Ранним утром 13 октября 1997 г. жительница небольшого американского городка Лоренсвилль (Lawrenceville), штат Иллинойс, Джули Ри (Julie Rea) постучалась в дом соседей. Когда ей открыли, Джули с криком и плачем попросила вызвать полицию — по её словам только что неизвестный грабитель вломился к ней в дом и похитил сына. Для маленького провинциального городка с числом жителей менее 5 тыс. человек заявление это звучало шокирующе, а принимая во внимание время, так и вовсе фантастично.
Добавить в моё избранное
77 мин, 12 сек 10272
Сцена ареста и последующего конворирования, заснятая местными телевизионщиками, была показана множеством телеканалов и стала настоящей сенсацией Америки. С каждым днём шумиха вокруг «дела Джули Ри» набирала обороты и по всему чувствовалось, что сенсаций впереди будет ещё немало.
Ожидания общественность не обманули. В Индиану для обсуждения вопроса об экстрадиции арестованной выехали представители прокуратуры Иллинойса. Было достигнуто решение — довольно гуманное, надо сказать!— предложить Джули схему т. н. «добровольной экстрадиции» (т. е. совершаемой с согласия обвиняемого). Выглядеть это должно было следующим образом: Джули Ри под конвоем передают правоохранительным органам Иллинойса, но после прибытия на территорию штата её освобождают до суда под залог в 500 тыс.$. Она остаётся на свободе, свободно живёт и перемещается в пределах округа Лоренс, но не выезжает из его границ без специальной санкции окружного судьи. Т.о. Джули Ри, находясь на территории Иллинойса, получала относительную свободу и могла продолжить своё обучение (к тому моменту она уже стала аспирантом университета Индианы). При этом она оставалась в пределах досягаемости органов охраны правопорядка.
15 декабря 2000 г. представитель прокуратуры штата Индиана сделал Джули Ри официально предложение принять предложенную схему экстрадиции. Невероятно, но Джули отказалась покидать пределы штата и предпочла остаться в тюрьме! Её отказа никто не ожидал, выбранная схема «добровольной экстрадиции», в принципе, была очень гуманна и использовалась на практике весьма редко. Категорическое нежелание Джули Ри выезжать в Иллинойс было расценено всеми, кто следил за расследованием убийства Джоэла Киркпатрика, как очевидное признание Джулией собственной вины и осознание невозможности доказать свою невиновность в судебном процессе. Отказываясь, Джули формально ничего не теряла, но… но репутационный ущерб был колоссален!
Всем стало очевидно, что Джули Ри решила прибегнуть к тактике максимального затягивания открытия судебного процесса. И ради этого готова воспользоваться любым формальным предлогом. А таких предлогов отыскать при желании можно было немало.
Прежде всего, защита обвиняемой стала доказывать, будто у неё нет суммы, необходимой для внесения залога. Потому, дескать, само предложение выглядит нереальным, издевательским и заранее предполагающим отказ от «добровольной экстрадиции». Кроме того, организация суда в округе Лоренс представлялась адвокатам «бесчестной игрой», поскольку отыскать непредвзятое жюри присяжных там было невозможно — местные жители были прекрасно осведомлены о ходе расследования убийства сына Джули.
Доводы эти были лукавы. Хотя Джули Ри действительно не имела наготове полмиллиона долларов наличными — такие суммы в Америке не имеют даже миллиардеры — она являлась владелицей нескольких счетов в брокерских компаниях и её средства были инвестированы в облигации Федерального Резерва США. Прокуратура Иллинойса согласилась изменить свои требования к залогу и официально заявила, что готова принять в качестве такового не только наличные, но и облигации. Последние даже не надо было выводить с рынка на какие-то особые счета — достаточно было просто запретить брокерам любые сделки с облигациями Джули Ри, так что последняя ничего не теряла в финансовом отношении и даже могла получать процентный доход. Что же касается осведомлённости жителей округа Лоренсвилль о деталях расследования, то это была палка о друх концах. Как уже упоминалось выше, значительная часть проживавших в округе людей не поверила в виновность Джули Ри, так что пресловутая «предвзятость» могла очень даже сыграть ей на руку. Впрочем, и в этом вопросе прокуратура настаивать на своей точке зрения не стала и согласилась перенести судебное рассмотрение в другой округ штата. После долгих препирательств с защитой обвиняемой, выбор пал на округ Уэйн (Wayne).
Рассмотрение вопроса об экстрадиции Джули Ри из Индианы в Иллинойс затягивалось и в силу того, что обвиняемая заявила о своём намерении бракосочетаться и просила власти штата предоставить ей такую возможность (т. е. не высылать из Индианы). Свадьба несколько раз переносилась, пока, наконец, 23 августа 2001 г. Джули Ри не вступила в законный брак с Марком Харпером. Она видоизменила свою фамилию, добавив к ней фамилию мужа.
