Июль 1924 г. был для жителей города Нью-Йорка очень тяжелым. Люди страдали от зноя и безветрия. Восьмилетний Фресис Макдоннел, живший в тихом районе Чарлтон Вудс на Стейтон-Айсленде, не был исключением.
Добавить в моё избранное
49 мин, 39 сек 10428
На ферме он держит 6 коров, 5 сотен цыплят, выращивает на продажу клубнику; вести хозяйство ему помогают 5 наемных рабочих. Поскольку один из них увольняется, ему нужен молодой здоровый мужчина на замену.
Фрэнк Говард произвел на Делию Будд на редкость хорошее впечатление: правильная речь, костюм с галстуком, деликатность в обращении-такие люди нечасто заходили в трущобный Вест-Энд. А 5-летней Беатрис, побежашей искать Эдварда, гость подарил десятицентовую монетку, стало быть, человек он был нескаредный! Поэтому, когда сестренка привела домой Эдварда, его мать уже души не чаяла в потенциальном работодателе.
Молодой человек понравился Фрэнку Говарду. Тот сказал несколько поощрительных слов о росте и силе Эдварда и заявил, что готов предложить такому работнику следующие условия: 15 долларов в неделю при шведском столе, т. е. без ограничения в питании. Разумеется крышу над головой и рабочую одежду также предоставлял работодатель.
Условия были очень хороши. В те времена в Нью-Йорке на 2 доллара м. б. пообедать в приличном ресторане.
Эдвард Будд буквально воспрял; он не ожидал, что объявление в газету принесет ему такую удачу. Молодой человек сообщил Фрэнку Говарду, что имеет хорошего друга Вилли, которому тоже нужна работа, и поинтересовался, не сможет ли господин Говард взять на работу двух человек? Тот, почти не раздумывая, согласился; порешили, что в субботу, 2 июня, Фрэнк Говард заедет на 15 Вест-стрит и увезет молодых людей с вещами.
Впрочем, 2 июня юношам уехать на ферму не удалось: мистер Говард прислал письмо, в котором извинялся за то, что обстоятельства помешали ему сдержать обещание и просил перенести встречу назавтра. В воскресенье 3 июня он появился в доме N 404 около 11 часов утра с корзиной, полной отборнейшей клубники и гороха. «Это продукты с моей фермы»,-не без самодовольства сказал он, протягивая корзину Делии Будд. Его пригласили к столу и он не отказался позавтракать с семьей Буддов.
Впрочем, семья была за завтраком не в полном составе. Отсутствовала 10-летняя Грейс Будд, которая в это время находилась в соседнем католическом храме на службе. Через какое-то время Грейс возвратилась домой и Фрэнк Говард познакомился с девочкой. К этому времени он уже свободно общался с остальными членами семьи, шутил, загадывал загадки, был внимателен и доброжелателен со всеми. При появлении Грейс он предложил проверить насколько хорошо девочка умеет считать; для этого Говард вытащил из внутреннего кармана охапку смятых банкнот различного достоинства и протянул их девочке. Среди бумажных денег оказались и мелкие монетки; Грейс все их рассортировала, а банкноты разложила по росту номинала. «Девяносто два доллара пятьдесят центов»,-сосчитав деньги, произнесла Грейс. Фрэнк Говард тут же вручил ей 50 центов на леденцы и похвалил за точность.
На всю семью Буддов охапка смятых долларов, небрежно извлеченная из кармана мистером Говардом, произвела очень большое впечатление. Для бедняков Буддов это были очень большие деньги, увидев ту небрежность, с какой их перекладывал Фрэнк Говард, они окончательно уверились в том, что перед ними весьма и весьма состоятельный человек.
Далее Говард сообщил Буддам, что в настоящий момент направляется на день рождения своей племянницы, живущей в доме на углу Колумбус и 137-й стрит, и заберет молодых людей к себе на ферму вечером, на обратном пути. Он предложил отпустить вместе с ним на день рождения и Грейс, поскольку там будет много девочек и мальчиков ее возраста и все они смогут прекрасно провести время. Делия Будд пришла в замешательство от такого предложения, но ее муж Алберт решил, что это очень хорошее предложение. «У Грейс так мало праздников», — сказал он, — пусть немного развлечется!
Мать одела дочку в легкое пальто и дала шляпку; проводила Фрэнка Говарда и Грейс до конца улицы.
Никто и никогда более не видел девочку живой.
После бессонной ночи родители направили Эдварда Будда в полицейский участок, чтобы тот сделал там заявление об исчезновении сестры. В это самое время Делия Будд лежала в постели с жесточайшим гипертоническим кризом и супруг не смел отойти от нее даже на шаг. Впрочем, как только жене стало легче, он сам явился в полицию и сделал очень подробное заявление.
Полицейские правила требуют, чтобы между исчезновением человека и формальным началом его розыска существовал определенный временной лог. Но в случае с Грейс Будд манера действия Фрэнка Говарда столь явно выдавала педофила со стажем, что никто в полиции не стал дожидаться истечения положенных трех суток-меры по проверке заявления были приняты немедленно. В первые же часы стало известно, что на углу Колумбус и 137-й стрит никогда не существовало жилого дома, а значит, в нем никогда не могла жить племянника Говарда. В Фармингдейле не было фермы, которая принадлежала бы Фрэнку Говарду, да и самого человека с такими именем и фамилией не было в учетных списках полиции, пенсионного фонда, фонда медицинского страхования и пр.
