Серия преступлений маньяка, вошедшего в историю мировой криминалистки под прозвищем «Бостонский душитель», началась 14 июня 1962 г. В этот день рано утром Юрис Слесерс заехал на автомашине за своей матерью — Анной Слесерс — которую обещал отвезти на семичасовую службу в латвийскую лютеранскую церковь. Постучав в дверь квартиры и не получив ответа, Юрис остался стоять в подъезде. Через несколько минут им овладела тревога и он отправился на розыски домовладельца, который имел ключи от всех квартир в подъезде. Не найдя домовладельца, Юрис решил выбить дверь. Это ему легко удалось.
Добавить в моё избранное
40 мин, 17 сек 15060
Но 26 февраля, через два дня после побега, де Сальво сам пришел в полицейский участок и заявил, что не хотел покидать Бриджуотер, потому и пустился в бега. Он обещал впредь не повторять подобного при условии ненаправления его в обычную тюрьму. Суд не стал торговаться с Душителем, присудил дополнительный срок отсидки, и направил — таки в общую тюрьму.
Там 25 ноября 1973г. де Сальво был убит 16 — ю ударами ножа. Убийца не был найден. Проведенное расследование показало, что он пытался включиться в подпольную торговлю наркотиками, существовавшую в тюрьме. Преступная группа, державшая в своих руках этот промысел, предупредила его о недопустимости этого. Де Сальво пренебрег предупреждением и был убит.
Уже после гибели де Сальво в различных изданиях стала высказываться и обсуждаться точка зрения на него как на слепую марионетку в руках подлинного Душителя. Шизофрения де Сальво приводила к расщеплению его личности; в таком состоянии человек вполне мог внушенные образы воспринимать как свои собственные воспоминания. В роли внушающей стороны рассматривают того самого Джорджа Нассара, сокамерника де Сальво, который первым донес на него. Джордж Нассар, расстрелявший заправщика бензоколонки, был умным и эрудированным преступником. Есть основания думать, что его роль в формировании желания де Сальво покаяться очень велика. Несмотря на ряд интересных соображений, подтверждающих такое заключение, они не получили должного анализа специалистов — психиатров.
Кроме того, уже в 70-х годах получил распространение взгляд на преступления Душителя, как серию деяний разных преступников, копировавших манеру друг друга. Таковых преступников могло быть и двое, и трое, и даже больше. Сексопатологи считают, что разброс сексуальных пристрастий Душителя уж больно велик: и пожилые женщины, и просто старухи, и очень юные, и белые, и негритянки… У маньяков существуют свои пристрастия, причем довольно строгие; тот факт, что Душитель в своих преступлениях продемонстрировал абсолютную «всеядность» указывает на то, что в этом деле неправомерно объединены преступления совершенно разных убийц.
Наконец, подвергается сомнению шизофрения Альберта де Сальво. Во время досудебной экспертизы мнения врачей разделились; довольно убедителен взгляд на поведение обвиняемого как симуляцию сумасшествия. Де Сальво начал изображать в тюрьме ночные параноидальные страхи лишь тогда, когда узнал о переезде супруги с детьми в г. Денвер и её намерении оформить развод. По американским законам преступления мужа, совершённые в состоянии умопомрачения, не могут служить основанием для развода. Кроме того, сама любовь де Сальво к Ирмгард — искренняя и горячая — противоречит взгляду на него, как на шизофреника; шизофреники демонстрируют нарастающую во времени эмоциональную холодность в отношении своих близких, отчужденность, быстро забывают прежних партнеров и не добиваются сохранения семей. Известно, что де Сальво с большим трепетом относился к своей дочке, баловал ее, гулял с нею и демонстрировал в отношении нее искреннюю любовь.
