Многим хорошо известным из художественной литературы криминальным сюжетам присущи условность и явная завиральность. То же самое можно сказать и о художественом кинематографе — глядя иные киноподелки, признанные повсеместно шедевральными, понимаешь, что фантазии сценаристов нет прямо-таки никаких пределов.
Добавить в моё избранное
117 мин, 35 сек 20593
После этого он патетически воскликнул: все эти женщины живы, они позировали мне, но с ними ничего не случилось, так почему же обвинители не вызывают их в суд? После чего вручил фотоснимки прокурорам и предложил им убедиться в том, что он не обманывает. Понятно, что такая аргументация являлась чистой воды демагогией, поскольку обвинение никогда и не заявляло, будто Насо убивал всех позировавших ему женщин, а потому тот факт, что 40 из них живы никак не опровергал утверждения, что он убил 2-3 или 4 фотомоделей. Тем не менее, на уровне эмоционального восприятия аргумент Насо мог «сработать».
Примерно из той же серии оказался и допрос, устровенный Насо своей же подруге, вызванной в качестве свидетеля защиты. Женщина много лет торговала на блошином рынке разного рода керамикой и посудой, а с обвиняемым познакомилась ещё в 1980 г. Насо часто приезжал на рынок поторговать женским бельём и их торговые места располагались рядом, хотя бизнес они всегда вели раздельно. Подружившись с этой дамой, Насо стал возить её на своём внедорожнике в южную Калифорнию, где та по низкой цене закупала товар у местных производителей. Во время таких поездок они часто останавливались в отелях. По утверждению свидетельницы, Насо никогда не допускал фривольностей и не был с нею груб. Женщина утверждала, что на протяжении многих лет между ними существовали дружеские отношения и ей странно слышать, что Джозефа обвиняют в сексуальных преступлениях. В общем, эта женщина оказалась неплохим свидетелем с точки зрения защиты, но сообщенные ею детали — сами по себе, конечно, интересные — не в силах были ответить на простой и логичный вопрос: если Насо не убил одну женщину, то почему это доказывает, что он не убивал другую? Ну, в самом деле, как одно следует из другого?
Некоторые логические ходы самозащиты Джозефа Насо следует признать весьма удачными и даже неожиданными. Ему удалось узнать, что правоохранительные органы в 1976 г. предполагали наличие в районе к северу от Сан-Франциско активно действующего серийного убийцы. На протяжении того года в округе Марин в схожей манере были убиты 5 молодых женщин и все эти преступления остались тогда нераскрыты. Причём, эти убийства нельзя было связать с Насо — он тогда часть года провёл в Канзасе, т. е. имел alibi. В январе 1977 г. была убита Роксен Рогач и окружная прокуратура тогда посчитала, что это шестой эпизод упомянутого «сериала». Насо во время суда вдоволь поиздевался над правоохранительными органами, которые не смогли правильно сосчитать число эпизодов, и не без сарказма поинтересовался «скажет, кто-нибудь наконец, существовал ли в 1976 г. на самом деле серийный убийца в округе Марин или его выдумала полиция?»
Однако порой перлы Насо по-настоящему удивляли. Так, например, он очень странно решил парировать факт обнаружения колготок его жены Джуди на ногах Роксен Рогач. Тот факт, что колготки принадлежали его жене и на них осталась его сперма, он оспорить не мог — экспертиза, обнаружившая на них ДНК его самого и Джудит, была слишком убедительна. Поэтому Насо перевёл проблему (как ему казалось!) в другую плоскость: да — это колготки моей жены, но полиция так и не установила, кто именно завязал их на ногах убитой! Парировал, называется…
В ходе судебного процесса Насо вёл себя грубо и вызывающе, пререкался с противной стороной и свидетелями обвинения, в общем, показал свой дурной, склочный и злобный нрав во всей красе. В ходе одной из таких перебранок, выведенный из себя свидетель бросил ему в лицо резкую фразу, что, дескать, такому, как ты, надо присудить не менее 30 лет тюрьмы, чтобы ты гарантированно умер за решёткой. Насо на тот момент уже исполнилось 79 лет, так что, согласно логике говорившего, Джозефу следовало просидеть за решёткой до 109 лет. Насо, услышав сказанное, вспылил и заорал на весь зал: «Я обещаю дожить до ста десяти лет!» То есть, тем самым пообещал выйти из тюрьмы живым… Через три недели, уже в конце прений, перед тем как присяжным следовало удалиться на совещение, упомянутый инцидент получил неожиданное продолжение. Старшая дочь Кармен Колон (той, второй, что была убита в 1978 г.) очень интересно продолжила мысль Насо. Она высказалась примерно так: я слышала ваше обещание дожить до ста десяти лет и тоже желаю вам дожили до этого возраста, надеюсь, что вас осудят пожизненно и вы все эти годы проведёте за решёткой, страдая ежедневно душой и телом!
