Фандом: Гарри Поттер. Гарри приезжает в поместье Минервы и ее супруга расследовать странный случай в заповеднике морских животных. Однако нелепое происшествие и ряд таинственных преступлений оказываются тесно связаны между собой и грозят обернуться подлинной катастрофой для всего магического сообщества. Первобытная магия, которую преступники пытаются обратить себе на службу, загадочные убийства, диверсии оборотней — поможет ли все это забыть Гарри о неурядицах в личной жизни?
Добавить в моё избранное
236 мин, 1 сек 23034
Дамблдор назначил меня руководителем следственной группы.
— Ты, конечно, отпустишь Билла?
Гарри замер с открытым ртом. Потом, собравшись с духом, проговорил:
— Молли, я… я не могу этого сделать сейчас. Понимаешь, он…
— Ты ведь не подозреваешь Билла в убийстве? — холодно спросила Молли.
— Нет, конечно! Но я… Молли, я непременно найду настоящего убийцу!
— Разумеется, — Молли поднялась. — Пойду, спрошу молодых людей на лужайке, не желают ли они пообедать. До свиданья, Гарри.
Гарри в растерянности поглядел на Гермиону. Та пожала плечами.
— А чего ты ожидал? Взрыва радости?
— Она же не думает, что я могу просто взять и отпустить Билла? Да я просто права не имею этого сделать!
— Конечно, Гарри, — Гермиона сочувственно кивнула. — Но ты для Молли все равно, что родной, а стало быть, и Билл тебе вроде как брат… Нет, понимания от нее сейчас не жди. Она живет сердцем, а сердце ее подсказывает: то, что ты делаешь — неправильно.
— Я делаю, что должен, — твердо заявил Гарри. — Ничего с Биллом не случится, если он лишнюю неделю прогостит в Инверэри. Постарайся, пожалуйста, донести до Молли эту мысль.
— Постараюсь, — Гермиона тоскливо поглядела в потолок. — Знаешь, чего бы мне сейчас хотелось? Жить на последнем этаже небоскреба, чтобы уж точно никто не смог запрыгнуть ко мне в окно. Гарри, как мне страшно!
Гарри промолчал. Утешать ее было бессмысленно, да и чем бы он мог ее утешить?
— Я пойду, — сказал он. — Передай Ремусу, я буду ждать его в своей квартире.
Он поцеловал Гермиону в щеку. Щека слабо пахла детским мылом и молоком.
— Я еще загляну, — сказал он вежливо.
Гермиона недоверчиво улыбнулась и ответила:
— Выбери для этого более спокойное время, Гарри, — когда мы все не будем бегать по стенам.
«Как мерзко, — Гарри сокрушенно покачал головой. — Лучше бы я не приходил! Бедная Молли — но что я могу поделать? Только поймать поскорее убийцу, кто бы он ни был».
День был морозный и ясный, воздух переливался, как опал.
Гарри взглянул на опал в перстне, который носил, не снимая, и горько улыбнулся. Окружающий мир прекрасен, но жить в нем порой бывает тяжело.
Гарри был от дома в двух шагах, когда услышал:
— Гарри! Постой!
Гарри обернулся. Запыхавшийся Люпин помахал ему рукой и перешел на медленный шаг.
«Мерлин, как он постарел!»
Сердце Гарри болезненно защемило: Ремус исхудал, морщин на лице заметно прибавилось, волосы совсем поседели. Полнолуние всегда его истощало, однако сегодня он выглядел особенно скверно.
— Что ж ты, Гарри, заставляешь старого человека бегать галопом? — Люпин улыбнулся. Он слегка задыхался и прижимал руку к сердцу.
— Ладно тебе прибедняться, — тоже мне, старик нашелся, — сказал Гарри, стараясь, чтобы шутливость его тона не казалась натужной. — Я тебя не дождался. Хочешь вернуться в Нору?
— Нет, Гарри, — Ремус невесело улыбнулся. — Я гостил у Молли и Артура, пока Дора в командировке, только теперь мне лучше вернуться к себе домой. Не хочу вызывать у них неприятные ассоциации.
— Ремус! Как ты можешь так говорить? Ну хорошо, поднимемся ко мне.
— Нет, Гарри, я… Все в порядке. Тут скверик неподалеку, давай посидим на скамейке, подышим свежим воздухом.
Гарри задумался, где Люпин провел сегодняшнюю ночь, но спросить не решился.
— Ты хотел со мной поговорить?
— Да, — Ремус помолчал, собираясь с мыслями. — О Грейбеке.
— Ты видел его?
— Если бы я его видел, Гарри, и если бы он увидел меня, — мягко сказал Люпин, — я, скорее всего, сейчас бы с тобой не разговаривал. У меня есть источники информации в его окружении. После войны большинство из нас живет нормальной — если можно так выразиться — жизнью. Точнее, жило до недавнего времени. С тех пор, как вернулся Фенрир, люди начинают смотреть на нас с ужасом, и я их понимаю. Если Грейбека не остановить сейчас, мы снова вернемся к тому, что все оборотни без разбора сделаются изгоями. Мы не хотим этого.
— Сегодняшняя акция…
— Сегодняшняя акция, Гарри, — это отвлекающий маневр.
Секунду Гарри смотрел на Ремуса, не веря своим ушам.
— Да, — ответил Люпин на его невысказанный вопрос. — Это было жутко, это было бесчеловечно. И все это затем, чтобы отвлечь внимание Министерства и аврората от истинной цели Фенрира.
— Какой цели?
Гарри потер рукой лоб.
«Может, я с ума сошел? Может, я болен и лежу в бреду?» — у Гарри появилось ощущение, что он бьется в паутине, и чем сильнее бьется, тем больше запутывается.