Как бы там ни было, преступления «Бостонского Душителя» породили целое направление в детективной и криминалистической литературе; его прозвище стало столь же нарицательным, как и Джека-Потрошителя за восемь десятилетий до того. Вокруг отвратительных преступлений Душителя сложилась уже своя мифология; начало ей положил бестселлер Гарольда Франка (это групповой псевдоним) под названием«Бостонский душегуб», который был опубликован в июне 1966 г., ещё до суда над де Сальво. С тех пор библиография по этой теме превысила сотню наименований. Но несмотря на массу парадоксальных и весьма оригинальных порой версий именно Альберт де Сальво остался в истории криминалистики тем человеком, с фамилией которого связываются отвратительные преступления «Бостонского Душителя».
Там 25 ноября 1973г. де Сальво был убит 16 — ю ударами ножа. Убийца не был найден. Проведенное расследование показало, что он пытался включиться в подпольную торговлю наркотиками, существовавшую в тюрьме. Преступная группа, державшая в своих руках этот промысел, предупредила его о недопустимости этого. Де Сальво пренебрег предупреждением и был убит.
Уже после гибели де Сальво в различных изданиях стала высказываться и обсуждаться точка зрения на него как на слепую марионетку в руках подлинного Душителя. Шизофрения де Сальво приводила к расщеплению его личности; в таком состоянии человек вполне мог внушенные образы воспринимать как свои собственные воспоминания. В роли внушающей стороны рассматривают того самого Джорджа Нассара, сокамерника де Сальво, который первым донес на него. Джордж Нассар, расстрелявший заправщика бензоколонки, был умным и эрудированным преступником. Есть основания думать, что его роль в формировании желания де Сальво покаяться очень велика. Несмотря на ряд интересных соображений, подтверждающих такое заключение, они не получили должного анализа специалистов — психиатров.
Кроме того, уже в 70-х годах получил распространение взгляд на преступления Душителя, как серию деяний разных преступников, копировавших манеру друг друга. Таковых преступников могло быть и двое, и трое, и даже больше. Сексопатологи считают, что разброс сексуальных пристрастий Душителя уж больно велик: и пожилые женщины, и просто старухи, и очень юные, и белые, и негритянки… У маньяков существуют свои пристрастия, причем довольно строгие; тот факт, что Душитель в своих преступлениях продемонстрировал абсолютную «всеядность» указывает на то, что в этом деле неправомерно объединены преступления совершенно разных убийц.
Наконец, подвергается сомнению шизофрения Альберта де Сальво. Во время досудебной экспертизы мнения врачей разделились; довольно убедителен взгляд на поведение обвиняемого как симуляцию сумасшествия. Де Сальво начал изображать в тюрьме ночные параноидальные страхи лишь тогда, когда узнал о переезде супруги с детьми в г. Денвер и её намерении оформить развод. По американским законам преступления мужа, совершённые в состоянии умопомрачения, не могут служить основанием для развода. Кроме того, сама любовь де Сальво к Ирмгард — искренняя и горячая — противоречит взгляду на него, как на шизофреника; шизофреники демонстрируют нарастающую во времени эмоциональную холодность в отношении своих близких, отчужденность, быстро забывают прежних партнеров и не добиваются сохранения семей. Известно, что де Сальво с большим трепетом относился к своей дочке, баловал ее, гулял с нею и демонстрировал в отношении нее искреннюю любовь.
Как бы там ни было, преступления «Бостонского Душителя» породили целое направление в детективной и криминалистической литературе; его прозвище стало столь же нарицательным, как и Джека-Потрошителя за восемь десятилетий до того. Вокруг отвратительных преступлений Душителя сложилась уже своя мифология; начало ей положил бестселлер Гарольда Франка (это групповой псевдоним) под названием«Бостонский душегуб», который был опубликован в июне 1966 г., ещё до суда над де Сальво. С тех пор библиография по этой теме превысила сотню наименований. Но несмотря на массу парадоксальных и весьма оригинальных порой версий именно Альберт де Сальво остался в истории криминалистики тем человеком, с фамилией которого связываются отвратительные преступления «Бостонского Душителя».
Страница 12 из 12
