В начале шестого утра 14 июля 1966 г. на карниз второго этажа невысокого дома N 2319 по 100 Восточной улице Чикаго (известного также и как «Джеффри Мэйнор хаус») выбежала полураздетая девушка и на ломаном английском языке стала кричать: «Все девушки убиты! Я одна жива!». Девушкой была филлипинка; то ли по этой причине, то ли потому, что поведение её казалось не вполне адекватным, на неё не сразу обратили внимание люди на улице. «Джеффри Мэйнор хаус» использовался медицинским колледжем как студенческое общежитие, а молодежь тех лет демонстративно злоупотребляла спиртным и наркотиками.
Добавить в моё избранное
17 мин, 45 сек 12151
Пораженный сделанным открытием, он переспросил, обращаясь уже к самому больному: «Повторите, как Ваша фамилия?». Мужчина с порезами, изрядно одурманенный алкоголем и — как потом выяснилось — наркотиками не сразу понял адресованный ему вопрос, а потому потребовалось некоторое время, чтобы добиться от него ответа. «Меня зовут Ричард Спек», — пробормотал он, немного придя в себя.
Доктор вышел из палаты и сделал телефонный звонок в полицию.
Ричард Спек, оглушенный наркотиками и анестезией, еще в течение двух суток не подозревал, что с другой стороны двери в его больничную палату стоит полицейский наряд.
Пока Спек находился в больнице, полиция тщательно обыскала его гостиничный номер. Внимание полицейских привлекли дешёвые женские украшения. Проверка показала, что они принадлежали 65-летней Вирджил Хэррис, убитой и изнасилованной в собственном доме в местечке Фрэнкс, в штате Мичиган. Преступление произошло 18 апреля 1966 г. и совпадало со временем пребывания Спека в этом населённом пункте. Оказалось, что Спека местная полиция подозревала в причастности к этому убийству, а также и к другому, произошедшему 10 апреля 1966 г. Тогда жертвой неизвестного преступника стала официантка из дешёвого ресторанчика по имени Мэри Кей Пиерс. Было известно, что Спек захаживал в этот ресторанчик и впоне мог встречать Мэри Кей. Девушка исчезла 10 апреля, а труп её с множественными ножевыми ранениями был обнаружен спустя три дня позади здания, в котором она работала.
Разумеётся, полученная информация рождала серьёзные подозрения в отношении Спека. Началась проверка на возможную причастность этого человека к другим преступлениям на территории разных штатов.
Вскоре выяснилось, что во время одной из стоянок самоходной баржи, на которой плавал Спек, в соседнем городке на территории штата Индиана пропали три девочки. Произошло это 2 июля 1966 г. Личные вещи пропавших довольно скоро удалось отыскать выброшенными в канаву у дороги, а сами тела так и остались не найдены. Полиция Индианы допускала, что Спек мог быть причастен к исчезновению девочек и желала провести его официальный допрос.
Обнаружились и иные подозрительные совпадения. Так, во время стоянок баржи в речном порту Бентон-Харбор, в штате Мичиган, исчезали женщины. Всего были отмечены четыре таких случая; жертвами неизвестного преступника стали 7-летняя девочка, 19-летняя девушка и 37— и 63-летние женщины.
Завершая разговор об убийствах в других городах и штатах, к которым, возможно, был причастен Спек, остаётся сказать, что власти в конце-концов отказались от выдвижения официальных обвинений в виду невозможности их доказательства в суде. Однако впоследствии, спустя многие годы, Ричард Спек в частных разговорах (в том числе и с представителями правоохранительных органов) признавал, что убийства в «Джеффри Мэйнор хаус» были для него отнюдь не первыми.
В течение двух недель — пока Спек лечился в больнице «Кук каунти» — к нему приходил назначенный прокуратурой врач — психиатр Марвин Зипори. Ему надлежало дать заключение о психическом состоянии преступника и вскрыть мотивацию его действий.
Ричард Спек рассказал Зипори о травме головы, полученной в давнишней драке; о провалах памяти, сильных головных болях. Весьма любопытную позицию занял Спек, когда взялся рассказывать о событиях 13 — 14 июля 1966 г. По его словам, он хорошо помнил, как пил в баре с какими — то приятелями; помимо виски он принял и наркотические таблетки. Относительно событий ночи у него, якобы, существовал полный провал в памяти; следующеё четкое воспоминание связано с пробуждением в собственном гостиничном номере после обеда 14 июля. Спек сказал, что он увидел свои окровавленные руки и пистолет, происхождение которого он не может объяснить и тут же подумал, что совершил преступление. Когда в его руки попала газета с описанием убийств на 100 — й Восточной улице, Спек будто бы сразу догадался, что убийцей был именно он; но обстоятельств случившего он не помнит совершенно и никак объяснить свои поступки не может.
