Фандом: Гарри Поттер. Когда прошлое, которое ты так тщательно забывал, возвращается. Когда мир стоит на пороге новой войны, воздух пахнет приближающейся бурей, и ты ничего не можешь изменить… Когда встает выбор — уйти или остаться. Что ты выберешь?
Добавить в моё избранное
72 мин, 45 сек 14970
Тогда, в прошлом, Игорь был ведущим, а молодой Северус подчинялся, отдавался ему, подставляясь под изощренные ласки, крича от наслаждения. Теперь же… Теперь роли могли измениться… если бы он захотел. Он одернул себя — нашел время! Тут надо с Турниром разбираться, а не о пошлых глупостях думать.
— Ну? — подпустив в голос холода, спросил Снейп, откладывая перо в сторону. — И что за истерику ты устроил Дамблдору?
— Истерику? Ты говоришь — истерику? — Каркаров снова вскочил, забегал по комнате. Северус наблюдал за ним, не вставая с места. — Это все Дамблдор, да? Это он все подстроил! Он подложил в Кубок имя Поттера! Я точно знаю — это он…
— Зачем? — Снейп устало откинулся на спинку стула. — Зачем Дамблдору участие Поттера в этом проклятом Турнире? Поттеру четырнадцать! И, смею тебя заверить, мальчишка не отличается выдающимися способностями. Он глуп, нагл и самонадеян. Нахальный выскочка, такой же, как… Впрочем, неважно. У него нет никаких шансов, ни малейших… Так что твоему любимчику нечего бояться.
— Какому… любимчику?
— Квиддичисту. С которым ты спишь. Крам, кажется?
Очень хотелось выпить. Не напиться, а именно выпить — одному, в тишине, глядя на огонь камина. Еще раз спокойно обдумать все случившееся сегодня. Попытаться все-таки понять, как попало имя Поттера в Кубок — и может ли это быть связано с непонятными ощущениями в предплечье. Спросить у Игоря про метку? Нет, пока не стоит, пожалуй. Сначала надо попробовать разобраться самому.
— Я не… Как ты можешь! Это не твое дело!
— Значит, спишь. Но ты прав, не мое. Так вот, поверь мне, я знаю старого интригана не первый год — Альбус ничего не делает без причины. А причины так подставлять Поттера у него нет. Нет, понимаешь?
— Тогда кто? Ты?
Северус пожал плечами.
— Некоторые — Грюм, например, — считают, что ты.
— Я? — Каркаров остановился, побледнел, опустился снова в кресло. — Почему я?
— У этого психа своя логика, знаешь ли. Ты — Пожиратель Смерти… Бывший, я помню. Для Грюма это не имеет значения. Не переживай так, меня он тоже подозревает. Но я этого не делал. А ты?
Игорь побледнел еще больше. Лоб его был мокрым от пота, губы тряслись, пальцы, вцепившиеся в подлокотники, мелко подрагивали.
— Северус, ты же знаешь, что это не я! Ведь знаешь?
Да, пожалуй, на такое у Игоря не хватило бы смелости… да и смог бы он обмануть Кубок? А главное, опять-таки, зачем? Однако, в тот вечер, когда они столкнулись в коридоре — что делал директор Дурмстранга в школе в такое время? Игорь трус, но хитрости ему не занимать, это Снейп хорошо помнил.
— Я ничего не знаю, Каркаров. Это мог быть ты, но я не понимаю, зачем. Это могла быть мадам Максим, хотя на первый взгляд ей это тоже совершенно не нужно. Это мог быть кто угодно — да хоть Людо Бэгмен, с него станется.
— Это не я. Я не понимаю, что происходит, Северус. Сначала чертов чемпионат по квиддичу, потом вот это… Я… Мне кажется, это как-то связано с… ты знаешь… Я боюсь. Как ты можешь оставаться таким спокойным? Помоги мне, Северус, пожалуйста! Ну хочешь, я на колени встану? Хочешь?
— Хочу. Вставай.
Игорь осекся, дернулся, словно от удара, медленно поднялся с кресла и опустился на колени, прямо посреди комнаты. Снейп молча смотрел на него — об этом ли он думал тогда, много лет назад, мечтая отомстить выдавшему его Визенгамоту любовнику? Увидеть его унижение, его слабость… Каркаров стоял на коленях, опустив голову, похожий на побитую собаку. Внезапно Снейп почувствовал, что начинает возбуждаться от этой сцены: покорность Игоря почему-то заводила, провоцировала. Представилось, как все будет, если он сейчас расстегнет брюки и прикажет Игорю взять в рот, и тот подчинится, никуда не денется. Каркаров сам утверждал, что думал о нем все эти годы. А у него так давно никого не было…
— Хорошо, я… Я буду держать тебя в курсе. Постараюсь выяснить, какого черта тут творится. А теперь уходи, Каркаров.
— Северус…
— Уходи!
Ушел. Северус встал, отыскал в шкафу бутылку Огденского — просто выпить или все-таки напиться? Так хотелось напиться и, хотя бы сегодня, послать всех к чертям — директора, Поттера, Грюма… Игоря. Напиться и не думать, просто не думать. Но нельзя.
