Фандом: Гарри Поттер, Шерлок BBC. Шерлоку Холмсу и доктору Ватсону попадалось немало странных и опасных дел. Но одно полностью перевернуло размеренное течение их жизни. Дело, о котором так и не появилось записи в блоге Джона. Дело о напуганных мертвецах. Четыре человека умерли в собственном доме, никаких следов насилия — только выражение ужаса на лицах. Шерлоку и Джону предстоит разгадать самую сложную загадку, познакомиться с новыми миром, а попутно обрести то, что, казалось бы, давно утрачено.
Добавить в моё избранное
132 мин, 57 сек 5582
Джон не болел, молча терпел боль и всегда спешил на помощь другим. А когда помощь понадобилась ему, Шерлок не знал, что делать.
Он несколько минут просидел на коленях возле своего друга, тщетно пытаясь остановить кровь, хлещущую их обрубка пальца, и суя под нос нашатырь. Джон не приходил в себя, кровь не останавливалась, и Шерлок терял надежду.
Первым его порывом было вызвать скорую, и пальцы уже набрали на телефоне «911», но он остановил себя. Состояние Джона не было обычной болезнью, чем-то, с чем справились бы простые медики. Джону навредили другим способом, с помощью магии, которую Шерлок уже начинал ненавидеть всем сердцем.
Другу нужна была помощь волшебников, а Шерлок не мог с ними связаться. Они не пользовались телефонами, не сидели в интернете, предпочитая общаться с помощью фальшивых монет, которых у Шерлока не было, или отправлять друг другу светящихся животных.
В отчаянии Шерлок обвёл взглядом комнату, и остановился на камине. «Идиот!», — прикрикнул он сам на себя, и уже спустя минуту делал самую отвратительную вещь в своей жизни — засовывал голову в зеленое пламя.
Это было отвратительно. В разы хуже простого перемещения через камин или трансгрессии. Он теперь мог точно сказать, что чувствуют гильотинированные люди — жуткое ощущение отделения головы от тела.
Но уже спустя несколько секунд он со странного ракурса увидел гостиную в доме Гермионы и сразу же крикнул: «На помощь!». По его опыту, на такой призыв спящий человек отреагирует быстрее, чем на простой крик.
Объективно говоря, ему повезло. В эту ночь Гермиона так и не заснула. После безумного дня, за время которого она едва не потеряла единственную дочь, её нервы были так напряжены, что она даже не сумела закрыть глаза, несмотря на сумасшедшую усталость. К её напряжению добавлялись и невесёлые размышления. С тех пор, как Драко признался ей в измене, она не находила себе покоя. Безмятежная семейная жизнь в совершенно идеальном браке с лучшим на свете мужчиной вдруг оказалась миражом, увиденным сквозь розовые очки. Единственным реальным существом оставалась Роззи, но и её не было рядом. Конечно, Драко был прав, забирая её в мэнор, но где-то в глубине души Гермиона чувствовала эгоистическое желание удержать дочку возле себя. Чтобы самостоятельно её защитить. Чтобы не сойти с ума от одиночества. К счастью, она смогла это желание подавить и вчера крепко поцеловала Роззи, передавая ее под опеку бывшего мужа.
И осталась одна в огромной пустой квартире. Снова одна. Сначала она пыталась работать с бумагами, надеясь, что её посетит озарение, и она найдёт способ вычислить мерзавца, поднявшего руку на Роззи, но увы, буквы расплывались у неё перед глазами, и она едва понимала, что читает.
Потом она слонялась по комнатам, вручную стирала пыль с полок, несколько раз чувствовала, как по щекам текут слёзы, но всякий раз брала себя в руки и успокаивалась. А уже под утро пришёл Шерлок.
Не в реальности, разумеется, на самом деле он наверняка крепко спал у себя в квартире или сидел возле камина и изучал книги о волшебной истории. Шерлок появился в её голове. Совсем как настоящий: лохматый, но не словно бы свалившийся с метлы, а элегантный в своей небрежности. Одетый в маггловский костюм. С очень настоящим пронизывающим взглядом. Покрутившись вокруг своей оси, он удобно расположился в её мозгу, закинул ногу на ногу, медитативно-молитвенно сложил руки и о чём-то задумался. Оставалось сказать спасибо, что скрипку с собой не притащил. Оценив эту картину, Гермиона вслух истерично хихикнула (или всхлипнула). Кажется, ей пора было записываться на приём к Луне. Возможно, миссис Снейп нашла бы у неё новый тип астральных существ. Шерлоконидов, например.
«Ты что здесь делаешь?», — спросила она у воображаемого Шерлока. Тот очень натурально пожал плечами и ничего не ответил. «Ты мой глюк, — возмутилась Гермиона, — так что изволь со мной поговорить!». Разумеется, у глюка характер оказался ничуть не приятней, чем у оригинала, поэтому он только хмыкнул, но после непродолжительного молчания заметил: «Всё дело невнимательности. Люди видят, но не замечают очевидного. Уж ты-то должна была это заметить, Гермиона».
А потом её разбудил крик: «На помощь!». Оказалось, что тяжёлая, вязкая дрема одолела её в гостиной. Она подскочила на ноги, выхватила палочку, но сразу же опустила её, увидев в камине голову Шерлока.
— В чём дело?
— Джон. Ему срочно нужна медицинская помощь, — ответил детектив кратко и тут же исчез из огня. Не колеблясь ни секунду, Гермиона переместилась на Бейкер-стрит.
