общих интересов — полно.
Он все-таки скосил глаза в их сторону — как раз в тот момент, когда Нотт, устав, видимо, от всеобщего внимания, притянул девушку к себе. Альбус скорчил недовольную рожицу, и Скорпиус, заметив это, произнес:
— Порадовался бы за нее.
— Если по-моему, то целовать Нотта — сомнительное удовольствие, — фыркнув, проговорил Альбус.
— Ты же говорил, что был в него влюблен.
— Малфой! — Альбус пихнул его в бок, — это ж сто лет назад было!
— Да помню, помню, — Скорпиус хмыкнул, — на заре твоих, как ты говоришь, похождений, — он изобразил пальцами кавычки и криво усмехнулся.
Когда Уизли оторвалась от Нотта, шестикурсники уже перестали смеяться, только кто-то одобрительно присвистнул и предложил сдать им комнату. Люси отмахнулась, делая вид, что она нисколько не смущается, и положила голову Альберту на плечо. Альбус закатил глаза — да, похоже, люди бывают настолько влюблены, что им и одного поцелуя хватает, чтобы все решить. Впрочем, он и раньше подозревал, что разговоры им не понадобятся.
Нотт потянулся к бутылочке и раскрутил ее, смущенно взглянув на Люси, и Альбус ей почти посочувствовал. Он-то знал — наблюдать, как кто-то, в кого ты влюблен, сразу после тебя целует еще кого-то, не слишком приятно.
Бутылочка указала на Розу, которая недовольно пробормотала нечто крайне похожее на «Мерлин, спаси меня».
— О, тебе везет на Уизли, Ал! — прокомментировал Питер Томас, и Поттер дернулся, обернувшись, но обращались не к нему.
— Ал — это не я, — заметил Нотт и ткнул пальцем в Альбуса, — это он.
Питер закатил глаза.
— Что Альберт, что Альбус — все едино. Зато к вам двоим можно одновременно обращаться.
— Именно поэтому мы и решили подружиться, — фыркнул Альберт и собирался сказать что-то еще, но был перебит все тем же Томасом.
— Да целуй ее уже, и давайте дальше, — бросил тот Нотту.
Альбус закрыл глаза, прислоняясь к стене. Почти в каждой паре целовавшихся в этот вечер старшекурсников были его кузен или кузина Уизли, и наблюдать за ними ему было не слишком приятно. Иметь кучу родственников тяжело, да, особенно если они требует не лезть в их личною жизнь, зато твоей интересуются постоянно. «Как будто то, что я гей, заставляет меня хотеть растрезвонить о своих возможных отношениях на весь мир», — уныло комментировал он каждый раз, упорно отрицая, что с кем-то встречается.
Через какое-то время бутылочка снова указала на него, и он, коротко чмокнув в губы Элис Лонгботтом, предложил:
— Может, пойдем на улицу?
Несколько человек, среди них Люси и Альберт, которым, видимо, хотелось сбежать от толпы друзей, обрадованно закивали, но большинство лишь что-то неуверенно промычало. Элис потянулась и лениво прокомментировала:
— Алик, если тебе настолько не хочется целовать девушек, можешь не участвовать и просто посидеть в сторонке.
— Слизеринцы такие же люди, Ал, а не какой-то уникальный класс с паранормальными способностями, — произнес сидящий рядом Скорпиус, и Альбус, поняв, что произнес последнюю фразу вслух, покачал головой.
— Просто Люси знает, сколько нервных клеток мне убивает Финниган.
— Ты мог бы и не целовать ее, — предложил Скорпиус, усмехнувшись.
— Все что-то не то подумали бы, — заметил Альбус, чувствуя, что краснеет.
Ребята вокруг дружно рассмеялись, и он перевел взгляд в центр и тоже захихикал, увидев, кто достался Люси. Та, краснея, хлопала глазами и на Альберта Нотта упорно не смотрела, уставившись на пляшущее в камине пламя.
