28 августа 2013 года исполнилось ровно 10 лет началу цепи в высшей степени неординарных преступлений, аналог которым в мировой криминальной истории вряд ли можно отыскать даже при всём старании.
Добавить в моё избранное
176 мин, 43 сек 16782
Эри и гибелью Брайана Уэллса. По его словам, Стоктон уже тогда был одержим идеей ограбить банк с использованием заложника, на которого повешена неснимаемая бомба.«Информатор №2» утверждал, что знал Стоктона под кличкой«Джей» и его подлинные имя и фамилию узнал лишь из телевизионной передачи.
Вооружённый этой информацией спецагент Кларк решил «брать быка за рога», т. е. любой ценой склонить Стоктона к даче признательных показаний. 27 марта 2007 г. в номере отеля «Гранд Хайят» («Grand Hyatt hotel») в Сиэттле произошла встреча специального агента Кларка, упоминавшегося выше следователя федеральной прокуратуры Маршалла Пикинини (Marshall Piccinini) и помощника присяжного поверенного Чарбеля Латуфа (Charbel G. Latouf) с Флойдом Стоктоном. О том, как протекала беседа мы, скорее всего, не узнаем никогда, но нам известен её результат: Флойд якобы без всякого внешнего понуждения вдруг согласился рассказать об обстоятельствах подготовки и проведения ограбления отделения банка PNC по адресу Пич-стрит, 7200. Зачем он решил сказать то, что сказал, можно только гадать, но вряд ли следует сомневаться в том, что среди определяющих мотивов этого довольно странного шага присутствовали, по меньшей мере, два: 1) он был поставлен в такие рамки, когда молчать более он не мог и 2) ему, несомненно, были даны гарантии того, что излишняя говорливость ему не повредит. Примерно то же самое Кларк обещал прежде Марджори Диль-Армстронг и Кеннету Барнсу. Теперь подошла очередь Стоктона.
Итак, что же поведал друг Ротштейна, человек, который по версии Кларка должен был считаться одним из самых информированных обо всех обстятельствах истории «бомбы-на-шее»? Стоктон заявил, что Роберт Пиретти, коллега Брайана Уэллса по работе в пиццерии «Мама мия», был посвящён в план ограбления. Пиретти был наркоманом и покупал наркотики у Кена Барнса, который не только зарабатывал на жизнь строительными «халтурами» и ремонтом бытовой техники, но и мелкооптовым сбытом разнообразной«дури». Именно через последнего Пиретти и вошёл в группу злоумышленников. Первоначально планировалось, что с бомбой поедет поедет грабить банк именно Пиретти, однако в последний момент тот испугался и к телевышке приехал Брайан Уэллс. Это своеволие, конечно, очень не понравилось участникам группы. Кроме того, Пиретти сильно паниковал после допроса, проведенного сотрудниками ФБР в ходе тотальной проверки персонала пиццерии. Стало ясно, что от него надо избавляться и чем скорее, тем лучше. Барнс под видом наркотика продал Пиретти смертельную смесь трех лекарств, которая вкупе с обильной выпивкой привела к остановке его сердца. Это случилось, как мы помним, 31 августа 2003 г., на третий день после гибели Брайана Уэллса.
Кроме того, Стоктон рассказал о бомбе, которую он лично переносил из гаража Ротштейна в его машину накануне ограбления, а уже в день ограбления — вынимал из автомашины и крепил на шее Уэллса.
То, что Флойд Стоктон стал рассказывать о подготовке преступления, явилось хорошим знаком. Это означало, что Барнсу и Диль-Армстронг не удастся избежать суда и обвинительного приговора. При этом самому Стоктону требовалось обеспечить юридическую неприкосновенность — только при соблюдении этого условия он соглашался свидетельствовать против своих бывших компаньонов. Для того, чтобы юридически закрепить договорённость с правоохранительными органами, Стоктону надлежало прибыть в Пенсильванию, дать официальные показания (надлежащим образом закреплённые) и получить от Большого Жюри подтверждение судебного иммунитета (Большое Жюри в англо-американской правовой системе — это особая судебная инстанция, принимающая некоторые специфичные решения, в частности, решающая вопрос о достаточности обвинительной базы для рассмотрения дела в суде с участием присяжных заседателей. В отечественной судебной системе аналога Большого Жюри не существует. В рассматриваемой ситуации Большое Жюри федерального суда решало вопросы о правомерности выдвижения обвинений в адрес Кеннета Барнса и Марджори Диль-Армстронг. Т.о. именно федеральное Большое Жюри могло обеспечить Стоктону полный иммунитет от судебного преследования в рамках проводимого расследования и возможных расследований в будущем…
Решение различных юридических вопросов растянулось более чем на 1,5 месяца. Наконец, все согласования успешно завершились и во второй декаде мая 2007 г. Стоктон для завершения всех формальностей прибыл в Эри, где и остановился в отеле «Хэмтон инн». В офисе Латуфа, получившего к тому времени лицензию на адвокатскую деятельность и открывшего собственную контору, 14 мая было оформлено соглашение между Департаментом юстиции США и Флойдом Стоктоном, исходя из которого последний принимал на себя обязательство сообщить всю известную ему информацию об инциденте 28 августа 2003 г. в городе Эри. Прокуратура же в ответ гарантировала отказ от выдвижения обвинений в его адрес. Это соглашение в дальнейшем надлежало представить Большому Жюри для вынесения решения о предоставлении иммунитета.
