Overtime — Дополнительное время

Что тебе нравится?

— Музыка, — улыбнулся Драко. — Я бы играл на скрипке.

— Серьезно? — Крам, казалось, был очень удивлен словами Драко.

— Да, — ответил он и вздохнул.

С того дня между Драко и Виктором завязалась немного странная дружба. Они часто обменивались письмами и несколько раз созванивались по телефону, а на Рождество Крам прислал Драко подарок — большую прямоугольную коробку, упакованную в несколько слоев плотной бумаги. С немалым трудом развернув подарок, Драко застыл, потеряв дар речи, — в коробке лежала новенькая скрипка и короткая записка: «Драко! Никогда не предавай себя и свои мечты. Надеюсь однажды побывать на твоем концерте. Верь в чудеса, как я. С Рождеством! Виктор».

Так начался новый этап в жизни Драко. Он словно бы ожил, а в его жизни стало на один секрет больше. Но к скрытности ему было не привыкать. С этим он мог справиться. К учебе и тренировкам, во время которых он теперь отчаянно старался избегать травм, добавилось обучение игре на скрипке, которую он прятал в своем школьном шкафчике, в подсобном помещении школы, и изучение теории музыки дома по ночам.

Сначала у него ничего не получалось. Нотная грамота вызывала неподдельный ужас, не хуже математических формул. Пальцы не слушались, вместо связных мелодий скрипка в руках Драко издавала жуткие звуки, неприятно режущие слух, но, в отличие от хоккейных тренировок, которые изматывали его как физически, так и морально, и где каждая ошибка вела к вспышке гнева и раздражения, время, которое он посвящал обучению музыке, его только радовало. Часы, проведенные со скрипкой, были настоящей отдушиной в его жизни, и Драко всей душой благодарил Виктора Крама за то, что тот подарил ему возможность прикоснуться к мечте детства.

Драко не отчаивался и продолжал работать над собой. Постепенно он разобрался в теоретических основах, а с помощью самоучителей, присланных все тем же Виктором уже по просьбе Драко, он научился извлекать из скрипки приятные уху простенькие мелодии. Но это было только начало большого пути. Потом были занятия с репетитором, на которые тратились все карманные деньги, которые Драко тщательно экономил, первое выступление на публике во время летних каникул на импровизированном конкурсе в маленьком городке по соседству, куда репетитор с большим трудом уговорил поехать Драко. В итоге он так разволновался, что наделал кучу ошибок, и все равно был невероятно счастлив.

Шло время, Драко делал отличные успехи в музыке, а вот в хоккее его прогресс так и оставался посредственным, что служило причиной постоянных скандалов с отцом. Драко не бросал тренировки и честно пытался оправдать ожидания отца, но в глубине души все же надеялся, что рано или поздно отцу все же надоест смотреть на унылую игру сына, и он позволит ему бросить хоккей. Но надежды эти не оправдались.

Отец слепо тянул его вверх по лестнице спортивной карьеры, в итоге буквально купил ему место в городской молодежной сборной, и все стало совсем плохо. Времени на музыку катастрофически не хватало, хоккей пожирал все свободное время, при этом принося только одно разочарование, а шепотки и сплетни других членов команды, что Драко не по праву занимает место в команде, которые по сути были правдой, доводили его до приступов тихой ярости…

Драко открыл глаза и уставился в темноту.

— Что же я делаю со своей жизнью? — прошептал он и, вздохнув, потянулся за плеером. Чтобы заглушить невеселые мысли, он на полную громкость включил любимую музыку. Из наушников зазвучал «Шторм» Вивальди.

5. Настоящее. Гарри Поттер. Старший брат

Гарри сел на ступеньку и приготовился ждать. Дадли легко мог задержаться — у него был дружеский бой, а это значило, что вокруг ринга все равно будут толпиться журналисты, и быстро удрать от них не получится даже Большому Ди.

Дверь открылась, Гарри скосил глаза и увидел Снейпа. Тренер по физподготовке прошел мимо, даже не повернув головы. Гарри сделал вид, что Снейпа тоже не видел, и мысленно пожелал ему провалиться. Снейп мотнул головой, как лошадь, и чеканным шагом пошел к автобусной остановке.

Гарри уже подумывал было зайти внутрь и позвонить Дадли на мобильный — сам он так и не разжился этим капризом, — но в этот момент из-за угла показалась знакомая машина. Гарри вскочил и бросился наперерез — Дадли был тем, кто был ему сейчас очень и очень нужен.

— Привет, Мелкий Ги! — лыбясь во все уцелевшие зубы, поприветствовал его Дадли. — Ну как, можно поздравить с успехами? На льду был?

— Нет еще, — Гарри и сам расплывался в улыбке, — только физподготовка была. Лед завтра. И, знаешь… случайно я узнал, что завтра же придет агент. Людо Бэгмен… — Гарри не с первого раза попал в паз ремня безопасности, и от Дадли это не укрылось.

— Э-эй, брат, не дело, — встревожился он. — Гарри, давай, выкладывай.

Дадли пугнул клаксоном жирную ворону, усевшуюся на дороге с какой-то дрянью в клюве, и тронул машину с места.