Т.н. «дело Маргариты Жюжан» началось 18 апреля 1878 г. с событий весьма трагических и нетривиальных. В этот день, около девяти часов утра, был установлен факт смерти 18-летнего студента историко-филологического факультета Петербургского университета Николая Познанского. Последние дни он болел — лежал с краснухой дома — и уход за ним осуществляла гувернантка Маргарита Жюжан, французская подданная.
Добавить в моё избранное
39 мин, 21 сек 4355
Смерть молодого человека поразила его близких. Болезнь Николая протекала без осложнений и он уверенно находился на пути к выздоровлению. В дни своей болезни он принимал друзей по Университету, много общался с родными — младшими братом Алексеем и 12 — летней сестрой Надеждой, шутил, играл на гитаре и вообще казался достаточно бодрым. Никто из бывших рядом с ним в последние дни не мог даже и предположить подобного трагического исхода.
Врач семьи Познанских — Николаев — заявил, что не считает возможным разрешить похороны Николая без должного патологоанатомического исследования. В те времена именно врач, наблюдавший больного, решал вопрос о естественности наступившей смерти; если что — то его настораживало врач не давал разрешения на похороны. Без подобного разрешения осуществить захоронение было невозможно.
Анатомирование было осуществлено 20 апреля в морге Военно — Медицинской академии. Его результат хотя и указал однозначно на непосредственную причину смерти Николая Познанского, но ничего не объяснил, скорее напротив, поставил массу новых вопросов. Химическое исследование содержимого желудка обнаружило в нем большое количество морфия; умерший должен был принять не менее 0,2 грамма чистого морфия (т. е. 3 аптечных грана), что являлось безусловно смертельной дозой для взрослого человека. Наркотик не входил в состав лекарств, которые принимал Николай Познанский, что исключало любые ошибки, вызванные назначениями врача или действиями готовившего лекарство провизора. Больной мог получить яд только либо в силу небрежности ухода, либо в силу злого умысла.
Похороны Николая состоялись 21 апреля, а уже 23 числа в квартире Познанских появились чины полиции во главе с помощником окружного прокурора для проведения обыска. Собственно, именно тогда и была оглашена причина гибели молодого человека. Целью обыска являлось обнаружение яда — который мог представлять опасность для окружающих — а также емкостей, в которых он мог быть доставлен в дом Познанских. Вообще — то, следователя интересовало все, могущее пролить свет на обстоятельства дела, но особенностью расследований, связанных с отравлением является то, что прежде всего прослеживается путь яда: от кого пришел? где хранился? как был использован? что стало с остатками?
Яд был обнаружен достаточно быстро. При обыске присутствовал доктор Николаев, лечивший Николая Познанского. Врач давал пояснения по характеру лечения и назначеннию лекарств и именно он обратил внимание на то, что микстура, которую он прописал больному не имеет должного запаха трав. При более тщательном рассмотрении склянки оказалось, что в нем содержится бесцветная жидкость, явно не являющаяся микструрой. Домашние вспомнили, что именно из этой емкости Николай выпил две столовые ложки жидкости вечером 17 апреля, ложась спать. Анализ содержимого подозрительной склянки показал, что в ней содержится раствор морфия. Эту псевдо — микстуру подала Николаю его гувернантка — Маргарита Жюжан.
Прежде чем продолжить хронологическое изложение событий, следует сделать отсупление и упомянуть о ряде обстоятельств, имевших место еще до смерти молодого человека. Без такого отступления будет непонятнта внутренняя логика последовавшего.
Второго апреля 1878 г. имел место случай, который в дальнейшем неоднократно рассказывался разными свидетелями и участниками на разные лады и в ходе предварительного следствия, и на суде. Николай Познанский будучи в компании друзей закурил папиросу, которая показалась ему странной на вкус. Бывшая тут же гувернантка — Маргарита Жюжан — взяла другую папиросу и всю ее выкурила; ей сделалось дурно, она села на пол, едва не теряя сознание. Ее немедленно положили в постель, привели в чувство, но женщина еще в течение трех дней оставалась слаба и не выходила на улицу. Из — за этого она пропустила несколько частных уроков в других домах Петербурга, которые давала с целью подработать. Случай с «первоапрельскими папиросами Познанских» получил довольно широкую огласку в городе, из него никто не делал тайны.
Надо пояснить, что в то время единственным видом готовых табачных изделий были сигары. Папиросы изготавливались вручную; для этого покупались весовой табак и папиросная бумага, из которой скручивались гильзы, набивавшиеся табаком при помощи специальной машинки. Для Николая Познанского папиросы «крутила» Маргарита Жюжан. Когда внимательнее были рассмотрены папиросы из той же партии, что и выкуренная гувернанткой, то оказалось, что бумага, из которой они«крутились», была кем — то смочена растором морфия. Высохшая папиросная бумага полностью сохранила свой вид, но при нагревании выделяла дым, вызвавший у присутствующих заметное головокружение. Проделка с папиросами была сочтена неуместной первоапрельской шуткой кого — то из домашних, жертвой которой стала ни в чеи не повинная гувернантка. Глава семьи — полковник жандармерии — лично проведший домашнее расследование, сторого указал детям на бестактность их проделок, уничтожил все «первоапрельские» папиросы и об инцинденте, казалось, позабыли.
