Золото пробуждения

Имоджен Дрилл чувствовала себя примерно так же, как и мисс Бэт, стоя в дверях и наблюдая за классом. Было очевидно, что заклинание мисс Хардбрум начинает медленно ослабевать. Руки Давины начали трястись, и играя на рояле, она сделала пару ошибок.

Хотя Имоджен и охватило чувство безнадежности, был один вопрос, который не давал ей покоя. Как же Констанс раньше справлялась с этими стандартами, которых невозможно было достичь? Она соответствовала им? Тогда почему она не может пройти их сейчас? Все эти вопросы роились в голове Имоджен, но в глубине души она знала, что никогда не получит на них ответы.

Констанс Хардбрум была таким человеком, который позволял увидеть только одну сторону ее личности, оставляя все остальные за глухой, кирпичной стеной, впуская в свою душу лишь очень немногих.

Для Имоджен стало привычным скрывать от людей большую часть своей жизни. Когда она ездила домой, чтобы навестить родителей, ее всегда спрашивали об учениках и коллегах и говорили о том, что этот старый продуваемый ветхий замок давно пора снести и построить вместо него нормальную школу.

Хотя Имоджен очень любила своих родителей, она скрывала от них правду, уклончиво отвечая на вопросы или переводя разговор на другую тему. Она не сообщала родителям о том, что ее ученицы были ведьмами, что заместительница директрисы преподает зелья, директриса учит девочек заклинаниям, учительница музыки имеет привычку пить на завтрак перебродившее молоко яка, а сама Имоджен является единственной не-ведьмой во всей школе. Имоджен предполагала, что расскажи она родителям все, как есть, они сдадут ее в местную психиатрическую лечебницу.

Сейчас Имоджен поняла, что точно так же, как она сама оберегает своих родителей от лишних стрессов, Констанс оберегает эту школу. В прошлом Констанс явно было что-то темное, о чем никто не знал, и Имоджен полагала, что лучше им этого и не знать. Сейчас она защищала их всех от чего-то страшного. Может, в конечном итоге, они с Констанс были чем-то похожи?

Внезапно ранее тихий коридор наполнился голосами девочек. Мисс Бэт прервала игру на пианино и подошла к двери.

— Вы слышали что-нибудь? — спросила она Имоджен, но та покачала головой.

— Нет, я… — Имоджен осеклась, потому что у нее вдруг закружилась голова и, покачнувшись, она ухватилась рукой за стену. Давина поспешила к ней и подхватила коллегу под руку, с беспокойством глядя на ее остекленевшие глаза.

— Имоджен? Что с вами?

Имоджен прижала пальцы правой руки к виску, в попытке остановить вращение.

— Имоджен? — снова спросила мисс Бэт.

— Я н-не… знаю, — ответила та и закрыла глаза.

Давина слегка склонила голову, продолжая наблюдать за коллегой. Имоджен сейчас выглядела так, будто бы спала стоя. Ее лицо не выражало эмоций, глаза были закрыты, но сама она стояла, словно статуя. Внезапно тело Имоджен окружил темный туман. Мисс Бэт отступила назад, и попыталась что-то сказать, но горло перехватило.

— И-Имоджен? — только и смогла выдавить она.

От тела Имоджен отделилась магическая волна и ударила учительницу музыки в грудь, заставив ее отлететь в другую часть класса.

— Мисс Бэт! — Милдред и Мод вскочили со своих мест, чтобы помочь учительнице подняться на ноги. — Вы в порядке, мисс? — спрашивали они, но Давина не отвечала. Она осторожно подошла к группе девочек, которые удивленно смотрели на мисс Дрилл. Сейчас глаза учительницы физкультуры были абсолютно черными. В них не было ни радужки, ни белка, ничего. Руки Имоджен начали медленно подниматься, указывая на группу перепуганных учениц, стоящих перед ней. Но вдруг снова что-то случилось. Руки Имоджен начали дрожать, а ее глаза стали обычными.

— Давина, позовите Кон… — взмолилась она, но прежде, чем успела договорить, ее глаза снова заволокла тьма и она исчезла.

— Мисс? — обратилась Мод к мисс Бэт, которая стояла, затаив дыхание.

— Да-да, я в порядке, девочки. Оставайтесь в классе и закройтесь. Я скоро вернусь.

— Но мисс Бэт! — Милдред выступил вперед и посмотрела учительнице в глаза. — Это очень опасно!

— Девочки, пожалуйста, сделайте как я прошу! — воскликнула мисс Бэт, и прежде, чем Милдред, или кто-то другой успел что-то возразить, выскочила за дверь. Да, Давина знала, что сегодняшний день будет очень нехорошим, потому что над школой нависла страшная опасность.

— Что вы сделали? — потребовала ответа директриса, глядя мистрис Метле в глаза. Но в отличие от учениц, которые чувствовали себя крайне неудобно под таким взглядом, та только улыбнулась.

— Разве вы этого не знаете? А настоящая ведьма должна видеть все! — с усмешкой сказала она, переводя взгляд с Амелии на Констанс. — Прощайте, мисс Кэкл, Констанс! Я надеюсь, что мы больше никогда не увидимся! — И скрестив руки на груди, инспекторша исчезла.

Констанс подошла к камину и ухватилась за каминную полку.