Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт возрождается на кладбище и сталкивается с новой, неизвестной ему ранее силой: любовью к мирским удовольствиям.
Добавить в моё избранное
14 мин, 12 сек 4577
24 июня 1995 года, кладбище Литтл — Хэнглтона
Гарри Поттер коснулся валяющегося на земле Кубка Огня и скрылся в портале, унося с собой тело Седрика Диггори.
— Мой лорд, его нужно догнать! — крикнул кто-то из Пожирателей.
— Нет! — повысил голос Волдеморт. — Здесь явно замешана какая-то сложная и странная магия, так что вначале нужно во всем разобраться!
На самом деле, он сразу понял, что случилось, и двигало им сейчас совсем другое. Желание жить, и не просто жить, а наслаждаться этой самой жизнью, возвращенным телом, возможностью трогать, дышать, осязать. Том сейчас не осознавал, но на него давила физическая оболочка, полученная из плоти слуги — не слишком храброго и любящего удовольствия Питера Петтигрю, который, к тому же, еще и провел добрую дюжину лет в теле крысы. Вкупе с воспоминаниями самого Тома о пустоте бытия призраком, телесное начало взяло верх и направило Волдеморта на новый путь.
Он сотворил зеркало.
— Да, нужно во всем разобраться, — повторил Волдеморт, разглядывая себя.
— Повелитель, что нам делать теперь? — спросили Пожиратели.
— Для начала нужно будет изменить мне внешность!
Пожиратели замолчали, ошарашенные, а Том энергично заговорил:
— Что это такое? Лысый, носа нет, да еще и похож на змею? Повелитель Британии должен быть прекрасен, могуч и светел, чтобы все видели, кто тут силы Добра! Еще нужно будет напасть на Азкабан и вытащить оттуда томящихся там наших братьев и сестер!
— Да, да, правильно, — загомонили Пожиратели, — увеличим наши силы, отлично придумано.
На самом деле Волдемортом двигало сострадание, чувство, отчасти доставшееся ему через кровь Гарри Поттера. Мысль о том, что узники Азкабана лишены каких-либо телесных удовольствий, представлялась новому Тому просто невыносимой.
— Нам нужно будет надежное убежище, — сказал Волдеморт.
Такое, подумал он, где его новое тело не подвергнется опасности. Да, он все еще оставался сильнейшим волшебником Британии, но дуэль с Гарри Поттером ясно показала, что все навыки ничего не стоят там, где в дело вмешиваются пророчества, судьба и прочая высшая магия.
— Люциус, мой скользкий друг, твой мэнор отлично для этого подойдет, — сказал он.
Неделю спустя
— Проверенный временем рецепт, даже нашедший свое отражение в сказках магглов, — с бесстрастным лицом вещал Северус Снейп, указывая на три котла, в которых кипели зелья.
В руке его появилась коробочка с мазью.
— Дабы избежать повреждений и ожогов, нужно намазаться с ног до головы, — сказал Снейп, протягивая коробочку Волдеморту. — Очень удачно, мой Лорд, что вы лысый, иначе пришлось бы бриться.
— Я, я, я намажу! — вылезла вперед освобожденная три дня назад Беллатриса Лестрейндж.
Выглядела она сейчас как ведьма, очень старая ведьма, но Снейп еще ранее заверил всех, что взял котлы с запасом: омолаживающего и улучшающего вид зелья должно было хватить на всех, и на Волдеморта, и на узников Азкабана. Люциус при этом незаметно скрипнул зубами — ингредиенты для зелий были баснословно дороги.
— Я тщательно намажу, не пропущу ни одного кусочка кожи!
Волдеморт милостиво наклонил голову, и процедура намазывания началась. Особенно тщательно и усердно Беллатриса трудилась в районе чресел Тома, но никакой реакции так и не последовало.
— Непорядок, — сказал вслух Том, делая глоток красного вина десятилетней выдержки и смакуя вкус.
Увлекшись вкусными блюдами и мягкой постелью, он как-то упустил из вида этот аспект новой жизни. Но, возможно, купание в котлах все изменит?
Чуть позднее
— Мой Лорд, вы прекрасны, — искренне сказал Люциус, сгибаясь в поклоне.
Стоявшая же рядом с Волдемортом и чем-то недовольная Беллатриса выглядела так, что у Люциуса все немедленно встало дыбом. Кланяться поэтому было очень неудобно, но боль хоть как-то отрезвляла и позволяла держать себя в руках.
— Нужны еще деньги, Люциус, — бархатным голосом сказал Том.
— Мази, притирания, зелья и афродизиаки, а также нужно будет пригласить группу «Развратные Ведьмы», — протараторила Беллатриса и повернулась к Волдеморту. — Мой Лорд, я все равно против!
— Пусть люди развлекутся, — мягко сказал Том, — посмотрят на концерт, отдохнут душой и телом.
— Как пожелаете, — еще раз согнулся Люциус, кляня про себя все на свете.
Ну что вот мешало Волдеморту выбрать для проживания особняк Ноттов? Или Гойлов?
На следующий вечер
Люциус, бессильно кусая губы, вел душераздирающие подсчеты, наблюдая при этом за сценой разврата. Волдеморт, развалившись на пуховых подушках (каждая по сто галлеонов), курил кальян (одна щепотка арома-амортенциевой смеси стоила дюжину галлеонов) и потягивал магпанское 45-го года (200 галлеонов за бутылку!), уверяя, что урожай того года, когда он выпустился из Хогвартса, просто не может быть неудачным.