После того, как все уступки, на которых настаивала Джули Ри-Харпер, ей были обеспечены, последовало выдвижение нового требования. Теперь адвокаты обвиняемой заявили, что намерены провести собственное расследование убийства Джоэла Киркпатрика, а для этого они планируют нанять частного детектива. Услуги детектива, как нетрудно догадаться, должны были быть оплачены… ведомством Генерального прокурора штата Иллинойс. Пока же частное расследование не проведено, выдавать обвиняемую властям Иллинойса нельзя, так как там над нею будет осуществлена судебная расправа. Несмотря на явную абсурдность этого требования, прокуратура Иллинойса согласилась с ним и даже согласовала сумму оплаты — 2500 $.
Ожидания общественность не обманули. В Индиану для обсуждения вопроса об экстрадиции арестованной выехали представители прокуратуры Иллинойса. Было достигнуто решение — довольно гуманное, надо сказать!— предложить Джули схему т. н. «добровольной экстрадиции» (т. е. совершаемой с согласия обвиняемого). Выглядеть это должно было следующим образом: Джули Ри под конвоем передают правоохранительным органам Иллинойса, но после прибытия на территорию штата её освобождают до суда под залог в 500 тыс.$. Она остаётся на свободе, свободно живёт и перемещается в пределах округа Лоренс, но не выезжает из его границ без специальной санкции окружного судьи. Т.о. Джули Ри, находясь на территории Иллинойса, получала относительную свободу и могла продолжить своё обучение (к тому моменту она уже стала аспирантом университета Индианы). При этом она оставалась в пределах досягаемости органов охраны правопорядка.
15 декабря 2000 г. представитель прокуратуры штата Индиана сделал Джули Ри официально предложение принять предложенную схему экстрадиции. Невероятно, но Джули отказалась покидать пределы штата и предпочла остаться в тюрьме! Её отказа никто не ожидал, выбранная схема «добровольной экстрадиции», в принципе, была очень гуманна и использовалась на практике весьма редко. Категорическое нежелание Джули Ри выезжать в Иллинойс было расценено всеми, кто следил за расследованием убийства Джоэла Киркпатрика, как очевидное признание Джулией собственной вины и осознание невозможности доказать свою невиновность в судебном процессе. Отказываясь, Джули формально ничего не теряла, но… но репутационный ущерб был колоссален!
Всем стало очевидно, что Джули Ри решила прибегнуть к тактике максимального затягивания открытия судебного процесса. И ради этого готова воспользоваться любым формальным предлогом. А таких предлогов отыскать при желании можно было немало.
Прежде всего, защита обвиняемой стала доказывать, будто у неё нет суммы, необходимой для внесения залога. Потому, дескать, само предложение выглядит нереальным, издевательским и заранее предполагающим отказ от «добровольной экстрадиции». Кроме того, организация суда в округе Лоренс представлялась адвокатам «бесчестной игрой», поскольку отыскать непредвзятое жюри присяжных там было невозможно — местные жители были прекрасно осведомлены о ходе расследования убийства сына Джули.
Доводы эти были лукавы. Хотя Джули Ри действительно не имела наготове полмиллиона долларов наличными — такие суммы в Америке не имеют даже миллиардеры — она являлась владелицей нескольких счетов в брокерских компаниях и её средства были инвестированы в облигации Федерального Резерва США. Прокуратура Иллинойса согласилась изменить свои требования к залогу и официально заявила, что готова принять в качестве такового не только наличные, но и облигации. Последние даже не надо было выводить с рынка на какие-то особые счета — достаточно было просто запретить брокерам любые сделки с облигациями Джули Ри, так что последняя ничего не теряла в финансовом отношении и даже могла получать процентный доход. Что же касается осведомлённости жителей округа Лоренсвилль о деталях расследования, то это была палка о друх концах. Как уже упоминалось выше, значительная часть проживавших в округе людей не поверила в виновность Джули Ри, так что пресловутая «предвзятость» могла очень даже сыграть ей на руку. Впрочем, и в этом вопросе прокуратура настаивать на своей точке зрения не стала и согласилась перенести судебное рассмотрение в другой округ штата. После долгих препирательств с защитой обвиняемой, выбор пал на округ Уэйн (Wayne).
Рассмотрение вопроса об экстрадиции Джули Ри из Индианы в Иллинойс затягивалось и в силу того, что обвиняемая заявила о своём намерении бракосочетаться и просила власти штата предоставить ей такую возможность (т. е. не высылать из Индианы). Свадьба несколько раз переносилась, пока, наконец, 23 августа 2001 г. Джули Ри не вступила в законный брак с Марком Харпером. Она видоизменила свою фамилию, добавив к ней фамилию мужа.
После того, как все уступки, на которых настаивала Джули Ри-Харпер, ей были обеспечены, последовало выдвижение нового требования. Теперь адвокаты обвиняемой заявили, что намерены провести собственное расследование убийства Джоэла Киркпатрика, а для этого они планируют нанять частного детектива. Услуги детектива, как нетрудно догадаться, должны были быть оплачены… ведомством Генерального прокурора штата Иллинойс. Пока же частное расследование не проведено, выдавать обвиняемую властям Иллинойса нельзя, так как там над нею будет осуществлена судебная расправа. Несмотря на явную абсурдность этого требования, прокуратура Иллинойса согласилась с ним и даже согласовала сумму оплаты — 2500 $.
Страница 10 из 23