— Мой… источник (я не стану называть его имени) давно говорил мне, что Грейбек, вернувшись с континента, заявлял, дескать, скоро оборотни будут править миром. Фенрир приведет их к власти, а поможет ему в этом какая-то книга.
— Ты, конечно, отпустишь Билла?
Гарри замер с открытым ртом. Потом, собравшись с духом, проговорил:
— Молли, я… я не могу этого сделать сейчас. Понимаешь, он…
— Ты ведь не подозреваешь Билла в убийстве? — холодно спросила Молли.
— Нет, конечно! Но я… Молли, я непременно найду настоящего убийцу!
— Разумеется, — Молли поднялась. — Пойду, спрошу молодых людей на лужайке, не желают ли они пообедать. До свиданья, Гарри.
Гарри в растерянности поглядел на Гермиону. Та пожала плечами.
— А чего ты ожидал? Взрыва радости?
— Она же не думает, что я могу просто взять и отпустить Билла? Да я просто права не имею этого сделать!
— Конечно, Гарри, — Гермиона сочувственно кивнула. — Но ты для Молли все равно, что родной, а стало быть, и Билл тебе вроде как брат… Нет, понимания от нее сейчас не жди. Она живет сердцем, а сердце ее подсказывает: то, что ты делаешь — неправильно.
— Я делаю, что должен, — твердо заявил Гарри. — Ничего с Биллом не случится, если он лишнюю неделю прогостит в Инверэри. Постарайся, пожалуйста, донести до Молли эту мысль.
— Постараюсь, — Гермиона тоскливо поглядела в потолок. — Знаешь, чего бы мне сейчас хотелось? Жить на последнем этаже небоскреба, чтобы уж точно никто не смог запрыгнуть ко мне в окно. Гарри, как мне страшно!
Гарри промолчал. Утешать ее было бессмысленно, да и чем бы он мог ее утешить?
— Я пойду, — сказал он. — Передай Ремусу, я буду ждать его в своей квартире.
Он поцеловал Гермиону в щеку. Щека слабо пахла детским мылом и молоком.
— Я еще загляну, — сказал он вежливо.
Гермиона недоверчиво улыбнулась и ответила:
— Выбери для этого более спокойное время, Гарри, — когда мы все не будем бегать по стенам.
«Как мерзко, — Гарри сокрушенно покачал головой. — Лучше бы я не приходил! Бедная Молли — но что я могу поделать? Только поймать поскорее убийцу, кто бы он ни был».
День был морозный и ясный, воздух переливался, как опал.
Гарри взглянул на опал в перстне, который носил, не снимая, и горько улыбнулся. Окружающий мир прекрасен, но жить в нем порой бывает тяжело.
Гарри был от дома в двух шагах, когда услышал:
— Гарри! Постой!
Гарри обернулся. Запыхавшийся Люпин помахал ему рукой и перешел на медленный шаг.
«Мерлин, как он постарел!»
Сердце Гарри болезненно защемило: Ремус исхудал, морщин на лице заметно прибавилось, волосы совсем поседели. Полнолуние всегда его истощало, однако сегодня он выглядел особенно скверно.
— Что ж ты, Гарри, заставляешь старого человека бегать галопом? — Люпин улыбнулся. Он слегка задыхался и прижимал руку к сердцу.
— Ладно тебе прибедняться, — тоже мне, старик нашелся, — сказал Гарри, стараясь, чтобы шутливость его тона не казалась натужной. — Я тебя не дождался. Хочешь вернуться в Нору?
— Нет, Гарри, — Ремус невесело улыбнулся. — Я гостил у Молли и Артура, пока Дора в командировке, только теперь мне лучше вернуться к себе домой. Не хочу вызывать у них неприятные ассоциации.
— Ремус! Как ты можешь так говорить? Ну хорошо, поднимемся ко мне.
— Нет, Гарри, я… Все в порядке. Тут скверик неподалеку, давай посидим на скамейке, подышим свежим воздухом.
Гарри задумался, где Люпин провел сегодняшнюю ночь, но спросить не решился.
— Ты хотел со мной поговорить?
— Да, — Ремус помолчал, собираясь с мыслями. — О Грейбеке.
— Ты видел его?
— Если бы я его видел, Гарри, и если бы он увидел меня, — мягко сказал Люпин, — я, скорее всего, сейчас бы с тобой не разговаривал. У меня есть источники информации в его окружении. После войны большинство из нас живет нормальной — если можно так выразиться — жизнью. Точнее, жило до недавнего времени. С тех пор, как вернулся Фенрир, люди начинают смотреть на нас с ужасом, и я их понимаю. Если Грейбека не остановить сейчас, мы снова вернемся к тому, что все оборотни без разбора сделаются изгоями. Мы не хотим этого.
— Сегодняшняя акция…
— Сегодняшняя акция, Гарри, — это отвлекающий маневр.
Секунду Гарри смотрел на Ремуса, не веря своим ушам.
— Да, — ответил Люпин на его невысказанный вопрос. — Это было жутко, это было бесчеловечно. И все это затем, чтобы отвлечь внимание Министерства и аврората от истинной цели Фенрира.
— Какой цели?
Гарри потер рукой лоб.
«Может, я с ума сошел? Может, я болен и лежу в бреду?» — у Гарри появилось ощущение, что он бьется в паутине, и чем сильнее бьется, тем больше запутывается.
— Мой… источник (я не стану называть его имени) давно говорил мне, что Грейбек, вернувшись с континента, заявлял, дескать, скоро оборотни будут править миром. Фенрир приведет их к власти, а поможет ему в этом какая-то книга.
Страница 34 из 69
