В свое время — т.е. в середине 6-го столетия нашей эры — выдающийся мыслитель своего времени и философ Козьма Индикоплов, доказывая физическую невозможность существования шарообразной Земли, назвал умозрительных обитателей противоположной нам стороны «антиподами».
Добавить в моё избранное
131 мин, 30 сек 17059
Среди описаний пропавших молодых людей полицейские стали искать такие, в которых упоминались особые приметы на плечах и предплечьях, благодаря чему уже на третьи сутки удалось назвать имя убитого. Им оказался 25-летний Нейл Мьюир (Neil Muir), импозантный высокий шатен, проживавший на восточной окраине Аделаиды в районе под название Кангарилла.
Мьюир не был гомосексуалистом, напротив, по рассказам друзей, он отличался активностью в поисках новых женщин и впечатлений. Собственно в день своего исчезновения — в пятницу 24 августа — он отпраился именно на свидание с очередной новой знакомой. «Культурная программа» предполагала, что парочка зайдёт в диско-бар, там выпьет спиртного и потанцует, ну, а далее, как карта ляжет — либо отправится вместе в гостиницу, либо — разъедется по домам. Когда Мьюир не появился дома ни в субботу, ни в воскресенье, никто особенно не встревожился, друзья были уверены, что он отдыхает с новой знакомой, однако, в понедельник Нейл не вышел на работу и это уже показалось очень подозрительным. Друзья сообщили родственникам молодого мужчины о его отсутствии, а когда мать отправилась с заявлением в полицию, расчленённое тело Нейла уже изучали судебные медики.
Перво-наперво полиции следовало выяснить с кем и где Нейл Мьюир планировал встречаться. И тут сразу же возникли проблемы, оказалось, что никто не видел Нейла Мьюира в том диско-баре, куда он, якобы, собирался пригласить подружку. Несколько недель детективы отдела расследования тяжких преступлений против личности «утюжили» предполагаемый район, но так ничего и не достигли.
А через месяц совершенно случайно стало известно, что в 20-х числах августа (скорее всего, именно 24!) Мьюира повстречал старый школьный знакомый и встреча эта произошла совсем не там, где полиция пыталась отыскать следы Нейла. Почему так произошло выяснить так и не удалось — то ли свидетель напутал с датой встречи, то ли Мьюир умышленно сообщил своим друзьям неверное место намеченного свидания. Возможно, на то имелись некие резоны, но никакой ясности в этом вопросе добиться так и не удалось.
Расследование убийств Алана Барнса и Нейла Мьюира довольно скоро зашли в тупик. Свидетелей не было, улик — тоже, отсутствовала наводящая информация, хоть какая-то зацепка, позволявшая хотя бы предположительно назвать имя подозреваемого.
Кстати, на роль подозреваемог отлично подошёл бы такой гомосексуалист, как адвокат Дерренс Стивенсон, садившийся за руль арендованной автомашины и отправлявшийся на поиски новых «пони», но… эти поиски привели его к тому, что он словил пулю в голову ещё до того, как был убит Алан Барнс. Хотя, разумеется, нельзя было исключать того, что развлечения подобного рода были у аделаидских гомосексуалистов в честИ. Такими же точно потехами могли развлекать себя многие из них. Однако в 1979 г. розыск этих людей желаемого для правоохранительных органов результата не дал.
Чтобы закончить с событиями того года, остаётся добавить, что 20 декабря бедолага Дэвид Цач был признан виновным в убийстве Дерренса Стивенсона и приговорён к пожизненному заключению. Эпитет «бедолага» был употреблён применительно к Цачу отнюдь не как пустая фигура речи, его надо понимать буквально. Парню не свезло всерьёз… Дело в том, что Дэвид настаивал на своей невиновности до последней минуты судебного процесса и отправился в тюрьму, так и не признав вины. Скорее всего, адвоката действительно убивал не он. Находясь за решёткой, Дэвид в последующие годы предпринял отчаянные усилия по опровержению заключения судмедэкспертизы Колина Мэйнока. Самое интересное заключается в том, что ему удалось это сделать!
Самостоятельно изучив пособия по судебной медицине — благо в тюрьме без ограничений дозволяется получать в библиотеке или заказывать «на воле» юридическую и специальную литературу — Цач пришёл к выводу об ошибочности методики, которой воспользовался судмедэксперт при определении времени смерти Стивенсона. Напомним, Колин Мэйнок посчитал, что подтянутые к животу колени трупа сократили теплоотвод на 40% за счёт уменьшения площади рассеивания. Но величина эта была взята экспертом совершенно умозрительна и никак не обоснована, в конце-концов, он мог с таким же точно правом посчитать, будто теплоотвод уменьшился на 35% или 45%. При этом Мэйнок почему-то пренебрёг тем обстоятельством, что тело, помещенное в морозильную камеру, имело плотный контакт с её днищем, стенками и поставленными на труп сверху пакетами с замороженными продуктами. Понятно, что теплоотвод в случае в случае контакта с охлаждаемой повехностью будет протекать интенсивнее, нежели в том случае, если охлаждаемое тело окажется просто помещенным в холодную атмосферу. Очевидно, что Мэйноку при его расчётах требовалось ввести некий повышающий коэффициент именно в силу наличия указанного выше плотного контакта со стенками и днищем морозильной камеры, но он этого не сделал.
