Ранним утром 13 октября 1997 г. жительница небольшого американского городка Лоренсвилль (Lawrenceville), штат Иллинойс, Джули Ри (Julie Rea) постучалась в дом соседей. Когда ей открыли, Джули с криком и плачем попросила вызвать полицию — по её словам только что неизвестный грабитель вломился к ней в дом и похитил сына. Для маленького провинциального городка с числом жителей менее 5 тыс. человек заявление это звучало шокирующе, а принимая во внимание время, так и вовсе фантастично.
77 мин, 12 сек 10270
И все из допрошенных свидетелей единодушно соглашались с тем, что Джули порой говорила такое, что нормальные матери вслух не произносят.
Вкупе со странностями, отмеченными ещё на этапе предварительного расследования, вновь открывшиеся обстоятельства позволяли выдвинуть против Джули Ри формальное обвинение в убийстве собственного сына, Джоэла Киркпатрика. Прокуратура штата Иллинойс (именно это ведомство, напомним, вело расследование преступления) в первой половине 2000 г. подготовило специальный меморандум, на основании которого предполагалось оформить запрос на арест Джули Ри, проживавшей теперь на территории штата Индиана. Доказательная база (т. н. «тело обвинения») виновности Джули сводилась к следующему:
— предварительное следствие не обнаружило следов внешнего вторжения в дом, явившийся местом преступления;
— не имелось следов пребывания в доме постороннего человека (свежих отпечатков пальцев, окровавленных отпечатков пальцев и обуви, следов крови и волос посторонего человека, либо его физиологических выделений и т. п.);
— Джули Ри неоднократно утверждала, будто закрывала на ночь все входные двери и окна. Поскольку криминалистическое исследование дверных замков и оконных запоров подтвердило их целостность, появление в доме таинственного «постороннего убийцы», если только тот действительно существовал, становилось необъяснимым и фактически невероятным;
— По утверждению Джули Ри, борьба с «неизвестным убийцей» началась в узком коридоре, на стенах которого висели фотокарточки в рамках, а также помещались небольшой столик и стулья. Ни один из предметов в коридоре, за исключением сдвинутой ковровой дорожки, не изменил своего нормального положения, не был опрокинут, повёрнут, сброшен на пол и т. п. Аккуратная и бережная (по отношению к мебели) борьба явно не соответствовала той степени ожесточённости, о которой рассказывала Джули Ри во время предварительного расследования;
— Преступник для убийства Джоэла Киркпатрика использовал нож, взятый на кухне в доме, планировку которого он не знал (теоретически). Однако при этом свет на кухне и в примыкавшем к ней коридоре не включался. Стало быть, злоумышленник искал орудие убийства в темноте наощупь, рискуя опрокинуть один из множества мелких предметов, расположенных там, и тем самым разбудить хозяев дома;
— Если преступник принёс некое оружие с собою, то почему он не пустил его в ход, а предпочёл орудовать обычным ножом, взятом на кухне? Если же предположить, что преступник не имел при себе оружия, то стало быть, он вообще не ставил перед собой задачу убивать кого-то из лиц, обнаруженных в доме. В этом случае злоумышленник, увидев спящего Джоэла, должен был просто-напросто быстро покинуть место преступления. Вместо этого он решается на нападение на спящего, ничем не угрожающего ему мальчика. Действия преступника совершенно нелогичны, непоследовательны и лишены какого-либо смысла;
— Если преступник являлся педерастом (т. е. гомосексуалистом, выбирающим в качестве объектов сексуальных предпочтений детей и юных подростков), то совершенно непонятной выглядит его попытка убийства мальчика без предварительной попытки изнасилования. Первые удары ножом Джоэл Киркпатрик получил, находясь под одеялом, и скорее всего, ещё во сне. Преступник не предпринял попытку раздеть мальчика, насильно удерживать его, закрывать рот рукой и т. п. действий, которые свидетельствовали бы о попытке осуществления каких-то сексуальных манипуляций. Всё это превращало пресловутое «нападение неизвестного» в совершенно нелогичный, немотивированный и бесцельный акт насилия. Подобные действия преступника противоречат полицейскому и криминалистическому опыту и обоснованно ставят под сомнение сам факт существования такового преступника;
— Совершенно нелогичной выглядит та часть официальных показаний Джули Ри, данных ещё в 1997 г., в которой женщина описывает разбивание «неизвестным преступником» стекла задней двери гаража. Для того, чтобы покинуть помещение, вовсе незачем было разбивать стекло — достаточно было просто«выключить» стопор замка и повернуть дверную ручку. Преступник в конечном итоге так и поступил. Но чтобы совершить эти действия, не надо было трогать стекло. Стекло надо было разбить при проникновении в гараж снаружи, но Джули Ри уверяла, что это было проделано на её глазах именно при покидании убийцей места преступления;
— Трава газона на заднем дворе не была примята, что ставило под сомнение рассказ о волочении тела Джули Ри по газону;
— Недоверие к этой части показаний Джули Ри усиливалось также и тем обстоятельством, что роса на траве газона не была потревожена;
— На футболке Джули Ри были найдены три кровавых пятна, оставленных брызгами крови её сына Джоэла.
