После окончания Второй Мировой войны в штате Висконсин, США, произошло несколько случаев исчезновений людей без вести. Цепочка этих драматичных и, как полагала полиция, связанных между собой инцидентов, началась 1 мая 1947 г., когда пришедшая из школы 8-летняя Джорджия Веклер вышла из своего дома, чтобы погулять.
Добавить в моё избранное
41 мин, 4 сек 12580
И если Эдвард смотрел на мать с восхищением и внимал ее словам без рассуждений, то Генри позволял себе оспаривать её суждения. После смерти Джорджа Гейна, последовавшей 1 апреля 1940 г., мир в семье не только не наступил, но напротив — рассыпался окончательно. В период 1940-44 гг. Генри несколько раз уезжал из дома на заработки довольно далеко и надолго, казалось, ему невыносимо находиться под одной крышей с домашним тираном в лице собственной матери. Скорее всего, какие-то скандалы происходили и в самой семье за закрытыми дверями; сейчас об этом можно говорить лишь в предположительной форме.
Эти скрытые от мира внутрисемейные драмы, как считало большинство соседей Гейнов, привели к первой смерти: в 1944 г. Генри погиб при обстоятельствах до конца так и не выясненных. По рассказам Эдварда братья занимались выжиганием прошлогодней травы в поле, когда огонь вышел из-под контроля и охватил Генри. Эдвард утверждал, что потерял брата из виду и помчался за помощью, когда же ему удалось собрать нескольких фермеров и они прибыли в поле, огонь уже затух. Фермеры разбрелись в разные стороны в поисках Генри, а Эдвард отправился прямиком на другой конец поля и сразу же наткнулся на тело. Труп не казался сильно обгоревшим и было непонятно, почему человек, находившийся на краю поля не смог отступить от огня. Фермеры, прибывшие в тот день 16 мая 1944 г. в помощь Эдварду Гейну говорили потом, что лицо Генри носило как будто бы следы побоев, но объективных тому свидетельств не осталось и вполне может быть, что эти слухи родились под впечатлением разоблачения последующих преступлений Эдварда. Сам же Эд никогда не признал себя виновным в гибели старшего брата. Официально было признано, что Генри Гейн погиб 16 мая 1944 г. в результате несчастного случая.
В январе 1945 г. с матерью Эдварда Гейна — Августой — случился апоплексический удар. Казалось, женщина не имеет шансов выжить. Но забота ласкового и внимательного сына вернула женщине силы — к лету 1945 г. она встала с кровати и вновь сделалась несгибаемой Августой без чувств и эмоций. К несчастью для Эда уже 29 декабря 1945 г. произошел второй удар и Августа Гейн умерла.
Уже в 1957 г. соседи Эдварда припомнили, что на похороны Августы никто из них не пришел; да что там соседи, вообще никто не пришел! Уже к этому моменту Гейн, фактически, оказался исключенным из сообщества равных ему людей — он сделался изгоем, человеком, по-настоящему чужим всем.
Впоследствии Эдвард Гейн рассказал, что именно в день похорон Августы он запечатал дверь её спальни и заколотил гвоздями лестницу, ведущую на второй этаж дома. Это был очень символический шаг — Эдвард отрезал от себя свое прошлое, в котором он был «маменькиным сынком», «слабаком» и«недоумком». Именно первого января 1946 г. он сделался, наконец, Эдвардом Теодором Гейном.
Он никогда не был слабоумным в бытовом понимании этого слова. Все люди, знавшие его лично, сходились в том, что ему был присущ необычный юмор; не то, чтобы заразительно смешной, но не лишенный едкой ироничности и своеобразия. Оставшись совсем один, Эд словно потянулся к людям: в 1949 г. он купил подержаный автомобиль «ford», на котором немало поколесил по дорогам штата, заговаривая и знакомясь с самыми разными людьми, проводя свободные от работы вечера в местных салунах. Он никогда не становился центром компании, но иногда мог позабавить присутствовавших каким-нибудь любопытным рассказом на исторические темы. Обычно это были рассказы о зверствах пиратов в морях Карибского бассейна, либо повествования об ужасах нацистских концлагерей. В самой тематике этих рассказов многие усматривали некий особый черный юмор; в то время еще никто не мог догадаться, что в них на самом деле раскрывается подлинный дух Гейна; этими интересами, пожалуй, и исчерпывалась вся личная жизнь Эдварда.
Федеральная программа консервации сельскохозяйственных земель избавила его от необходимости возделывать поля и начиная с пятидестых годов Эдвард жил практически не работая на собственной ферме. Питался в эти годы он бессистемно и заметно похудел, но при всём том по-прежнему оставался очень силён физически. Хотя Гейн имел невысокий рост, он был на удивление крепок и ему никто не боялся поручать тяжелую грубую работу. Вместе с тем, в натуре этого человека, его манерах проскальзывало нечто удивительно женское, нечто такое, что было очень трудно описать и объяснить. Так, например, Гейн, как прирождённая нянька никогда не уставал от общения с детьми, и пусть это не покажется странным, его иногда приглашали для того, чтобы он мог посидеть с детишками во время отсутствия родителей. Когда история с обнаружением женских останков в его доме вышла наружу, к шерифу явились несколько человек, которые рассказали о том, что Гейн приглашался в их дома для контроля за детьми.