Зипори в своем заключении констатировал низкий интеллектуальный уровень развития Ричарда Спека, указал на примитивность его ассоциативного мышления. Врач констатировал отсутствие выраженной ненависти к женскому полу (что характерно для абсолютного большинства «чистых» маньяков), отметил ту нежность, с какой Спек говорил о собственной матери и сестрах (особенно одной из них — самой младшей, Каролине). Врач был склонен видеть в качестве причины действий преступника не его психологический склад, а расстройство работы мозга, вызванное его механическими повреждениями:«Мозг обвиняемого сильно поврежден… провалы в памяти и сильные головные боли имеют общую природу и м. б. вызваны именно поражениями мозга». В качестве причин такого поражения психиатр указал возможные механические травмы, алкогольную и наркотическую зависимости.
Доктор вышел из палаты и сделал телефонный звонок в полицию.
Ричард Спек, оглушенный наркотиками и анестезией, еще в течение двух суток не подозревал, что с другой стороны двери в его больничную палату стоит полицейский наряд.
Пока Спек находился в больнице, полиция тщательно обыскала его гостиничный номер. Внимание полицейских привлекли дешёвые женские украшения. Проверка показала, что они принадлежали 65-летней Вирджил Хэррис, убитой и изнасилованной в собственном доме в местечке Фрэнкс, в штате Мичиган. Преступление произошло 18 апреля 1966 г. и совпадало со временем пребывания Спека в этом населённом пункте. Оказалось, что Спека местная полиция подозревала в причастности к этому убийству, а также и к другому, произошедшему 10 апреля 1966 г. Тогда жертвой неизвестного преступника стала официантка из дешёвого ресторанчика по имени Мэри Кей Пиерс. Было известно, что Спек захаживал в этот ресторанчик и впоне мог встречать Мэри Кей. Девушка исчезла 10 апреля, а труп её с множественными ножевыми ранениями был обнаружен спустя три дня позади здания, в котором она работала.
Разумеётся, полученная информация рождала серьёзные подозрения в отношении Спека. Началась проверка на возможную причастность этого человека к другим преступлениям на территории разных штатов.
Вскоре выяснилось, что во время одной из стоянок самоходной баржи, на которой плавал Спек, в соседнем городке на территории штата Индиана пропали три девочки. Произошло это 2 июля 1966 г. Личные вещи пропавших довольно скоро удалось отыскать выброшенными в канаву у дороги, а сами тела так и остались не найдены. Полиция Индианы допускала, что Спек мог быть причастен к исчезновению девочек и желала провести его официальный допрос.
Обнаружились и иные подозрительные совпадения. Так, во время стоянок баржи в речном порту Бентон-Харбор, в штате Мичиган, исчезали женщины. Всего были отмечены четыре таких случая; жертвами неизвестного преступника стали 7-летняя девочка, 19-летняя девушка и 37— и 63-летние женщины.
Завершая разговор об убийствах в других городах и штатах, к которым, возможно, был причастен Спек, остаётся сказать, что власти в конце-концов отказались от выдвижения официальных обвинений в виду невозможности их доказательства в суде. Однако впоследствии, спустя многие годы, Ричард Спек в частных разговорах (в том числе и с представителями правоохранительных органов) признавал, что убийства в «Джеффри Мэйнор хаус» были для него отнюдь не первыми.
В течение двух недель — пока Спек лечился в больнице «Кук каунти» — к нему приходил назначенный прокуратурой врач — психиатр Марвин Зипори. Ему надлежало дать заключение о психическом состоянии преступника и вскрыть мотивацию его действий.
Ричард Спек рассказал Зипори о травме головы, полученной в давнишней драке; о провалах памяти, сильных головных болях. Весьма любопытную позицию занял Спек, когда взялся рассказывать о событиях 13 — 14 июля 1966 г. По его словам, он хорошо помнил, как пил в баре с какими — то приятелями; помимо виски он принял и наркотические таблетки. Относительно событий ночи у него, якобы, существовал полный провал в памяти; следующеё четкое воспоминание связано с пробуждением в собственном гостиничном номере после обеда 14 июля. Спек сказал, что он увидел свои окровавленные руки и пистолет, происхождение которого он не может объяснить и тут же подумал, что совершил преступление. Когда в его руки попала газета с описанием убийств на 100 — й Восточной улице, Спек будто бы сразу догадался, что убийцей был именно он; но обстоятельств случившего он не помнит совершенно и никак объяснить свои поступки не может.
Зипори в своем заключении констатировал низкий интеллектуальный уровень развития Ричарда Спека, указал на примитивность его ассоциативного мышления. Врач констатировал отсутствие выраженной ненависти к женскому полу (что характерно для абсолютного большинства «чистых» маньяков), отметил ту нежность, с какой Спек говорил о собственной матери и сестрах (особенно одной из них — самой младшей, Каролине). Врач был склонен видеть в качестве причины действий преступника не его психологический склад, а расстройство работы мозга, вызванное его механическими повреждениями:«Мозг обвиняемого сильно поврежден… провалы в памяти и сильные головные боли имеют общую природу и м. б. вызваны именно поражениями мозга». В качестве причин такого поражения психиатр указал возможные механические травмы, алкогольную и наркотическую зависимости.
Страница 3 из 6