Вооружённый этой информацией спецагент Кларк решил «брать быка за рога», т. е. любой ценой склонить Стоктона к даче признательных показаний. 27 марта 2007 г. в номере отеля «Гранд Хайят» («Grand Hyatt hotel») в Сиэттле произошла встреча специального агента Кларка, упоминавшегося выше следователя федеральной прокуратуры Маршалла Пикинини (Marshall Piccinini) и помощника присяжного поверенного Чарбеля Латуфа (Charbel G. Latouf) с Флойдом Стоктоном. О том, как протекала беседа мы, скорее всего, не узнаем никогда, но нам известен её результат: Флойд якобы без всякого внешнего понуждения вдруг согласился рассказать об обстоятельствах подготовки и проведения ограбления отделения банка PNC по адресу Пич-стрит, 7200. Зачем он решил сказать то, что сказал, можно только гадать, но вряд ли следует сомневаться в том, что среди определяющих мотивов этого довольно странного шага присутствовали, по меньшей мере, два: 1) он был поставлен в такие рамки, когда молчать более он не мог и 2) ему, несомненно, были даны гарантии того, что излишняя говорливость ему не повредит. Примерно то же самое Кларк обещал прежде Марджори Диль-Армстронг и Кеннету Барнсу. Теперь подошла очередь Стоктона.
Итак, что же поведал друг Ротштейна, человек, который по версии Кларка должен был считаться одним из самых информированных обо всех обстятельствах истории «бомбы-на-шее»? Стоктон заявил, что Роберт Пиретти, коллега Брайана Уэллса по работе в пиццерии «Мама мия», был посвящён в план ограбления. Пиретти был наркоманом и покупал наркотики у Кена Барнса, который не только зарабатывал на жизнь строительными «халтурами» и ремонтом бытовой техники, но и мелкооптовым сбытом разнообразной«дури». Именно через последнего Пиретти и вошёл в группу злоумышленников. Первоначально планировалось, что с бомбой поедет поедет грабить банк именно Пиретти, однако в последний момент тот испугался и к телевышке приехал Брайан Уэллс. Это своеволие, конечно, очень не понравилось участникам группы. Кроме того, Пиретти сильно паниковал после допроса, проведенного сотрудниками ФБР в ходе тотальной проверки персонала пиццерии. Стало ясно, что от него надо избавляться и чем скорее, тем лучше. Барнс под видом наркотика продал Пиретти смертельную смесь трех лекарств, которая вкупе с обильной выпивкой привела к остановке его сердца. Это случилось, как мы помним, 31 августа 2003 г., на третий день после гибели Брайана Уэллса.
Кроме того, Стоктон рассказал о бомбе, которую он лично переносил из гаража Ротштейна в его машину накануне ограбления, а уже в день ограбления — вынимал из автомашины и крепил на шее Уэллса.
То, что Флойд Стоктон стал рассказывать о подготовке преступления, явилось хорошим знаком. Это означало, что Барнсу и Диль-Армстронг не удастся избежать суда и обвинительного приговора. При этом самому Стоктону требовалось обеспечить юридическую неприкосновенность — только при соблюдении этого условия он соглашался свидетельствовать против своих бывших компаньонов. Для того, чтобы юридически закрепить договорённость с правоохранительными органами, Стоктону надлежало прибыть в Пенсильванию, дать официальные показания (надлежащим образом закреплённые) и получить от Большого Жюри подтверждение судебного иммунитета (Большое Жюри в англо-американской правовой системе — это особая судебная инстанция, принимающая некоторые специфичные решения, в частности, решающая вопрос о достаточности обвинительной базы для рассмотрения дела в суде с участием присяжных заседателей. В отечественной судебной системе аналога Большого Жюри не существует. В рассматриваемой ситуации Большое Жюри федерального суда решало вопросы о правомерности выдвижения обвинений в адрес Кеннета Барнса и Марджори Диль-Армстронг. Т.о. именно федеральное Большое Жюри могло обеспечить Стоктону полный иммунитет от судебного преследования в рамках проводимого расследования и возможных расследований в будущем…
Решение различных юридических вопросов растянулось более чем на 1,5 месяца. Наконец, все согласования успешно завершились и во второй декаде мая 2007 г. Стоктон для завершения всех формальностей прибыл в Эри, где и остановился в отеле «Хэмтон инн». В офисе Латуфа, получившего к тому времени лицензию на адвокатскую деятельность и открывшего собственную контору, 14 мая было оформлено соглашение между Департаментом юстиции США и Флойдом Стоктоном, исходя из которого последний принимал на себя обязательство сообщить всю известную ему информацию об инциденте 28 августа 2003 г. в городе Эри. Прокуратура же в ответ гарантировала отказ от выдвижения обвинений в его адрес. Это соглашение в дальнейшем надлежало представить Большому Жюри для вынесения решения о предоставлении иммунитета.
Страница 40 из 52
