Ранним утром 13 октября 1997 г. жительница небольшого американского городка Лоренсвилль (Lawrenceville), штат Иллинойс, Джули Ри (Julie Rea) постучалась в дом соседей. Когда ей открыли, Джули с криком и плачем попросила вызвать полицию — по её словам только что неизвестный грабитель вломился к ней в дом и похитил сына. Для маленького провинциального городка с числом жителей менее 5 тыс. человек заявление это звучало шокирующе, а принимая во внимание время, так и вовсе фантастично.
Добавить в моё избранное
77 мин, 12 сек 10264
В принципе, ни одно из ранений не являлось безусловно смертельным и теоретически мальчик мог быть спасён при проведении неотложных хирургических мер. Не было найдено признаков сесуальных посягательств любого рода. Хотя мальчик был рождён недоношенным, врач-патологоанатом не отметил дефектов развития, рост и вес погибшего соответствовали норме. Никаких застарелых телесных повреждений, указывающих на бытовое насилие и травмирование в недалёком (или отдалённом) прошлом, обнаружено не было.
Также судебно-медицинскому освидетельствованию подверглась и Джули Ри. Может показаться невероятным, но никаких серьёзных телесных повреждений у женщины не было обнаружено. У Джули были описаны две потёртости кожи на подъёме стопы левой ноги, левой лодыжке и нижней трети бедра правой ноги, мелкие осаднения кожи на локтях и предплечьях обеих рук, синяки на плечах и скулах. Кроме того, о пережитой схватке напоминали обломанные ногти — в общем, травмы довольно незначительные для смертельной схватки с противником, вооружённым ножом. Персонал службы коронёра, проводивший судебно-медицинское освидетельствование Джулии, обратил внимание на то, что потерпевшая прекрасно помнила все свои травмы и не забывала подсказывать «посмотрите здесь… не забудьте вот это… не пропустите и вот это тоже». Такое поведение, точнее, запоминание травм, очень нехарактерно для человека, недавно пережившего схватку, связанную с крайним напряжением физических сил и эмоциональными переживаниями (Чтобы проиллюстрировать важность данного момента для правильной оценки поведения Джули Ри, автор считает возможным привести пару весьма красноречивых примеров из личного опыта. Однажды, при задержании в одиночку двух грабителей, автор получил три удара ножом в грудь, один из которых, самый глубокий, прошил плевральную полость насквозь и достиг лопатки. Самую сильную боль я испытывал не со стороны груди, куда пришлись удары ножом, а именно в спине, мне казалось, что меня ударили ножом ещё и в спину. И в машине «скорой помощи», и в палате шоковой терапии я просил, чтобы мне осмотрели спину и закрыли рану; врачи смотрели и отвечали: «там всё нормально, на спине ран нет». А я не мог в это поверить и думал, что врачи просто не видят порез из-за следов крови на коже. В другой раз, мне пришлось несколько раз сбивать противника с ног и удерживать его на асфальте, дожидаясь, пока подъедет автомашина, которая его заберёт. В процессе этой возни мой противник разодрал об асфальт руки и спину, получил ещё кой-какие повреждения по мелочи. Когда же подъехал экипаж и доброго молодца «упаковали», тот удивился тому, что он весь в крови. «Как же так, меня ведь никто не бил?» — буквально так риторически спросил он сам себя.
Но главный смех приключился потом: адвокат задержанного надумал призвать автора к ответу, на том основании, что задержание было слишком жёстким и бедолаге был даже сломан нос. Но замысел адвоката испортил сам подзащитный, заявив, что не знает, почему у него сломан нос, поскольку в нос его никто не бил. Это подтверждалось, кстати, видеосъёмкой камер наружного наблюдения. Формально, я на самом деле действовал очень и очень сдержанно. Я действительно не бил своего противника в лицо и нос ему попросту сломал пальцами во время удержания на асфальте. Эти два маленьких примера из жизни прекрасно характеризуют специфику работы человеческой памяти в моменты максимального волнения и напряжения сил — очень многие существенные моменты либо выпадают из границ восприятия, либо оцениваются совершенно необъективно. Этот феномен хорошо известен судебным медикам и именно поэтому точный, педанчиный рассказ Джули Ри о нанесённых ей травмах вызвал такое недоумение специалистов и был особо отмечен в протоколе коронёра).
На одежде Джули были обнаружены три небольших кровавых пятна. Генетическая экспертиза подтвердила их происхождение от погибшего мальчика. Когда у Джули спросили о том, как появилась кровь Джоэла на её одежде? женщина ничего вразумительного ответить не смогла, лишь предположила, что запачкалась кровью во время борьбы с преступником.
Как бы там ни было, в ночь на 13 октября имело место жестокое убийство ребёнка и правоохранительным органам надлежало приложить все возможные усилия для розыска и изобличения преступника.
Житель небольшого городка пребывали в шоке от трагической истории Джули Ри и её сына. Случившееся было столь нетипичным для этого довольно тихого в криминальном отношении района Иллинойса, что сразу же рождало подозрения о виновности какого-то чужака, попавшего в эти места по ошибке и сразу же скрывшегося. Следствию фактически не от чего было отталкиваться в своих розысках, единственное, что можно было предъявить потенциальным свидетелям — это довольно общий портрет, подготовленный полицейским художником после беседы с Джули Ри.