Когда полиция стала интересоваться тем, как общался Гейн с детьми и подростками, стали известны факты действительно необыкновенные.
Эти скрытые от мира внутрисемейные драмы, как считало большинство соседей Гейнов, привели к первой смерти: в 1944 г. Генри погиб при обстоятельствах до конца так и не выясненных. По рассказам Эдварда братья занимались выжиганием прошлогодней травы в поле, когда огонь вышел из-под контроля и охватил Генри. Эдвард утверждал, что потерял брата из виду и помчался за помощью, когда же ему удалось собрать нескольких фермеров и они прибыли в поле, огонь уже затух. Фермеры разбрелись в разные стороны в поисках Генри, а Эдвард отправился прямиком на другой конец поля и сразу же наткнулся на тело. Труп не казался сильно обгоревшим и было непонятно, почему человек, находившийся на краю поля не смог отступить от огня. Фермеры, прибывшие в тот день 16 мая 1944 г. в помощь Эдварду Гейну говорили потом, что лицо Генри носило как будто бы следы побоев, но объективных тому свидетельств не осталось и вполне может быть, что эти слухи родились под впечатлением разоблачения последующих преступлений Эдварда. Сам же Эд никогда не признал себя виновным в гибели старшего брата. Официально было признано, что Генри Гейн погиб 16 мая 1944 г. в результате несчастного случая.
В январе 1945 г. с матерью Эдварда Гейна — Августой — случился апоплексический удар. Казалось, женщина не имеет шансов выжить. Но забота ласкового и внимательного сына вернула женщине силы — к лету 1945 г. она встала с кровати и вновь сделалась несгибаемой Августой без чувств и эмоций. К несчастью для Эда уже 29 декабря 1945 г. произошел второй удар и Августа Гейн умерла.
Уже в 1957 г. соседи Эдварда припомнили, что на похороны Августы никто из них не пришел; да что там соседи, вообще никто не пришел! Уже к этому моменту Гейн, фактически, оказался исключенным из сообщества равных ему людей — он сделался изгоем, человеком, по-настоящему чужим всем.
Впоследствии Эдвард Гейн рассказал, что именно в день похорон Августы он запечатал дверь её спальни и заколотил гвоздями лестницу, ведущую на второй этаж дома. Это был очень символический шаг — Эдвард отрезал от себя свое прошлое, в котором он был «маменькиным сынком», «слабаком» и«недоумком». Именно первого января 1946 г. он сделался, наконец, Эдвардом Теодором Гейном.
Он никогда не был слабоумным в бытовом понимании этого слова. Все люди, знавшие его лично, сходились в том, что ему был присущ необычный юмор; не то, чтобы заразительно смешной, но не лишенный едкой ироничности и своеобразия. Оставшись совсем один, Эд словно потянулся к людям: в 1949 г. он купил подержаный автомобиль «ford», на котором немало поколесил по дорогам штата, заговаривая и знакомясь с самыми разными людьми, проводя свободные от работы вечера в местных салунах. Он никогда не становился центром компании, но иногда мог позабавить присутствовавших каким-нибудь любопытным рассказом на исторические темы. Обычно это были рассказы о зверствах пиратов в морях Карибского бассейна, либо повествования об ужасах нацистских концлагерей. В самой тематике этих рассказов многие усматривали некий особый черный юмор; в то время еще никто не мог догадаться, что в них на самом деле раскрывается подлинный дух Гейна; этими интересами, пожалуй, и исчерпывалась вся личная жизнь Эдварда.
Федеральная программа консервации сельскохозяйственных земель избавила его от необходимости возделывать поля и начиная с пятидестых годов Эдвард жил практически не работая на собственной ферме. Питался в эти годы он бессистемно и заметно похудел, но при всём том по-прежнему оставался очень силён физически. Хотя Гейн имел невысокий рост, он был на удивление крепок и ему никто не боялся поручать тяжелую грубую работу. Вместе с тем, в натуре этого человека, его манерах проскальзывало нечто удивительно женское, нечто такое, что было очень трудно описать и объяснить. Так, например, Гейн, как прирождённая нянька никогда не уставал от общения с детьми, и пусть это не покажется странным, его иногда приглашали для того, чтобы он мог посидеть с детишками во время отсутствия родителей. Когда история с обнаружением женских останков в его доме вышла наружу, к шерифу явились несколько человек, которые рассказали о том, что Гейн приглашался в их дома для контроля за детьми.
Когда полиция стала интересоваться тем, как общался Гейн с детьми и подростками, стали известны факты действительно необыкновенные.
Страница 7 из 12
