Хочу тебя трахнуть!

Наверное, он и в самом деле немного перебрал, потому что принялся обнюхивать собственные пальцы, ещё хранившие запах пьянящей горечи, чтобы потом начать гладить своё лицо, представляя, что это делает Снейп. Шея, грудь, живот оказались обласканы прежде, чем пальцы сомкнулись на члене. Гарри ласкал себя, глядя на отражение Снейпа, отчётливо представляя себе его губы… такие тёплые… мягкие… умелые… кончил он, встретившись в зеркале взглядом со Снейпом, представляя себе капли спермы, стекающие по его щеке.

Утро вновь было недобрым. Хотя после того, как Снейп напоил Гарри своим снадобьем, он смог оторвать голову от подушки и сесть, не боясь, что его вывернет наизнанку.

— Не вставайте, Гарри. Через четверть часа я подам лёгкий завтрак, потом мы с вами немного прогуляемся, а на вечер я взял билеты в Оперу, — заметив тень разочарования, мелькнувшую на лице Гарри, Снейп добавил: — В «Мулен Руж» мы отправимся завтра, а послезавтра пойдём на балет.

— У нас разнообразная программа, — вымученно улыбнулся Гарри.

— Да, — согласился Снейп. — Вы должны попробовать всё, прежде чем решить, что больше нравится.

— Всё?

— Всё!

Гарри послушно лёг и прикрыл глаза. Голова всё ещё болела, но, по крайней мере, можно было уже что-то разглядеть, кроме разноцветных пятен, причудливо складывающихся в картины, как камешки в новомодном калейдоскопе. Вчерашний вечер тоже состоял из таких воспоминаний, и Гарри зажмурился, увидев самое яркое. Снейп… Северус Снейп, манящий и загадочный… теперь уже стало казаться, что того студентика в ресторане отшил тоже он. Каков негодяй — отшил, а сам… Гарри вновь овладели порочные фантазии, и если вчера под влиянием алкоголя он с радостью шёл у них на поводу, то сейчас попытался бороться. Тщетно, конечно… хотя пижама и без того уже была вчера испачкана.

Северус с подносом появился как раз вовремя: Гарри уже всё успел и теперь лежал, блаженно потягиваясь.

— Ваш завтрак, милорд.

— Подавайте!

Устанавливая ножки подноса, Северус наклонился, и его ноздри затрепетали. Очевидно, он уловил запах грешного удовольствия, потому как понимающе взглянул на Гарри и прошептал:

— С добрым утром, Гар-р-ри…

Несмотря на недавнюю разрядку, член снова потяжелел, и внизу живота сладко заныло.

— С самым добрым, Северус, — Гарри ткнул кончиком пальца в вазочку с джемом и неторопливо облизал его, глядя в стремительно темнеющие глаза Снейпа: — Куда мы пойдём потом?

— Здесь недалеко Елисейские поля.

— И как далеко мы зайдём?

— Я полагаю, вы сами поймёте, когда придёт пора остановиться.

— Мы всё ещё говорим про прогулку? — невинно поинтересовался Гарри.

— Разумеется.

Чёрт! Наверное, Гарри мог кончить только от этого голоса и этой улыбки… А Северус, огладив его взглядом, вновь отправился на балкон курить. Чёрт!

После завтрака Гарри, наконец, вылез из-под одеяла и первым делом избавился от пижамы, которая неприятно липла к телу. Он вытер себя курткой, прежде чем отбросить её в сторону, и долго рылся в чемодане, отыскивая трусы. Он специально не торопился, и от собственной смелости замирало сердце, особенно, когда казалось, что Северус смотрит на него сквозь стекло балконной двери. Никогда прежде он не чувствовал себя таким развратным. Однако Снейп появился только когда Гарри, будучи уже в трусах, начал отыскивать свежие носки.

— Позвольте, я помогу вам.

В коленопреклонённом Снейпе было столько эротизма, что Гарри приходилось из последних сил сдерживать себя, чтобы не сотворить какую-нибудь ужасную глупость, а тот, словно проверяя его выдержку, неторопливо крепил носок подтяжкой, разглаживая его шёлк до состояния полной безупречности. Ни единой складочки, ни единой морщинки… возбуждение уже становилось болезненным.

— Теперь брюки. Помочь?

— Нет, — буркнул Гарри, чувствуя, как стало жарко щекам. — Благодарю.

Снейп ушёл в свою каморку и вернулся с идеально отглаженной сорочкой. Гарри как раз успел надеть брюки и опустил руки, попадая в рукава — в звенящей тишине ему показалось, что Северус тоже задержал дыханье. А потом на плечи опустились ладони, уверенным движением смахивая невидимые соринки, отчего волоски на шее встали дыбом. Гарри попытался поймать отражение Снейпа в зеркале, но тот снова так наклонил голову, что из-за нависших волос лица было не разглядеть.

Прогулка не удалась, и единственной причиной этому было то, что Снейп грассировал! Нет, Гарри, конечно, подозревал, что жить у Малфоев и не владеть в совершенстве французским невозможно, но чтобы так… Сам Гарри не только понимал практически всё, о чём говорили окружающие, но и мог вполне сносно объясниться, но тягаться со своим камердинером был просто не в состоянии! Мало того, что голос Снейпа обладал собственной магией, пробуждающей желания, так ещё и этот прононс, который, казалось, был напрямую связан с членом Гарри.