Вкупе со странностями, отмеченными ещё на этапе предварительного расследования, вновь открывшиеся обстоятельства позволяли выдвинуть против Джули Ри формальное обвинение в убийстве собственного сына, Джоэла Киркпатрика. Прокуратура штата Иллинойс (именно это ведомство, напомним, вело расследование преступления) в первой половине 2000 г. подготовило специальный меморандум, на основании которого предполагалось оформить запрос на арест Джули Ри, проживавшей теперь на территории штата Индиана. Доказательная база (т. н. «тело обвинения») виновности Джули сводилась к следующему:
— предварительное следствие не обнаружило следов внешнего вторжения в дом, явившийся местом преступления;
— не имелось следов пребывания в доме постороннего человека (свежих отпечатков пальцев, окровавленных отпечатков пальцев и обуви, следов крови и волос посторонего человека, либо его физиологических выделений и т. п.);
— Джули Ри неоднократно утверждала, будто закрывала на ночь все входные двери и окна. Поскольку криминалистическое исследование дверных замков и оконных запоров подтвердило их целостность, появление в доме таинственного «постороннего убийцы», если только тот действительно существовал, становилось необъяснимым и фактически невероятным;
— По утверждению Джули Ри, борьба с «неизвестным убийцей» началась в узком коридоре, на стенах которого висели фотокарточки в рамках, а также помещались небольшой столик и стулья. Ни один из предметов в коридоре, за исключением сдвинутой ковровой дорожки, не изменил своего нормального положения, не был опрокинут, повёрнут, сброшен на пол и т. п. Аккуратная и бережная (по отношению к мебели) борьба явно не соответствовала той степени ожесточённости, о которой рассказывала Джули Ри во время предварительного расследования;
— Преступник для убийства Джоэла Киркпатрика использовал нож, взятый на кухне в доме, планировку которого он не знал (теоретически). Однако при этом свет на кухне и в примыкавшем к ней коридоре не включался. Стало быть, злоумышленник искал орудие убийства в темноте наощупь, рискуя опрокинуть один из множества мелких предметов, расположенных там, и тем самым разбудить хозяев дома;
— Если преступник принёс некое оружие с собою, то почему он не пустил его в ход, а предпочёл орудовать обычным ножом, взятом на кухне? Если же предположить, что преступник не имел при себе оружия, то стало быть, он вообще не ставил перед собой задачу убивать кого-то из лиц, обнаруженных в доме. В этом случае злоумышленник, увидев спящего Джоэла, должен был просто-напросто быстро покинуть место преступления. Вместо этого он решается на нападение на спящего, ничем не угрожающего ему мальчика. Действия преступника совершенно нелогичны, непоследовательны и лишены какого-либо смысла;
— Если преступник являлся педерастом (т. е. гомосексуалистом, выбирающим в качестве объектов сексуальных предпочтений детей и юных подростков), то совершенно непонятной выглядит его попытка убийства мальчика без предварительной попытки изнасилования. Первые удары ножом Джоэл Киркпатрик получил, находясь под одеялом, и скорее всего, ещё во сне. Преступник не предпринял попытку раздеть мальчика, насильно удерживать его, закрывать рот рукой и т. п. действий, которые свидетельствовали бы о попытке осуществления каких-то сексуальных манипуляций. Всё это превращало пресловутое «нападение неизвестного» в совершенно нелогичный, немотивированный и бесцельный акт насилия. Подобные действия преступника противоречат полицейскому и криминалистическому опыту и обоснованно ставят под сомнение сам факт существования такового преступника;
— Совершенно нелогичной выглядит та часть официальных показаний Джули Ри, данных ещё в 1997 г., в которой женщина описывает разбивание «неизвестным преступником» стекла задней двери гаража. Для того, чтобы покинуть помещение, вовсе незачем было разбивать стекло — достаточно было просто«выключить» стопор замка и повернуть дверную ручку. Преступник в конечном итоге так и поступил. Но чтобы совершить эти действия, не надо было трогать стекло. Стекло надо было разбить при проникновении в гараж снаружи, но Джули Ри уверяла, что это было проделано на её глазах именно при покидании убийцей места преступления;
— Трава газона на заднем дворе не была примята, что ставило под сомнение рассказ о волочении тела Джули Ри по газону;
— Недоверие к этой части показаний Джули Ри усиливалось также и тем обстоятельством, что роса на траве газона не была потревожена;
— На футболке Джули Ри были найдены три кровавых пятна, оставленных брызгами крови её сына Джоэла.
Страница 8 из 23