Фандом: Гарри Поттер. Сиквел к фанфику «Детки». Итак, Волдеморту снится сон, что он родился девочкой, или История о том, как важно вовремя накормить ребенка.
Добавить в моё избранное
5 мин, 14 сек 12633
— И вот они дразнили меня, дразнили, — рассказывала переполненная доверием и перемазанная вареньем до самых косичек Меропа, — говорили, что я страшненькая, и что…
Тут она всхлипнула и безнадежно махнула ложкой.
— Ну? — подбодрил ее профессор Дамблдор, смахивая с бороды малиновое зернышко.
Меропа чуть смутилась:
— Говорили, что у меня… эти… сиськи не вырастут!
Профессор Дамблдор мгновенно сделался красным, почти слившись цветом с сюртуком.
— А ты?
— Ну, я расстроилась, конечно, — вздохнула Меропа горестно. — Чего это они у всех вырастут, а у меня нет? Нечестно. И вот на следующее утро я проснулась, а у меня…
И она весьма выразительно помахала руками перед своей цыплячьей грудью.
— Именно тогда в приют наведались стиратели памяти, — вздохнул профессор Дамблдор. — Хоть ты еще маленькая, Меропа, но должна понимать, что о магии простые люди знать не должны.
— Ну вот, — расстроилась она еще больше. — А я ведь всего лишь хотела справедливости. И еще удивлялась, что меня дразнить перестали, когда на следующий день… э-э… все стало как прежде.
Любимой ученице профессора Дамблдора больше не было дела до насмешек. Она научилась собирать волосы в пушистый хвостик, а под красивыми широкими мантиями совсем не было видно, какая она тощая и нескладная.
А главное, ей уже совершенно не нужно было грызть собственные косички, ведь в Хогвартсе кормили много и вкусно, а еще, когда ей было особенно грустно — изредка и такое случалось, — к ней прилетала сова, и Меропа отправлялась в кабинет трансфигурации пить чай с профессором Дамблдором.
Чего у него только не находилось к чаю! И конфеты, и печенье, и мармелад, а сколько волшебных сластей они перепробовали… но Меропа предпочитала варенье. Малиновое.
А иногда она представляла себе, будто стала главарем банды с жутким названием «Пожиратели». И все члены ее банды сначала до отвала наедаются сладкого, а потом ночью — тайно! — летают по приютам и кормят голодных детей.
И все-все злые люди их очень боятся.
Единственное, что по-прежнему беспокоило Меропу, — ее совершенно дурацкое имя.
Поэтому она придумала другое, решительно бандитское, просто переставив буквы в собственных имени и фамилии, и прозвище получилось, пожалуй, неплохим.
Меропа называла себя не иначе как «Мародер Пидл».
И если бы настоящее имя не досаждало ей самим фактом своего наличия, она могла бы считать себя совершенно счастливой…
— … девочкой? — завопил Волдеморт, просыпаясь.
— Скажи мне, Беллатрикс, — спросил наутро непривычно довольный и умиротворенный Волдеморт, — тебя никогда не дразнили потому, что у тебя дурацкое имя?
Северус Снейп тихо хрюкнул в наполовину опустошенный кубок с вином.
Тут она всхлипнула и безнадежно махнула ложкой.
— Ну? — подбодрил ее профессор Дамблдор, смахивая с бороды малиновое зернышко.
Меропа чуть смутилась:
— Говорили, что у меня… эти… сиськи не вырастут!
Профессор Дамблдор мгновенно сделался красным, почти слившись цветом с сюртуком.
— А ты?
— Ну, я расстроилась, конечно, — вздохнула Меропа горестно. — Чего это они у всех вырастут, а у меня нет? Нечестно. И вот на следующее утро я проснулась, а у меня…
И она весьма выразительно помахала руками перед своей цыплячьей грудью.
— Именно тогда в приют наведались стиратели памяти, — вздохнул профессор Дамблдор. — Хоть ты еще маленькая, Меропа, но должна понимать, что о магии простые люди знать не должны.
— Ну вот, — расстроилась она еще больше. — А я ведь всего лишь хотела справедливости. И еще удивлялась, что меня дразнить перестали, когда на следующий день… э-э… все стало как прежде.
Любимой ученице профессора Дамблдора больше не было дела до насмешек. Она научилась собирать волосы в пушистый хвостик, а под красивыми широкими мантиями совсем не было видно, какая она тощая и нескладная.
А главное, ей уже совершенно не нужно было грызть собственные косички, ведь в Хогвартсе кормили много и вкусно, а еще, когда ей было особенно грустно — изредка и такое случалось, — к ней прилетала сова, и Меропа отправлялась в кабинет трансфигурации пить чай с профессором Дамблдором.
Чего у него только не находилось к чаю! И конфеты, и печенье, и мармелад, а сколько волшебных сластей они перепробовали… но Меропа предпочитала варенье. Малиновое.
А иногда она представляла себе, будто стала главарем банды с жутким названием «Пожиратели». И все члены ее банды сначала до отвала наедаются сладкого, а потом ночью — тайно! — летают по приютам и кормят голодных детей.
И все-все злые люди их очень боятся.
Единственное, что по-прежнему беспокоило Меропу, — ее совершенно дурацкое имя.
Поэтому она придумала другое, решительно бандитское, просто переставив буквы в собственных имени и фамилии, и прозвище получилось, пожалуй, неплохим.
Меропа называла себя не иначе как «Мародер Пидл».
И если бы настоящее имя не досаждало ей самим фактом своего наличия, она могла бы считать себя совершенно счастливой…
— … девочкой? — завопил Волдеморт, просыпаясь.
— Скажи мне, Беллатрикс, — спросил наутро непривычно довольный и умиротворенный Волдеморт, — тебя никогда не дразнили потому, что у тебя дурацкое имя?
Северус Снейп тихо хрюкнул в наполовину опустошенный кубок с вином.
Страница 2 из 2
