Фандом: Гарри Поттер. Волдеморт возрождается на кладбище и сталкивается с новой, неизвестной ему ранее силой: любовью к мирским удовольствиям.
Добавить в моё избранное
14 мин, 12 сек 4581
— Так! — хлопнул он в ладоши. — Каков наш новый девиз?
— Больше наслаждений, меньше страданий! — хором отозвались Пожиратели.
— Тогда садимся и думаем, как причинить как можно меньше страданий Нагини, чтобы потом получились наслаждения!
31 июля 1995 года, дом номер 4, Тисовая улица, Литл-Уингинг
Гарри Поттер проснулся, весь в поту, красный, ощущая, как раскалываются голова и тело от жара и непонятной истомы. Ему снилось такое, что одна лишь попытка вспомнить сон заставила его покраснеть еще сильнее. Нет, ему снилась до этого пару раз Чо Чанг, но это были размытые, неясные сны, в отличие от сегодняшнего.
Все было предельно четким, красочным, в мельчайших деталях великолепного женского тела, с которым он занимался чем-то беспредельно приятным, от чего женщина кричала и стонала. И еще он… Гарри приподнял одеяло, и убедился, что финальная часть сна ему точно не почудилась. Уборка и умывание холодной водой помогли — у Гарри, наконец, включилась голова, и он схватился за шрам.
— Нужно написать Сириусу, нужно написать Дамблдору, — бормотал он, в поисках пера.
Затем остановился, поняв, что не сумеет на бумаге передать то, что ему снилось: сгорит от стыда.
— Напишу, что… что… что Волдеморт трудился над женщиной и та очень кричала! — придумал он, как сказать почти что правду, но без деталей.
15 августа 1995 года, Малфой — мэнор
Мрачные Пожиратели сидели кружком на кухне Малфой-мэнора, предварительно выгнав всех домовых эльфов и выбросив всю картошку.
— Ели-пили, веселились, посчитали — прослезились, — первым нарушил тишину Долохов.
— Надо что-то делать, — поддержал его Крэбб-старший.
— Но что? — возразил Яксли. — Министерство нам привлечь не удалось, одна Амбридж пришла потанцевать, и нам же потом еще пришлось окно чинить, в которое Волдеморт от ее танца выпрыгнул!
— Я пас, джентльмены, у меня кончились деньги, — сообщил Гойл-старший.
— Только кредиты от гоблинов нас и спасают, — вздохнул Рабастан, — но они же потом потребуют возврата долгов!
— Оборотни, великаны, кентавры, Лорд уже у всех занял денег и всем пообещал вернуть долги потом, когда придет к власти, а так как он не собирается приходить к власти, то и долги возвращать не собирается, — подытожил Долохов. — Значит, нам надо сделать это самим, в смысле, взять власть.
— Нам потребуются все силы, а Белла… — вздохнул Родольфус.
Издалека донесся протяжный крик, полный страсти.
— Ей скажи, что если собрать все крестражи, то у Лорда будет стоять дольше! Невозможно же трахаться сутками напролет, никаких зелий не хватит! — в голосе Фенрира слышались нотки зависти.
— Так, — стукнул ладонью по столу Долохов, — тогда собираем всех и идем штурмовать Министерство. Амбридж пусть защиту изнутри снимет, скажем ей, что она понравилась Лорду и тот приглашает ее станцевать стриптиз персонально для него.
— Да ты чё…
— Кто-то из нас изобразит Волдеморта под обороткой, — Долохов обвел всех взглядом. — Надо, други, надо, не ради себя, ради Британии! Кто вытащит короткую, тому и смотреть.
Короткую вытащил Люциус
— Петтигрю, пулей в Хогвартс и тащи диадему, Орден Феникса накроем в особняке Блэков, чтобы не дергались и не портили нам все, а потом… посмотрим.
— Посмотрим? — скептически хмыкнул Макнейр.
— Кстати, ты же палач? — ткнул в него пальцем Долохов. — Поможешь в Министерстве, выйдешь с топором, попугаешь людей, авось и разбегутся, меньше возни будет.
22 августа 1995 года
Все прошло неожиданно гладко, тихо и спокойно. Ну, разве что Люциус попытался себе выцарапать глаза после сеанса стриптиза (и требований продолжения тесного контакта) от Амбридж. Даже пропавший медальон Слизерина нашелся в особняке Блэков.
Волдеморт узнал об этом постфактум, когда ему принесли крестражи на поглощение. Надо заметить, что к тому времени он уже настолько погрузился в пучины наслаждения от секса, что Беллатриса была согласна даже на гарем, настолько ее затрахали.
Гражданской войны не случилось, просто сменился Министр — в порядке компенсации за все перенесенные страдания, им стал Люциус Малфой, тут же переехавший жить в Министерство. Дом Гарри Поттера никто штурмовать не стал, его просто пригласили в Министерство, где Том поглотил крестраж Поттера тихой и безболезненной процедурой, разработанной для Нагини и оставляющей в живых носителя крестража.
Поглощение позволило Тому снова стать самим собой, и поэтому он не стал занимать пост Министра, сообщив всем, что останется Лордом, Лордом Наслаждений. Бывшие Пожиратели заняли высшие государственные посты, а сам Том удалился на покой, предаваясь в особняке Малфоев неге и наслаждениям в компании гарема.
