Душевные смуты пациентки Грейнджер

— Ты уверена?

Это был странный вопрос. До этого события ничего подобного с трудолюбивой, жизнерадостной Гермионой не случалось. Она кивнула.

— Покажи мне его, — Малфой обошел стол и склонился над ней, по-медицински пристально заглядывая в глаза. — Возможно, я все же смогу помочь.

Теперь сопротивляться не было смысла. Драко взмахнул палочкой, и образы — такие разные — привычно закрутились перед ее мысленным взором. Малфой подбирался к платформе: аккуратно, постепенно, избегая резкого вторжения в самое личное пространство пациентки. Ближе, ближе… Вот она идет по платформе, вот садится на скамейку, затем резко вскакивает и…

Грохот заставил Гермиону открыть глаза. Малфой лежал на полу, тяжело дыша, словно после удара.

— Я понял… — медленно проговорил он, поднимаясь. — Это не ты ставишь блоки, это… Он!

— Ты веришь мне? — Гермиона присела на корточки, протягивая Драко очки.

Он кивнул, и сердце Гермионы забилось чаще и радостнее — она не сумасшедшая! И мужчина из ее фантазий… Он существует! Пусть даже в виде мыслящей субстанции.

Драко тем временем пришел в себя. Он снова сел за стол, потер переносицу и сказал медленно:

— Я должен подумать, поднять литературу. Что-то похожее наверняка уже когда-нибудь с кем-нибудь случалось. Этот случай посложнее обоих Лонгботтомов…

— Мне уходить? — скомканно спросила Гермиона, испугавшись, что придется вернуться в альков собственной совести. Позабытая было картина ее измены снова всплыла в памяти черной меткой укора.

— Да, пока иди, я потом сам свяжусь с тобой.

Гермиона кивнула, поблагодарила и отправилась к выходу.

— Слушай! — Драко вспомнил что-то очень важное. — А почему ты решила прийти ко мне именно сейчас?

Вместо того, чтобы ответить, Гермиона выскочила за дверь и спешно бросилась подальше от компрометирующего вопроса. В последний момент она решила, что если кто и заслуживал узнать о ее измене первым, так это Рон.

Что скрывает ложь

Сидя в своем новом кабинете, Глава Отдела Тайн пребывала в полнейшем смятении. Радость оттого, что Снейп не просто ее фантазия, стыд измены и предвкушение перемен раздирали ее на части. Но была и еще одна мысль, кротом копошившаяся в самом дальнем уголке мозга: почему Малфой спросил, уверена ли она в том, что встреча на платформе — первая?! Могла ли она видеться с профессором раньше? Например, во время экспериментов с легилименцией при попытках вернуть память родителям? Нет, не тогда… Гермиона многое забыла из того периода, потому что совершала ошибки при работе с очень тонкой субстанцией — сознанием. Сейчас она была уверена лишь в одном: Дафна Гринграсс не приходила к ней, как сказал Снейп. Гермиона убедилась в этом во время первого визита Драко — он поднял из глубины ее памяти слишком много фрагментов, которые она считала потерянными… Дафны среди них не было. Ее обманули. Зачем? Почему профессор так страстно пытался убедить ее в том, что он — фальшивка?!

Мысли об измене отошли на второй план, уступая размышлениям о мастере Зелий. Гермиона отправилась в свою новую библиотеку и стала искать ответы на свои вопросы в книгах. Но ее прервали:

— Миссис Грейнджер-Уизли! — раздался из динамика шуршащий голос секретарши. — Вас ждут в зале номер восемь на ежемесячном собрании всех сотрудников Отдела.

Гермиона отвлеклась, взглянула в маленькое зеркальце — проверить, не кажется ли ее взгляд безумным, и отправилась на свою первую встречу в новой должности. Она вышла в холл, и двери вокруг закружились, стараясь запутать. Восьмой зал был ни чем иным как комнатой Вселенной. Гермиона знала, что дверь, ведущая в него, меняет цвет от белого до ярко-красного. Она огляделась по сторонам, но похожей двери не обнаружила. Ее охватило легкое чувство беспокойства.

— Зал номер восемь! — произнесла она, взмахнув палочкой, но вопреки ожиданию двери даже не замедлили ход. Похоже, еще не все документы о ее назначении были подписаны, и не все права — доступны.

Тогда, вспоминая себя на пятом курсе, преследуемую Пожирателями Смерти, Гермиона стала по очереди заглядывать во все двери в надежде найти нужную. Комната Ума, комната Времени, комната… Гермиона замерла, не в силах отпустить ручку, хотя дверь явно была не та, что нужно. Комната Смерти. Вид огромной Арки, стоящей в центре, приковал ее взгляд. Арка, за которую упал Сириус. Переход из мира живых в мир мертвых. Связующее звено между ею и профессором Снейпом.

Забыв обо всем на свете, как завороженная, Гермиона шагнула в комнату Смерти и подошла к Арке. Рваная черная ткань, скрывавшая то, что таилось за ней, едва колыхалась, и голоса, шепчущие что-то из небытия, сливались в монотонный гул. Нужно лишь приподнять черную завесу…

— Откройся! — взмахнула палочкой Гермиона, но ничего не вышло.

Она перепробовала все отпирающие и приподнимающее чары, какие знала — все впустую.