— Ну? — подпустив в голос холода, спросил Снейп, откладывая перо в сторону. — И что за истерику ты устроил Дамблдору?
— Истерику? Ты говоришь — истерику? — Каркаров снова вскочил, забегал по комнате. Северус наблюдал за ним, не вставая с места. — Это все Дамблдор, да? Это он все подстроил! Он подложил в Кубок имя Поттера! Я точно знаю — это он…
— Зачем? — Снейп устало откинулся на спинку стула. — Зачем Дамблдору участие Поттера в этом проклятом Турнире? Поттеру четырнадцать! И, смею тебя заверить, мальчишка не отличается выдающимися способностями. Он глуп, нагл и самонадеян. Нахальный выскочка, такой же, как… Впрочем, неважно. У него нет никаких шансов, ни малейших… Так что твоему любимчику нечего бояться.
— Какому… любимчику?
— Квиддичисту. С которым ты спишь. Крам, кажется?
Очень хотелось выпить. Не напиться, а именно выпить — одному, в тишине, глядя на огонь камина. Еще раз спокойно обдумать все случившееся сегодня. Попытаться все-таки понять, как попало имя Поттера в Кубок — и может ли это быть связано с непонятными ощущениями в предплечье. Спросить у Игоря про метку? Нет, пока не стоит, пожалуй. Сначала надо попробовать разобраться самому.
— Я не… Как ты можешь! Это не твое дело!
— Значит, спишь. Но ты прав, не мое. Так вот, поверь мне, я знаю старого интригана не первый год — Альбус ничего не делает без причины. А причины так подставлять Поттера у него нет. Нет, понимаешь?
— Тогда кто? Ты?
Северус пожал плечами.
— Некоторые — Грюм, например, — считают, что ты.
— Я? — Каркаров остановился, побледнел, опустился снова в кресло. — Почему я?
— У этого психа своя логика, знаешь ли. Ты — Пожиратель Смерти… Бывший, я помню. Для Грюма это не имеет значения. Не переживай так, меня он тоже подозревает. Но я этого не делал. А ты?
Игорь побледнел еще больше. Лоб его был мокрым от пота, губы тряслись, пальцы, вцепившиеся в подлокотники, мелко подрагивали.
— Северус, ты же знаешь, что это не я! Ведь знаешь?
Да, пожалуй, на такое у Игоря не хватило бы смелости… да и смог бы он обмануть Кубок? А главное, опять-таки, зачем? Однако, в тот вечер, когда они столкнулись в коридоре — что делал директор Дурмстранга в школе в такое время? Игорь трус, но хитрости ему не занимать, это Снейп хорошо помнил.
— Я ничего не знаю, Каркаров. Это мог быть ты, но я не понимаю, зачем. Это могла быть мадам Максим, хотя на первый взгляд ей это тоже совершенно не нужно. Это мог быть кто угодно — да хоть Людо Бэгмен, с него станется.
— Это не я. Я не понимаю, что происходит, Северус. Сначала чертов чемпионат по квиддичу, потом вот это… Я… Мне кажется, это как-то связано с… ты знаешь… Я боюсь. Как ты можешь оставаться таким спокойным? Помоги мне, Северус, пожалуйста! Ну хочешь, я на колени встану? Хочешь?
— Хочу. Вставай.
Игорь осекся, дернулся, словно от удара, медленно поднялся с кресла и опустился на колени, прямо посреди комнаты. Снейп молча смотрел на него — об этом ли он думал тогда, много лет назад, мечтая отомстить выдавшему его Визенгамоту любовнику? Увидеть его унижение, его слабость… Каркаров стоял на коленях, опустив голову, похожий на побитую собаку. Внезапно Снейп почувствовал, что начинает возбуждаться от этой сцены: покорность Игоря почему-то заводила, провоцировала. Представилось, как все будет, если он сейчас расстегнет брюки и прикажет Игорю взять в рот, и тот подчинится, никуда не денется. Каркаров сам утверждал, что думал о нем все эти годы. А у него так давно никого не было…
— Хорошо, я… Я буду держать тебя в курсе. Постараюсь выяснить, какого черта тут творится. А теперь уходи, Каркаров.
— Северус…
— Уходи!
Ушел. Северус встал, отыскал в шкафу бутылку Огденского — просто выпить или все-таки напиться? Так хотелось напиться и, хотя бы сегодня, послать всех к чертям — директора, Поттера, Грюма… Игоря. Напиться и не думать, просто не думать. Но нельзя.
Глава 4. Драконы
Драконы! Драконы, мать вашу! В Хогвартсе! Северус поморщился, вспомнив восторг на лице так называемого преподавателя по Уходу за магическими существами. Красавцы, что и говорить. Громадные огнедышащие, практически неуязвимые для заклинаний ящеры. И этим троим… то есть четверым малолетним идиотам нужно будет с ними справиться. А то, что один из них — только на четвертом курсе и ничего толком не умеет? Поттеровский сынок, конечно, не подарок, и нервы профессору зельеварения за три с лишним года потрепал изрядно, но видеть, как он превращается в живой факел, не хотелось. Да и остальные трое…
Страница 6 из 21