Свои обещания он сдержал — все волшебные существа, занимавшие Тому денег, получили равные с магами права.
— Больше наслаждений, меньше страданий! — хором отозвались Пожиратели.
— Тогда садимся и думаем, как причинить как можно меньше страданий Нагини, чтобы потом получились наслаждения!
31 июля 1995 года, дом номер 4, Тисовая улица, Литл-Уингинг
Гарри Поттер проснулся, весь в поту, красный, ощущая, как раскалываются голова и тело от жара и непонятной истомы. Ему снилось такое, что одна лишь попытка вспомнить сон заставила его покраснеть еще сильнее. Нет, ему снилась до этого пару раз Чо Чанг, но это были размытые, неясные сны, в отличие от сегодняшнего.
Все было предельно четким, красочным, в мельчайших деталях великолепного женского тела, с которым он занимался чем-то беспредельно приятным, от чего женщина кричала и стонала. И еще он… Гарри приподнял одеяло, и убедился, что финальная часть сна ему точно не почудилась. Уборка и умывание холодной водой помогли — у Гарри, наконец, включилась голова, и он схватился за шрам.
— Нужно написать Сириусу, нужно написать Дамблдору, — бормотал он, в поисках пера.
Затем остановился, поняв, что не сумеет на бумаге передать то, что ему снилось: сгорит от стыда.
— Напишу, что… что… что Волдеморт трудился над женщиной и та очень кричала! — придумал он, как сказать почти что правду, но без деталей.
15 августа 1995 года, Малфой — мэнор
Мрачные Пожиратели сидели кружком на кухне Малфой-мэнора, предварительно выгнав всех домовых эльфов и выбросив всю картошку.
— Ели-пили, веселились, посчитали — прослезились, — первым нарушил тишину Долохов.
— Надо что-то делать, — поддержал его Крэбб-старший.
— Но что? — возразил Яксли. — Министерство нам привлечь не удалось, одна Амбридж пришла потанцевать, и нам же потом еще пришлось окно чинить, в которое Волдеморт от ее танца выпрыгнул!
— Я пас, джентльмены, у меня кончились деньги, — сообщил Гойл-старший.
— Только кредиты от гоблинов нас и спасают, — вздохнул Рабастан, — но они же потом потребуют возврата долгов!
— Оборотни, великаны, кентавры, Лорд уже у всех занял денег и всем пообещал вернуть долги потом, когда придет к власти, а так как он не собирается приходить к власти, то и долги возвращать не собирается, — подытожил Долохов. — Значит, нам надо сделать это самим, в смысле, взять власть.
— Нам потребуются все силы, а Белла… — вздохнул Родольфус.
Издалека донесся протяжный крик, полный страсти.
— Ей скажи, что если собрать все крестражи, то у Лорда будет стоять дольше! Невозможно же трахаться сутками напролет, никаких зелий не хватит! — в голосе Фенрира слышались нотки зависти.
— Так, — стукнул ладонью по столу Долохов, — тогда собираем всех и идем штурмовать Министерство. Амбридж пусть защиту изнутри снимет, скажем ей, что она понравилась Лорду и тот приглашает ее станцевать стриптиз персонально для него.
— Да ты чё…
— Кто-то из нас изобразит Волдеморта под обороткой, — Долохов обвел всех взглядом. — Надо, други, надо, не ради себя, ради Британии! Кто вытащит короткую, тому и смотреть.
Короткую вытащил Люциус
— Петтигрю, пулей в Хогвартс и тащи диадему, Орден Феникса накроем в особняке Блэков, чтобы не дергались и не портили нам все, а потом… посмотрим.
— Посмотрим? — скептически хмыкнул Макнейр.
— Кстати, ты же палач? — ткнул в него пальцем Долохов. — Поможешь в Министерстве, выйдешь с топором, попугаешь людей, авось и разбегутся, меньше возни будет.
22 августа 1995 года
Все прошло неожиданно гладко, тихо и спокойно. Ну, разве что Люциус попытался себе выцарапать глаза после сеанса стриптиза (и требований продолжения тесного контакта) от Амбридж. Даже пропавший медальон Слизерина нашелся в особняке Блэков.
Волдеморт узнал об этом постфактум, когда ему принесли крестражи на поглощение. Надо заметить, что к тому времени он уже настолько погрузился в пучины наслаждения от секса, что Беллатриса была согласна даже на гарем, настолько ее затрахали.
Гражданской войны не случилось, просто сменился Министр — в порядке компенсации за все перенесенные страдания, им стал Люциус Малфой, тут же переехавший жить в Министерство. Дом Гарри Поттера никто штурмовать не стал, его просто пригласили в Министерство, где Том поглотил крестраж Поттера тихой и безболезненной процедурой, разработанной для Нагини и оставляющей в живых носителя крестража.
Поглощение позволило Тому снова стать самим собой, и поэтому он не стал занимать пост Министра, сообщив всем, что останется Лордом, Лордом Наслаждений. Бывшие Пожиратели заняли высшие государственные посты, а сам Том удалился на покой, предаваясь в особняке Малфоев неге и наслаждениям в компании гарема.
Свои обещания он сдержал — все волшебные существа, занимавшие Тому денег, получили равные с магами права.
Страница 4 из 5
