Около 14 часов 26 февраля 1957 г., во вторник, в отдел расследования убийств городского управления полиции Филадельфии обратился молодой человек, пожелавший сделать заявление об обнаружении трупа. Явившийся назвался Фредериком Бенонисом, 26 лет, студентом колледжа ЛаСалль. Он утверждал, что накануне около 15.15 в пустынном местечке Фокс Чейз, на севере Филадельфии, возле дороги известной как «Саскуэханна-роад», нашел большую картонную коробку, внутри которой увидел раздетый труп ребенка.
Добавить в моё избранное
33 мин, 11 сек 19745
Бродяга этот дважды останавливался с ночевкой в ее доме. Не имея денег, чтобы снять номер в обычной гостинице, этот человек расплачивался за постой мелким ремонтом. Мужчина назывался вымышленными именем и фамилией (это показала полицейская проверка) и нигде подолгу не задерживался. Женщина оппознала труп ребенка, предъявленный ей в морге.
Полиция Филадельфии обратилась за содействием к коллегам из Нью-Джерси. Последние опросом жителей Кемдена получили сведения, подтверждавшие рассказ женщины. Были найдены люди, близко соприкасавшиеся с мужчиной и ребенком: их привезли в Филадельфию на опознание трупа. Трое опознали в предъявленном им трупе ребенка, с которым ходил неизвестный бродяга; двое других свидетелей согласились с тем, что сходство существует, хотя и не стали утверждать, будто имеет место однозначное совпадение.
Казалось, в расследовании гибели «мальчика в коробке» наконец-то забрезжил свет. Новая версия была очень обнадеживающей. Теперь становилось понятным, почему никто в Филадельфии не заявлял об исчезновении ребенка: он был жителем другого штата. Находил объяснение факт плохого питания ребенка: оно просто не могло быть хорошим в тех условиях, в которых жил мальчик. Наконец, совершенно очевидное объяснение появлялось и у того факта, что никто в северной Филадельфии не знал обладателя голубой вельветовой кепки: бродяга не работал в городе, а постоянно перемещался, перебиваясь случайными заработками.
Разумеется, этого бродягу следовало непременно отыскать. Был составлен подробный фоторобот и словесный портрет неизвестного мужчины, детективы по крупицам восстановили информацию, связанную с этим человеком. Напряженные розыскные мероприятия, растянувшиеся более, чем на месяц, позволили в конце-концов, установить некоторые детали его жизни.
Оказалось, что бродягу звали Чарльзом Списом. Когда-то с женой и сыном он проживал в городке Ланкастер, в штате Пенсильвания. Осенью 1956 г. жена убежала от Чарли и он остался с ребенком. Через несколько недель после бегства жены, Спис оставил Ланкастер и по словам соседей уехал в неизвестном направлении. Он действительно проезжал через Кемден, это было установлено с безусловной точностью. Но где находился Спис летом 1957 г. никто не знал. Во всей этой истории был один с самого начала непонятный нюанс: сын Чарльза Списа имел возраст 8 лет. Даже если считать, что он был маленьким и худеньким, все же следовало признать, что очень трудно спутать 4-х и 8-летних детей. Было непонятно, как свидетели могли опознать в предъявленном им «мальчике в коробке» сына Списа? Или в феврале 1957 г. со Списом путешествовал уже другой ребенок?
Полиция Филадельфии обратилась к Генеральному прокурору США с просьбой объявить Чарльза Списа в общефедеральный розыск. Обращение было удовлетворено и на территории 13 северо-восточных штатов начались активные розыскные мероприятия: территориальные подразделения полиции получили ориентировки на Списа, а по радио, телевидению и в прессе с обращениями к населению о помощи в розысках выступили представители правоохранительных органов.
Однако, еще до того, как удалось найти Чарльза, объявилась его сбежавшая жена. Ей был предъявлен труп «мальчика в коробке» и она уверенно заявила, что это не ее сын. А чуть позже в полицию явился и сам Спис; с ним был его 8-летний сын, живой и здоровый. Оказалось, что он спокойно проживал в Ньюарке, в штате Нью-Джерси, и ни от кого не думал прятаться.
Перспективная версия никуда не привела. Перед Списом извинились и отпустили на все четыре стороны.
Постепенно поток людей, желавших посмотреть на труп «мальчика в коробке», иссяк. Более не имело смысла сохранять его в морге и 27 июля 1957 г. тело неизвестного ребенка было похоронено на кладбище невостребованных тел рядом с филадельфийским государственным госпиталем в районе Байберри. Захоронение под N 191 было единственным, на котором за счет городского бюджета был установлен скромный памятник. Надпись на плите гласила: «Отец Небесный, благослови этого неизвестного мальчика».