Фрэнк Говард произвел на Делию Будд на редкость хорошее впечатление: правильная речь, костюм с галстуком, деликатность в обращении-такие люди нечасто заходили в трущобный Вест-Энд. А 5-летней Беатрис, побежашей искать Эдварда, гость подарил десятицентовую монетку, стало быть, человек он был нескаредный! Поэтому, когда сестренка привела домой Эдварда, его мать уже души не чаяла в потенциальном работодателе.
Молодой человек понравился Фрэнку Говарду. Тот сказал несколько поощрительных слов о росте и силе Эдварда и заявил, что готов предложить такому работнику следующие условия: 15 долларов в неделю при шведском столе, т. е. без ограничения в питании. Разумеется крышу над головой и рабочую одежду также предоставлял работодатель.
Условия были очень хороши. В те времена в Нью-Йорке на 2 доллара м. б. пообедать в приличном ресторане.
Эдвард Будд буквально воспрял; он не ожидал, что объявление в газету принесет ему такую удачу. Молодой человек сообщил Фрэнку Говарду, что имеет хорошего друга Вилли, которому тоже нужна работа, и поинтересовался, не сможет ли господин Говард взять на работу двух человек? Тот, почти не раздумывая, согласился; порешили, что в субботу, 2 июня, Фрэнк Говард заедет на 15 Вест-стрит и увезет молодых людей с вещами.
Впрочем, 2 июня юношам уехать на ферму не удалось: мистер Говард прислал письмо, в котором извинялся за то, что обстоятельства помешали ему сдержать обещание и просил перенести встречу назавтра. В воскресенье 3 июня он появился в доме N 404 около 11 часов утра с корзиной, полной отборнейшей клубники и гороха. «Это продукты с моей фермы»,-не без самодовольства сказал он, протягивая корзину Делии Будд. Его пригласили к столу и он не отказался позавтракать с семьей Буддов.
Впрочем, семья была за завтраком не в полном составе. Отсутствовала 10-летняя Грейс Будд, которая в это время находилась в соседнем католическом храме на службе. Через какое-то время Грейс возвратилась домой и Фрэнк Говард познакомился с девочкой. К этому времени он уже свободно общался с остальными членами семьи, шутил, загадывал загадки, был внимателен и доброжелателен со всеми. При появлении Грейс он предложил проверить насколько хорошо девочка умеет считать; для этого Говард вытащил из внутреннего кармана охапку смятых банкнот различного достоинства и протянул их девочке. Среди бумажных денег оказались и мелкие монетки; Грейс все их рассортировала, а банкноты разложила по росту номинала. «Девяносто два доллара пятьдесят центов»,-сосчитав деньги, произнесла Грейс. Фрэнк Говард тут же вручил ей 50 центов на леденцы и похвалил за точность.
На всю семью Буддов охапка смятых долларов, небрежно извлеченная из кармана мистером Говардом, произвела очень большое впечатление. Для бедняков Буддов это были очень большие деньги, увидев ту небрежность, с какой их перекладывал Фрэнк Говард, они окончательно уверились в том, что перед ними весьма и весьма состоятельный человек.
Далее Говард сообщил Буддам, что в настоящий момент направляется на день рождения своей племянницы, живущей в доме на углу Колумбус и 137-й стрит, и заберет молодых людей к себе на ферму вечером, на обратном пути. Он предложил отпустить вместе с ним на день рождения и Грейс, поскольку там будет много девочек и мальчиков ее возраста и все они смогут прекрасно провести время. Делия Будд пришла в замешательство от такого предложения, но ее муж Алберт решил, что это очень хорошее предложение. «У Грейс так мало праздников», — сказал он, — пусть немного развлечется!
Мать одела дочку в легкое пальто и дала шляпку; проводила Фрэнка Говарда и Грейс до конца улицы.
Никто и никогда более не видел девочку живой.
После бессонной ночи родители направили Эдварда Будда в полицейский участок, чтобы тот сделал там заявление об исчезновении сестры. В это самое время Делия Будд лежала в постели с жесточайшим гипертоническим кризом и супруг не смел отойти от нее даже на шаг. Впрочем, как только жене стало легче, он сам явился в полицию и сделал очень подробное заявление.
Полицейские правила требуют, чтобы между исчезновением человека и формальным началом его розыска существовал определенный временной лог. Но в случае с Грейс Будд манера действия Фрэнка Говарда столь явно выдавала педофила со стажем, что никто в полиции не стал дожидаться истечения положенных трех суток-меры по проверке заявления были приняты немедленно. В первые же часы стало известно, что на углу Колумбус и 137-й стрит никогда не существовало жилого дома, а значит, в нем никогда не могла жить племянника Говарда. В Фармингдейле не было фермы, которая принадлежала бы Фрэнку Говарду, да и самого человека с такими именем и фамилией не было в учетных списках полиции, пенсионного фонда, фонда медицинского страхования и пр.
Страница 3 из 15