Мьюир не был гомосексуалистом, напротив, по рассказам друзей, он отличался активностью в поисках новых женщин и впечатлений. Собственно в день своего исчезновения — в пятницу 24 августа — он отпраился именно на свидание с очередной новой знакомой. «Культурная программа» предполагала, что парочка зайдёт в диско-бар, там выпьет спиртного и потанцует, ну, а далее, как карта ляжет — либо отправится вместе в гостиницу, либо — разъедется по домам. Когда Мьюир не появился дома ни в субботу, ни в воскресенье, никто особенно не встревожился, друзья были уверены, что он отдыхает с новой знакомой, однако, в понедельник Нейл не вышел на работу и это уже показалось очень подозрительным. Друзья сообщили родственникам молодого мужчины о его отсутствии, а когда мать отправилась с заявлением в полицию, расчленённое тело Нейла уже изучали судебные медики.
Перво-наперво полиции следовало выяснить с кем и где Нейл Мьюир планировал встречаться. И тут сразу же возникли проблемы, оказалось, что никто не видел Нейла Мьюира в том диско-баре, куда он, якобы, собирался пригласить подружку. Несколько недель детективы отдела расследования тяжких преступлений против личности «утюжили» предполагаемый район, но так ничего и не достигли.
А через месяц совершенно случайно стало известно, что в 20-х числах августа (скорее всего, именно 24!) Мьюира повстречал старый школьный знакомый и встреча эта произошла совсем не там, где полиция пыталась отыскать следы Нейла. Почему так произошло выяснить так и не удалось — то ли свидетель напутал с датой встречи, то ли Мьюир умышленно сообщил своим друзьям неверное место намеченного свидания. Возможно, на то имелись некие резоны, но никакой ясности в этом вопросе добиться так и не удалось.
Расследование убийств Алана Барнса и Нейла Мьюира довольно скоро зашли в тупик. Свидетелей не было, улик — тоже, отсутствовала наводящая информация, хоть какая-то зацепка, позволявшая хотя бы предположительно назвать имя подозреваемого.
Кстати, на роль подозреваемог отлично подошёл бы такой гомосексуалист, как адвокат Дерренс Стивенсон, садившийся за руль арендованной автомашины и отправлявшийся на поиски новых «пони», но… эти поиски привели его к тому, что он словил пулю в голову ещё до того, как был убит Алан Барнс. Хотя, разумеется, нельзя было исключать того, что развлечения подобного рода были у аделаидских гомосексуалистов в честИ. Такими же точно потехами могли развлекать себя многие из них. Однако в 1979 г. розыск этих людей желаемого для правоохранительных органов результата не дал.
Чтобы закончить с событиями того года, остаётся добавить, что 20 декабря бедолага Дэвид Цач был признан виновным в убийстве Дерренса Стивенсона и приговорён к пожизненному заключению. Эпитет «бедолага» был употреблён применительно к Цачу отнюдь не как пустая фигура речи, его надо понимать буквально. Парню не свезло всерьёз… Дело в том, что Дэвид настаивал на своей невиновности до последней минуты судебного процесса и отправился в тюрьму, так и не признав вины. Скорее всего, адвоката действительно убивал не он. Находясь за решёткой, Дэвид в последующие годы предпринял отчаянные усилия по опровержению заключения судмедэкспертизы Колина Мэйнока. Самое интересное заключается в том, что ему удалось это сделать!
Самостоятельно изучив пособия по судебной медицине — благо в тюрьме без ограничений дозволяется получать в библиотеке или заказывать «на воле» юридическую и специальную литературу — Цач пришёл к выводу об ошибочности методики, которой воспользовался судмедэксперт при определении времени смерти Стивенсона. Напомним, Колин Мэйнок посчитал, что подтянутые к животу колени трупа сократили теплоотвод на 40% за счёт уменьшения площади рассеивания. Но величина эта была взята экспертом совершенно умозрительна и никак не обоснована, в конце-концов, он мог с таким же точно правом посчитать, будто теплоотвод уменьшился на 35% или 45%. При этом Мэйнок почему-то пренебрёг тем обстоятельством, что тело, помещенное в морозильную камеру, имело плотный контакт с её днищем, стенками и поставленными на труп сверху пакетами с замороженными продуктами. Понятно, что теплоотвод в случае в случае контакта с охлаждаемой повехностью будет протекать интенсивнее, нежели в том случае, если охлаждаемое тело окажется просто помещенным в холодную атмосферу. Очевидно, что Мэйноку при его расчётах требовалось ввести некий повышающий коэффициент именно в силу наличия указанного выше плотного контакта со стенками и днищем морозильной камеры, но он этого не сделал.
Страница 10 из 38