Понимая, что имевшиеся в руках обвинения собственноручные записи окажутся мощным доказательством его злонамеренности и опасности для окружающих, Насо попытался упредить обращение прокуроров к этой улике. Обвиняемый заявил, что т. н. «дневник» — это вовсе не записи с изложением реальных событий, а лишь фиксация сновидений. Дескать, психоаналитик рекомендовал ему письменно излагать все травмирующие мысли, переживания и сновидения, а он лишь следовал однажды полученному совету…
В принципе, такое объяснение могло быть дать нужный эффект в том случае, если бы обвинение не решилось огласить описание этих самых «сновидений».
Примерно из той же серии оказался и допрос, устровенный Насо своей же подруге, вызванной в качестве свидетеля защиты. Женщина много лет торговала на блошином рынке разного рода керамикой и посудой, а с обвиняемым познакомилась ещё в 1980 г. Насо часто приезжал на рынок поторговать женским бельём и их торговые места располагались рядом, хотя бизнес они всегда вели раздельно. Подружившись с этой дамой, Насо стал возить её на своём внедорожнике в южную Калифорнию, где та по низкой цене закупала товар у местных производителей. Во время таких поездок они часто останавливались в отелях. По утверждению свидетельницы, Насо никогда не допускал фривольностей и не был с нею груб. Женщина утверждала, что на протяжении многих лет между ними существовали дружеские отношения и ей странно слышать, что Джозефа обвиняют в сексуальных преступлениях. В общем, эта женщина оказалась неплохим свидетелем с точки зрения защиты, но сообщенные ею детали — сами по себе, конечно, интересные — не в силах были ответить на простой и логичный вопрос: если Насо не убил одну женщину, то почему это доказывает, что он не убивал другую? Ну, в самом деле, как одно следует из другого?
Некоторые логические ходы самозащиты Джозефа Насо следует признать весьма удачными и даже неожиданными. Ему удалось узнать, что правоохранительные органы в 1976 г. предполагали наличие в районе к северу от Сан-Франциско активно действующего серийного убийцы. На протяжении того года в округе Марин в схожей манере были убиты 5 молодых женщин и все эти преступления остались тогда нераскрыты. Причём, эти убийства нельзя было связать с Насо — он тогда часть года провёл в Канзасе, т. е. имел alibi. В январе 1977 г. была убита Роксен Рогач и окружная прокуратура тогда посчитала, что это шестой эпизод упомянутого «сериала». Насо во время суда вдоволь поиздевался над правоохранительными органами, которые не смогли правильно сосчитать число эпизодов, и не без сарказма поинтересовался «скажет, кто-нибудь наконец, существовал ли в 1976 г. на самом деле серийный убийца в округе Марин или его выдумала полиция?»
Однако порой перлы Насо по-настоящему удивляли. Так, например, он очень странно решил парировать факт обнаружения колготок его жены Джуди на ногах Роксен Рогач. Тот факт, что колготки принадлежали его жене и на них осталась его сперма, он оспорить не мог — экспертиза, обнаружившая на них ДНК его самого и Джудит, была слишком убедительна. Поэтому Насо перевёл проблему (как ему казалось!) в другую плоскость: да — это колготки моей жены, но полиция так и не установила, кто именно завязал их на ногах убитой! Парировал, называется…
В ходе судебного процесса Насо вёл себя грубо и вызывающе, пререкался с противной стороной и свидетелями обвинения, в общем, показал свой дурной, склочный и злобный нрав во всей красе. В ходе одной из таких перебранок, выведенный из себя свидетель бросил ему в лицо резкую фразу, что, дескать, такому, как ты, надо присудить не менее 30 лет тюрьмы, чтобы ты гарантированно умер за решёткой. Насо на тот момент уже исполнилось 79 лет, так что, согласно логике говорившего, Джозефу следовало просидеть за решёткой до 109 лет. Насо, услышав сказанное, вспылил и заорал на весь зал: «Я обещаю дожить до ста десяти лет!» То есть, тем самым пообещал выйти из тюрьмы живым… Через три недели, уже в конце прений, перед тем как присяжным следовало удалиться на совещение, упомянутый инцидент получил неожиданное продолжение. Старшая дочь Кармен Колон (той, второй, что была убита в 1978 г.) очень интересно продолжила мысль Насо. Она высказалась примерно так: я слышала ваше обещание дожить до ста десяти лет и тоже желаю вам дожили до этого возраста, надеюсь, что вас осудят пожизненно и вы все эти годы проведёте за решёткой, страдая ежедневно душой и телом!
Понимая, что имевшиеся в руках обвинения собственноручные записи окажутся мощным доказательством его злонамеренности и опасности для окружающих, Насо попытался упредить обращение прокуроров к этой улике. Обвиняемый заявил, что т. н. «дневник» — это вовсе не записи с изложением реальных событий, а лишь фиксация сновидений. Дескать, психоаналитик рекомендовал ему письменно излагать все травмирующие мысли, переживания и сновидения, а он лишь следовал однажды полученному совету…
В принципе, такое объяснение могло быть дать нужный эффект в том случае, если бы обвинение не решилось огласить описание этих самых «сновидений».
Страница 32 из 34