Врач семьи Познанских — Николаев — заявил, что не считает возможным разрешить похороны Николая без должного патологоанатомического исследования. В те времена именно врач, наблюдавший больного, решал вопрос о естественности наступившей смерти; если что — то его настораживало врач не давал разрешения на похороны. Без подобного разрешения осуществить захоронение было невозможно.
Анатомирование было осуществлено 20 апреля в морге Военно — Медицинской академии. Его результат хотя и указал однозначно на непосредственную причину смерти Николая Познанского, но ничего не объяснил, скорее напротив, поставил массу новых вопросов. Химическое исследование содержимого желудка обнаружило в нем большое количество морфия; умерший должен был принять не менее 0,2 грамма чистого морфия (т. е. 3 аптечных грана), что являлось безусловно смертельной дозой для взрослого человека. Наркотик не входил в состав лекарств, которые принимал Николай Познанский, что исключало любые ошибки, вызванные назначениями врача или действиями готовившего лекарство провизора. Больной мог получить яд только либо в силу небрежности ухода, либо в силу злого умысла.
Похороны Николая состоялись 21 апреля, а уже 23 числа в квартире Познанских появились чины полиции во главе с помощником окружного прокурора для проведения обыска. Собственно, именно тогда и была оглашена причина гибели молодого человека. Целью обыска являлось обнаружение яда — который мог представлять опасность для окружающих — а также емкостей, в которых он мог быть доставлен в дом Познанских. Вообще — то, следователя интересовало все, могущее пролить свет на обстоятельства дела, но особенностью расследований, связанных с отравлением является то, что прежде всего прослеживается путь яда: от кого пришел? где хранился? как был использован? что стало с остатками?
Яд был обнаружен достаточно быстро. При обыске присутствовал доктор Николаев, лечивший Николая Познанского. Врач давал пояснения по характеру лечения и назначеннию лекарств и именно он обратил внимание на то, что микстура, которую он прописал больному не имеет должного запаха трав. При более тщательном рассмотрении склянки оказалось, что в нем содержится бесцветная жидкость, явно не являющаяся микструрой. Домашние вспомнили, что именно из этой емкости Николай выпил две столовые ложки жидкости вечером 17 апреля, ложась спать. Анализ содержимого подозрительной склянки показал, что в ней содержится раствор морфия. Эту псевдо — микстуру подала Николаю его гувернантка — Маргарита Жюжан.
Прежде чем продолжить хронологическое изложение событий, следует сделать отсупление и упомянуть о ряде обстоятельств, имевших место еще до смерти молодого человека. Без такого отступления будет непонятнта внутренняя логика последовавшего.
Второго апреля 1878 г. имел место случай, который в дальнейшем неоднократно рассказывался разными свидетелями и участниками на разные лады и в ходе предварительного следствия, и на суде. Николай Познанский будучи в компании друзей закурил папиросу, которая показалась ему странной на вкус. Бывшая тут же гувернантка — Маргарита Жюжан — взяла другую папиросу и всю ее выкурила; ей сделалось дурно, она села на пол, едва не теряя сознание. Ее немедленно положили в постель, привели в чувство, но женщина еще в течение трех дней оставалась слаба и не выходила на улицу. Из — за этого она пропустила несколько частных уроков в других домах Петербурга, которые давала с целью подработать. Случай с «первоапрельскими папиросами Познанских» получил довольно широкую огласку в городе, из него никто не делал тайны.
Надо пояснить, что в то время единственным видом готовых табачных изделий были сигары. Папиросы изготавливались вручную; для этого покупались весовой табак и папиросная бумага, из которой скручивались гильзы, набивавшиеся табаком при помощи специальной машинки. Для Николая Познанского папиросы «крутила» Маргарита Жюжан. Когда внимательнее были рассмотрены папиросы из той же партии, что и выкуренная гувернанткой, то оказалось, что бумага, из которой они«крутились», была кем — то смочена растором морфия. Высохшая папиросная бумага полностью сохранила свой вид, но при нагревании выделяла дым, вызвавший у присутствующих заметное головокружение. Проделка с папиросами была сочтена неуместной первоапрельской шуткой кого — то из домашних, жертвой которой стала ни в чеи не повинная гувернантка. Глава семьи — полковник жандармерии — лично проведший домашнее расследование, сторого указал детям на бестактность их проделок, уничтожил все «первоапрельские» папиросы и об инцинденте, казалось, позабыли.
Страница 1 из 12