Джону явно было плохо. Гермиона вытащила из безразмерного кармашка — памяти о военных годах — бутылочку с бадьяном и сразу же полила его травмированную руку, параллельно через зачарованный галеон вызывая Гарри. Тот прибыл через десять минут тоже камином в компании угрюмого сонного Голдстейна и неприлично бодрого Майкла.
Он несколько минут просидел на коленях возле своего друга, тщетно пытаясь остановить кровь, хлещущую их обрубка пальца, и суя под нос нашатырь. Джон не приходил в себя, кровь не останавливалась, и Шерлок терял надежду.
Первым его порывом было вызвать скорую, и пальцы уже набрали на телефоне «911», но он остановил себя. Состояние Джона не было обычной болезнью, чем-то, с чем справились бы простые медики. Джону навредили другим способом, с помощью магии, которую Шерлок уже начинал ненавидеть всем сердцем.
Другу нужна была помощь волшебников, а Шерлок не мог с ними связаться. Они не пользовались телефонами, не сидели в интернете, предпочитая общаться с помощью фальшивых монет, которых у Шерлока не было, или отправлять друг другу светящихся животных.
В отчаянии Шерлок обвёл взглядом комнату, и остановился на камине. «Идиот!», — прикрикнул он сам на себя, и уже спустя минуту делал самую отвратительную вещь в своей жизни — засовывал голову в зеленое пламя.
Это было отвратительно. В разы хуже простого перемещения через камин или трансгрессии. Он теперь мог точно сказать, что чувствуют гильотинированные люди — жуткое ощущение отделения головы от тела.
Но уже спустя несколько секунд он со странного ракурса увидел гостиную в доме Гермионы и сразу же крикнул: «На помощь!». По его опыту, на такой призыв спящий человек отреагирует быстрее, чем на простой крик.
Объективно говоря, ему повезло. В эту ночь Гермиона так и не заснула. После безумного дня, за время которого она едва не потеряла единственную дочь, её нервы были так напряжены, что она даже не сумела закрыть глаза, несмотря на сумасшедшую усталость. К её напряжению добавлялись и невесёлые размышления. С тех пор, как Драко признался ей в измене, она не находила себе покоя. Безмятежная семейная жизнь в совершенно идеальном браке с лучшим на свете мужчиной вдруг оказалась миражом, увиденным сквозь розовые очки. Единственным реальным существом оставалась Роззи, но и её не было рядом. Конечно, Драко был прав, забирая её в мэнор, но где-то в глубине души Гермиона чувствовала эгоистическое желание удержать дочку возле себя. Чтобы самостоятельно её защитить. Чтобы не сойти с ума от одиночества. К счастью, она смогла это желание подавить и вчера крепко поцеловала Роззи, передавая ее под опеку бывшего мужа.
И осталась одна в огромной пустой квартире. Снова одна. Сначала она пыталась работать с бумагами, надеясь, что её посетит озарение, и она найдёт способ вычислить мерзавца, поднявшего руку на Роззи, но увы, буквы расплывались у неё перед глазами, и она едва понимала, что читает.
Потом она слонялась по комнатам, вручную стирала пыль с полок, несколько раз чувствовала, как по щекам текут слёзы, но всякий раз брала себя в руки и успокаивалась. А уже под утро пришёл Шерлок.
Не в реальности, разумеется, на самом деле он наверняка крепко спал у себя в квартире или сидел возле камина и изучал книги о волшебной истории. Шерлок появился в её голове. Совсем как настоящий: лохматый, но не словно бы свалившийся с метлы, а элегантный в своей небрежности. Одетый в маггловский костюм. С очень настоящим пронизывающим взглядом. Покрутившись вокруг своей оси, он удобно расположился в её мозгу, закинул ногу на ногу, медитативно-молитвенно сложил руки и о чём-то задумался. Оставалось сказать спасибо, что скрипку с собой не притащил. Оценив эту картину, Гермиона вслух истерично хихикнула (или всхлипнула). Кажется, ей пора было записываться на приём к Луне. Возможно, миссис Снейп нашла бы у неё новый тип астральных существ. Шерлоконидов, например.
«Ты что здесь делаешь?», — спросила она у воображаемого Шерлока. Тот очень натурально пожал плечами и ничего не ответил. «Ты мой глюк, — возмутилась Гермиона, — так что изволь со мной поговорить!». Разумеется, у глюка характер оказался ничуть не приятней, чем у оригинала, поэтому он только хмыкнул, но после непродолжительного молчания заметил: «Всё дело невнимательности. Люди видят, но не замечают очевидного. Уж ты-то должна была это заметить, Гермиона».
А потом её разбудил крик: «На помощь!». Оказалось, что тяжёлая, вязкая дрема одолела её в гостиной. Она подскочила на ноги, выхватила палочку, но сразу же опустила её, увидев в камине голову Шерлока.
— В чём дело?
— Джон. Ему срочно нужна медицинская помощь, — ответил детектив кратко и тут же исчез из огня. Не колеблясь ни секунду, Гермиона переместилась на Бейкер-стрит.
Джону явно было плохо. Гермиона вытащила из безразмерного кармашка — памяти о военных годах — бутылочку с бадьяном и сразу же полила его травмированную руку, параллельно через зачарованный галеон вызывая Гарри. Тот прибыл через десять минут тоже камином в компании угрюмого сонного Голдстейна и неприлично бодрого Майкла.
Страница 24 из 39