Гарри Поттер коснулся валяющегося на земле Кубка Огня и скрылся в портале, унося с собой тело Седрика Диггори.
— Мой лорд, его нужно догнать! — крикнул кто-то из Пожирателей.
— Нет! — повысил голос Волдеморт. — Здесь явно замешана какая-то сложная и странная магия, так что вначале нужно во всем разобраться!
На самом деле, он сразу понял, что случилось, и двигало им сейчас совсем другое. Желание жить, и не просто жить, а наслаждаться этой самой жизнью, возвращенным телом, возможностью трогать, дышать, осязать. Том сейчас не осознавал, но на него давила физическая оболочка, полученная из плоти слуги — не слишком храброго и любящего удовольствия Питера Петтигрю, который, к тому же, еще и провел добрую дюжину лет в теле крысы. Вкупе с воспоминаниями самого Тома о пустоте бытия призраком, телесное начало взяло верх и направило Волдеморта на новый путь.
Он сотворил зеркало.
— Да, нужно во всем разобраться, — повторил Волдеморт, разглядывая себя.
— Повелитель, что нам делать теперь? — спросили Пожиратели.
— Для начала нужно будет изменить мне внешность!
Пожиратели замолчали, ошарашенные, а Том энергично заговорил:
— Что это такое? Лысый, носа нет, да еще и похож на змею? Повелитель Британии должен быть прекрасен, могуч и светел, чтобы все видели, кто тут силы Добра! Еще нужно будет напасть на Азкабан и вытащить оттуда томящихся там наших братьев и сестер!
— Да, да, правильно, — загомонили Пожиратели, — увеличим наши силы, отлично придумано.
На самом деле Волдемортом двигало сострадание, чувство, отчасти доставшееся ему через кровь Гарри Поттера. Мысль о том, что узники Азкабана лишены каких-либо телесных удовольствий, представлялась новому Тому просто невыносимой.
— Нам нужно будет надежное убежище, — сказал Волдеморт.
Такое, подумал он, где его новое тело не подвергнется опасности. Да, он все еще оставался сильнейшим волшебником Британии, но дуэль с Гарри Поттером ясно показала, что все навыки ничего не стоят там, где в дело вмешиваются пророчества, судьба и прочая высшая магия.
— Люциус, мой скользкий друг, твой мэнор отлично для этого подойдет, — сказал он.
Неделю спустя
— Проверенный временем рецепт, даже нашедший свое отражение в сказках магглов, — с бесстрастным лицом вещал Северус Снейп, указывая на три котла, в которых кипели зелья.
В руке его появилась коробочка с мазью.
— Дабы избежать повреждений и ожогов, нужно намазаться с ног до головы, — сказал Снейп, протягивая коробочку Волдеморту. — Очень удачно, мой Лорд, что вы лысый, иначе пришлось бы бриться.
— Я, я, я намажу! — вылезла вперед освобожденная три дня назад Беллатриса Лестрейндж.
Выглядела она сейчас как ведьма, очень старая ведьма, но Снейп еще ранее заверил всех, что взял котлы с запасом: омолаживающего и улучшающего вид зелья должно было хватить на всех, и на Волдеморта, и на узников Азкабана. Люциус при этом незаметно скрипнул зубами — ингредиенты для зелий были баснословно дороги.
— Я тщательно намажу, не пропущу ни одного кусочка кожи!
Волдеморт милостиво наклонил голову, и процедура намазывания началась. Особенно тщательно и усердно Беллатриса трудилась в районе чресел Тома, но никакой реакции так и не последовало.
— Непорядок, — сказал вслух Том, делая глоток красного вина десятилетней выдержки и смакуя вкус.
Увлекшись вкусными блюдами и мягкой постелью, он как-то упустил из вида этот аспект новой жизни. Но, возможно, купание в котлах все изменит?
Чуть позднее
— Мой Лорд, вы прекрасны, — искренне сказал Люциус, сгибаясь в поклоне.
Стоявшая же рядом с Волдемортом и чем-то недовольная Беллатриса выглядела так, что у Люциуса все немедленно встало дыбом. Кланяться поэтому было очень неудобно, но боль хоть как-то отрезвляла и позволяла держать себя в руках.
— Нужны еще деньги, Люциус, — бархатным голосом сказал Том.
— Мази, притирания, зелья и афродизиаки, а также нужно будет пригласить группу «Развратные Ведьмы», — протараторила Беллатриса и повернулась к Волдеморту. — Мой Лорд, я все равно против!
— Пусть люди развлекутся, — мягко сказал Том, — посмотрят на концерт, отдохнут душой и телом.
— Как пожелаете, — еще раз согнулся Люциус, кляня про себя все на свете.
Ну что вот мешало Волдеморту выбрать для проживания особняк Ноттов? Или Гойлов?
На следующий вечер
Люциус, бессильно кусая губы, вел душераздирающие подсчеты, наблюдая при этом за сценой разврата. Волдеморт, развалившись на пуховых подушках (каждая по сто галлеонов), курил кальян (одна щепотка арома-амортенциевой смеси стоила дюжину галлеонов) и потягивал магпанское 45-го года (200 галлеонов за бутылку!), уверяя, что урожай того года, когда он выпустился из Хогвартса, просто не может быть неудачным.
Страница 1 из 5