Возле этой могилы каждый год 26 февраля и 27 июля стали собираться люди, так или иначе вовлеченные или увлеченные расследованием гибели мальчика. В группе энтузиастов, на протяжении десятилетий приходивших на эту могилу, были упоминавшиеся выше врачи Спеллман и Бристоу, профессор Крогман, сотрудники полиции и прокуратуры. Помимо лиц, непосредственно занятых расследованием, в числе энтузиастов появились и совершенно посторонние, но неравнодушные люди, занимавшиеся розыском в свободное время и за собственные деньги. В числе таковых увлеченных людей можно назвать Сеймура Шубина, потратившего 32 года на частные розыски и написавшего в конце-концов одно из самых интересных исследований о деле «мальчика в коробке». Даже спустя десятилетия ряды энтузиастов пополнялись молодыми людьми, так или иначе узнавшими об этой криминальной загадке.
Полиция Филадельфии обратилась за содействием к коллегам из Нью-Джерси. Последние опросом жителей Кемдена получили сведения, подтверждавшие рассказ женщины. Были найдены люди, близко соприкасавшиеся с мужчиной и ребенком: их привезли в Филадельфию на опознание трупа. Трое опознали в предъявленном им трупе ребенка, с которым ходил неизвестный бродяга; двое других свидетелей согласились с тем, что сходство существует, хотя и не стали утверждать, будто имеет место однозначное совпадение.
Казалось, в расследовании гибели «мальчика в коробке» наконец-то забрезжил свет. Новая версия была очень обнадеживающей. Теперь становилось понятным, почему никто в Филадельфии не заявлял об исчезновении ребенка: он был жителем другого штата. Находил объяснение факт плохого питания ребенка: оно просто не могло быть хорошим в тех условиях, в которых жил мальчик. Наконец, совершенно очевидное объяснение появлялось и у того факта, что никто в северной Филадельфии не знал обладателя голубой вельветовой кепки: бродяга не работал в городе, а постоянно перемещался, перебиваясь случайными заработками.
Разумеется, этого бродягу следовало непременно отыскать. Был составлен подробный фоторобот и словесный портрет неизвестного мужчины, детективы по крупицам восстановили информацию, связанную с этим человеком. Напряженные розыскные мероприятия, растянувшиеся более, чем на месяц, позволили в конце-концов, установить некоторые детали его жизни.
Оказалось, что бродягу звали Чарльзом Списом. Когда-то с женой и сыном он проживал в городке Ланкастер, в штате Пенсильвания. Осенью 1956 г. жена убежала от Чарли и он остался с ребенком. Через несколько недель после бегства жены, Спис оставил Ланкастер и по словам соседей уехал в неизвестном направлении. Он действительно проезжал через Кемден, это было установлено с безусловной точностью. Но где находился Спис летом 1957 г. никто не знал. Во всей этой истории был один с самого начала непонятный нюанс: сын Чарльза Списа имел возраст 8 лет. Даже если считать, что он был маленьким и худеньким, все же следовало признать, что очень трудно спутать 4-х и 8-летних детей. Было непонятно, как свидетели могли опознать в предъявленном им «мальчике в коробке» сына Списа? Или в феврале 1957 г. со Списом путешествовал уже другой ребенок?
Полиция Филадельфии обратилась к Генеральному прокурору США с просьбой объявить Чарльза Списа в общефедеральный розыск. Обращение было удовлетворено и на территории 13 северо-восточных штатов начались активные розыскные мероприятия: территориальные подразделения полиции получили ориентировки на Списа, а по радио, телевидению и в прессе с обращениями к населению о помощи в розысках выступили представители правоохранительных органов.
Однако, еще до того, как удалось найти Чарльза, объявилась его сбежавшая жена. Ей был предъявлен труп «мальчика в коробке» и она уверенно заявила, что это не ее сын. А чуть позже в полицию явился и сам Спис; с ним был его 8-летний сын, живой и здоровый. Оказалось, что он спокойно проживал в Ньюарке, в штате Нью-Джерси, и ни от кого не думал прятаться.
Перспективная версия никуда не привела. Перед Списом извинились и отпустили на все четыре стороны.
Постепенно поток людей, желавших посмотреть на труп «мальчика в коробке», иссяк. Более не имело смысла сохранять его в морге и 27 июля 1957 г. тело неизвестного ребенка было похоронено на кладбище невостребованных тел рядом с филадельфийским государственным госпиталем в районе Байберри. Захоронение под N 191 было единственным, на котором за счет городского бюджета был установлен скромный памятник. Надпись на плите гласила: «Отец Небесный, благослови этого неизвестного мальчика».
Возле этой могилы каждый год 26 февраля и 27 июля стали собираться люди, так или иначе вовлеченные или увлеченные расследованием гибели мальчика. В группе энтузиастов, на протяжении десятилетий приходивших на эту могилу, были упоминавшиеся выше врачи Спеллман и Бристоу, профессор Крогман, сотрудники полиции и прокуратуры. Помимо лиц, непосредственно занятых расследованием, в числе энтузиастов появились и совершенно посторонние, но неравнодушные люди, занимавшиеся розыском в свободное время и за собственные деньги. В числе таковых увлеченных людей можно назвать Сеймура Шубина, потратившего 32 года на частные розыски и написавшего в конце-концов одно из самых интересных исследований о деле «мальчика в коробке». Даже спустя десятилетия ряды энтузиастов пополнялись молодыми людьми, так или иначе узнавшими об этой криминальной загадке.
Страница 7 из 10