Прямо скажем, этого было маловато. Тем не менее, детективы под руководством прокурора из Департамента юстиции штата Эдварда Паркинсона, специально откомандированного в Лоренсвилль, чтобы возглавить расследование этого дела, постарались выжать из имевшейся информации всё возможное.
Также судебно-медицинскому освидетельствованию подверглась и Джули Ри. Может показаться невероятным, но никаких серьёзных телесных повреждений у женщины не было обнаружено. У Джули были описаны две потёртости кожи на подъёме стопы левой ноги, левой лодыжке и нижней трети бедра правой ноги, мелкие осаднения кожи на локтях и предплечьях обеих рук, синяки на плечах и скулах. Кроме того, о пережитой схватке напоминали обломанные ногти — в общем, травмы довольно незначительные для смертельной схватки с противником, вооружённым ножом. Персонал службы коронёра, проводивший судебно-медицинское освидетельствование Джулии, обратил внимание на то, что потерпевшая прекрасно помнила все свои травмы и не забывала подсказывать «посмотрите здесь… не забудьте вот это… не пропустите и вот это тоже». Такое поведение, точнее, запоминание травм, очень нехарактерно для человека, недавно пережившего схватку, связанную с крайним напряжением физических сил и эмоциональными переживаниями (Чтобы проиллюстрировать важность данного момента для правильной оценки поведения Джули Ри, автор считает возможным привести пару весьма красноречивых примеров из личного опыта. Однажды, при задержании в одиночку двух грабителей, автор получил три удара ножом в грудь, один из которых, самый глубокий, прошил плевральную полость насквозь и достиг лопатки. Самую сильную боль я испытывал не со стороны груди, куда пришлись удары ножом, а именно в спине, мне казалось, что меня ударили ножом ещё и в спину. И в машине «скорой помощи», и в палате шоковой терапии я просил, чтобы мне осмотрели спину и закрыли рану; врачи смотрели и отвечали: «там всё нормально, на спине ран нет». А я не мог в это поверить и думал, что врачи просто не видят порез из-за следов крови на коже. В другой раз, мне пришлось несколько раз сбивать противника с ног и удерживать его на асфальте, дожидаясь, пока подъедет автомашина, которая его заберёт. В процессе этой возни мой противник разодрал об асфальт руки и спину, получил ещё кой-какие повреждения по мелочи. Когда же подъехал экипаж и доброго молодца «упаковали», тот удивился тому, что он весь в крови. «Как же так, меня ведь никто не бил?» — буквально так риторически спросил он сам себя.
Но главный смех приключился потом: адвокат задержанного надумал призвать автора к ответу, на том основании, что задержание было слишком жёстким и бедолаге был даже сломан нос. Но замысел адвоката испортил сам подзащитный, заявив, что не знает, почему у него сломан нос, поскольку в нос его никто не бил. Это подтверждалось, кстати, видеосъёмкой камер наружного наблюдения. Формально, я на самом деле действовал очень и очень сдержанно. Я действительно не бил своего противника в лицо и нос ему попросту сломал пальцами во время удержания на асфальте. Эти два маленьких примера из жизни прекрасно характеризуют специфику работы человеческой памяти в моменты максимального волнения и напряжения сил — очень многие существенные моменты либо выпадают из границ восприятия, либо оцениваются совершенно необъективно. Этот феномен хорошо известен судебным медикам и именно поэтому точный, педанчиный рассказ Джули Ри о нанесённых ей травмах вызвал такое недоумение специалистов и был особо отмечен в протоколе коронёра).
На одежде Джули были обнаружены три небольших кровавых пятна. Генетическая экспертиза подтвердила их происхождение от погибшего мальчика. Когда у Джули спросили о том, как появилась кровь Джоэла на её одежде? женщина ничего вразумительного ответить не смогла, лишь предположила, что запачкалась кровью во время борьбы с преступником.
Как бы там ни было, в ночь на 13 октября имело место жестокое убийство ребёнка и правоохранительным органам надлежало приложить все возможные усилия для розыска и изобличения преступника.
Житель небольшого городка пребывали в шоке от трагической истории Джули Ри и её сына. Случившееся было столь нетипичным для этого довольно тихого в криминальном отношении района Иллинойса, что сразу же рождало подозрения о виновности какого-то чужака, попавшего в эти места по ошибке и сразу же скрывшегося. Следствию фактически не от чего было отталкиваться в своих розысках, единственное, что можно было предъявить потенциальным свидетелям — это довольно общий портрет, подготовленный полицейским художником после беседы с Джули Ри.
Прямо скажем, этого было маловато. Тем не менее, детективы под руководством прокурора из Департамента юстиции штата Эдварда Паркинсона, специально откомандированного в Лоренсвилль, чтобы возглавить расследование этого дела, постарались выжать из имевшейся информации всё возможное.
Страница 3 из 23