— Ну, давай, Лу, — весело произнес Альбус и показал кузине язык. Она же смеялась, когда к нему с поцелуями полезла Финниган, значит, и ему повеселиться можно. Тем более, только слепой не знал, что и Альберту Люси нравится, хотя сама Уизли предпочитала не обращать внимание на очевидное и делать вид, что страдает от неразделенной любви.
«Рождество — время чудес, — думал Альбус, скрестив руки на груди и решив не смущать больше кузину пристальным взглядом, пока она, неловко улыбаясь, обходит друзей и садится рядом с Ноттом. — Вдруг у этих двоих что-то получится»… Он был уверен в том, что смешливая и разговорчивая Люси Альберту бы прекрасно подошла. Характеры у этих двоих, может, и были разными, но общих интересов — полно.
Он все-таки скосил глаза в их сторону — как раз в тот момент, когда Нотт, устав, видимо, от всеобщего внимания, притянул девушку к себе. Альбус скорчил недовольную рожицу, и Скорпиус, заметив это, произнес:
— Порадовался бы за нее.
— Если по-моему, то целовать Нотта — сомнительное удовольствие, — фыркнув, проговорил Альбус.
— Ты же говорил, что был в него влюблен.
— Малфой! — Альбус пихнул его в бок, — это ж сто лет назад было!
— Да помню, помню, — Скорпиус хмыкнул, — на заре твоих, как ты говоришь, похождений, — он изобразил пальцами кавычки и криво усмехнулся.
Когда Уизли оторвалась от Нотта, шестикурсники уже перестали смеяться, только кто-то одобрительно присвистнул и предложил сдать им комнату. Люси отмахнулась, делая вид, что она нисколько не смущается, и положила голову Альберту на плечо. Альбус закатил глаза — да, похоже, люди бывают настолько влюблены, что им и одного поцелуя хватает, чтобы все решить. Впрочем, он и раньше подозревал, что разговоры им не понадобятся.
Нотт потянулся к бутылочке и раскрутил ее, смущенно взглянув на Люси, и Альбус ей почти посочувствовал. Он-то знал — наблюдать, как кто-то, в кого ты влюблен, сразу после тебя целует еще кого-то, не слишком приятно.
Бутылочка указала на Розу, которая недовольно пробормотала нечто крайне похожее на «Мерлин, спаси меня».
— О, тебе везет на Уизли, Ал! — прокомментировал Питер Томас, и Поттер дернулся, обернувшись, но обращались не к нему.
— Ал — это не я, — заметил Нотт и ткнул пальцем в Альбуса, — это он.
Питер закатил глаза.
— Что Альберт, что Альбус — все едино. Зато к вам двоим можно одновременно обращаться.
— Именно поэтому мы и решили подружиться, — фыркнул Альберт и собирался сказать что-то еще, но был перебит все тем же Томасом.
— Да целуй ее уже, и давайте дальше, — бросил тот Нотту.
Альбус закрыл глаза, прислоняясь к стене. Почти в каждой паре целовавшихся в этот вечер старшекурсников были его кузен или кузина Уизли, и наблюдать за ними ему было не слишком приятно. Иметь кучу родственников тяжело, да, особенно если они требует не лезть в их личною жизнь, зато твоей интересуются постоянно. «Как будто то, что я гей, заставляет меня хотеть растрезвонить о своих возможных отношениях на весь мир», — уныло комментировал он каждый раз, упорно отрицая, что с кем-то встречается.
Через какое-то время бутылочка снова указала на него, и он, коротко чмокнув в губы Элис Лонгботтом, предложил:
— Может, пойдем на улицу?
Несколько человек, среди них Люси и Альберт, которым, видимо, хотелось сбежать от толпы друзей, обрадованно закивали, но большинство лишь что-то неуверенно промычало. Элис потянулась и лениво прокомментировала:
— Алик, если тебе настолько не хочется целовать девушек, можешь не участвовать и просто посидеть в сторонке.
Страница 1 из 3
