Старый индеец, единственный из всей деревни говоривший на ломаном португальском, неспешно раскурил длинную глиняную трубку, а затем перевел взгляд на Тернера. Его правый глаз, пораженный какой-то болезнью, был полузакрыт и сильно гноился, зато левый сверлил лицо европейца с интересом и пристальным вниманием.
Добавить в моё избранное
7 мин, 9 сек 8923
Понял и почему-то ощутил страх.
Стоянку они перевернули сверху донизу, но не нашли ничего, что могло бы указывать на судьбу пропавших людей. Создавалось впечатление, что поисковики — все семь человек — просто неожиданно встали с места и, не обременяя себя никакими вещами и запасами, ушли на долгую прогулку в никуда.
«Джунгли забрали их. Уходите домой!»
Купер был в ярости, но под ее маской скрывались недоумение и страх — очевидно, он ожидал обнаружить что угодно, но только не это. После недолгого привала было решено прочесать окрестности лагеря в надежде найти хоть какие-нибудь следы, но при этом быть только в паре и не удаляться далеко. Тернер сам выбрал Лопеса — напарник в виде инспектора его совсем не прельщал.
— Командир! — сбивчивый шепот Лопеса вывел его из раздумья и заставил обернуться. Кубинец застыл на месте и дрожащим стволом своей винтовки показывал куда-то вбок. Приглядевшись, Тернер почувствовал на лице холодную испарину — справа, возле ствола увитого лианами дерева, в углублении между его огромными корнями, сидел человек…
«Слава Богу, нашли!» — пронеслась первая мысль.
«Что-то здесь не так»… — вспыхнула вторая.
Человек сидел не шевелясь, спокойно опершись на ветку, и внимательно глядел куда-то вниз.
— Эй! — негромко окликнул его Тернер, палец которого, словно подчиняясь инстинкту, лег на спусковой крючок, — Эй, ты меня слышишь?
Человек промолчал и даже не поменял позы. «Может, он не понимает по-английски? Или спит?» — мелькнула дурацкая мысль.
— Эй, парень! — держа фигуру на прицеле, Тернер осторожно приблизился, а затем потряс человека за плечо, — Па…
С легким треском, похожим на шуршание сухих листьев, фигура качнулась назад и рассыпалась серыми хлопьями.
Разинув рот, Тернер застыл на месте, а за спиной раздался приглушенный вскрик Лопеса.
— Oh, Dios mio!
То, что когда-то было человеком, представляло собой пустой кожаный мешок, сохраняющий свою форму только благодаря одежде. Нетронутой оставалась голова, которая, упав с исчезнувших плеч, уставилась на оцепеневших от ужаса людей пустыми провалами темных глазниц…
В ближайших кустах что-то громко зашуршало, и Тернер, вскинув винтовку к плечу, не целясь, ударил туда короткой очередью.
И тогда молчаливый лес ожил. Со всех сторон — сверху и снизу — тишину разорвали треск и шелест множества встрепенувшихся существ.
— Бежим! — истошно закричал Лопес и рванулся сквозь кусты, но, не пробежав и десятка метров, неожиданно упал как подкошенный и с пронзительным криком был утянут в заросли какой-то неведомой силой.
Тернер, прижавшись спиной к стволу дерева, судорожно сжимая в дрожащих руках холодную сталь винтовки, стрелял по кустам и деревьям, стрелял, не видя перед собой цели, пока не кончились патроны. Сменить магазин было делом нескольких секунд, но в эти долгие для него мгновения Джону показалось, что он слышит выстрелы и крики со стороны покинутого лагеря.
На голову ему что-то упало, тут же вцепившись в волосы, и он с громким криком сорвал это, бросил на землю и раздавил ударом ботинка, мысленно отметив, что это… паук, паук размером с кулак.
Надо было срочно бежать отсюда, и Тернер, собрав все оставшиеся силы, бросился по направлению к лагерю, на ходу перепрыгивая через что-то черное, копошащееся в траве и пожухлых листьях. Пауки продолжали сыпаться с деревьев подобно жутким волосатым плодам, он сбрасывал их с себя, давил ударами кулаков, а в голове стучало: «Только бы не споткнуться! Только бы не упасть!»
Когда из зарослей папоротника на него бросилось многоногое щетинистое тело размером с крупную собаку и сбило с ног, Тернер не успел даже закричать…
«Я жив?» — мысли ворочались подобно мельничным жерновам. С трудом разлепив веки, Тернер уставился перед собой. Все мышцы налились какой-то тяжелой слабостью, не позволяющей сделать ни единого движения. Да ему и не очень-то хотелось — только сейчас Джон понял, как чудовищно он устал за последние дни.
«Где я?» — вокруг вздымались, уходя вверх, земляные стены какой-то ямы, прорезанные корнями деревьев. Сверху падал тусклый свет, похожий на отблеск заката. В этом призрачном сиянии Тернер увидел, что он не один — в нескольких метрах от него лежал белый пробковый шлем, а рядом в расслабленной позе полусидел человек, одежда которого была перепачкана зеленью и грязью. Купер. Вернее, мистер Купер.
Переведя взгляд в сторону — единственное, что ему повиновалось, были глаза, он разглядел силуэт старого индейца, сидящего на куче земли, из которой высовывались несколько пожелтевших костей и что-то, что издалека показалось Тернеру изуродованным сапогом. Глаза постепенно привыкли к полумраку, и Джон увидел, что на плече старика сидит черный паук, сидит, словно домашний любимец, и заботливо расчесывает длинными лапами пряди седых волос.
Стоянку они перевернули сверху донизу, но не нашли ничего, что могло бы указывать на судьбу пропавших людей. Создавалось впечатление, что поисковики — все семь человек — просто неожиданно встали с места и, не обременяя себя никакими вещами и запасами, ушли на долгую прогулку в никуда.
«Джунгли забрали их. Уходите домой!»
Купер был в ярости, но под ее маской скрывались недоумение и страх — очевидно, он ожидал обнаружить что угодно, но только не это. После недолгого привала было решено прочесать окрестности лагеря в надежде найти хоть какие-нибудь следы, но при этом быть только в паре и не удаляться далеко. Тернер сам выбрал Лопеса — напарник в виде инспектора его совсем не прельщал.
— Командир! — сбивчивый шепот Лопеса вывел его из раздумья и заставил обернуться. Кубинец застыл на месте и дрожащим стволом своей винтовки показывал куда-то вбок. Приглядевшись, Тернер почувствовал на лице холодную испарину — справа, возле ствола увитого лианами дерева, в углублении между его огромными корнями, сидел человек…
«Слава Богу, нашли!» — пронеслась первая мысль.
«Что-то здесь не так»… — вспыхнула вторая.
Человек сидел не шевелясь, спокойно опершись на ветку, и внимательно глядел куда-то вниз.
— Эй! — негромко окликнул его Тернер, палец которого, словно подчиняясь инстинкту, лег на спусковой крючок, — Эй, ты меня слышишь?
Человек промолчал и даже не поменял позы. «Может, он не понимает по-английски? Или спит?» — мелькнула дурацкая мысль.
— Эй, парень! — держа фигуру на прицеле, Тернер осторожно приблизился, а затем потряс человека за плечо, — Па…
С легким треском, похожим на шуршание сухих листьев, фигура качнулась назад и рассыпалась серыми хлопьями.
Разинув рот, Тернер застыл на месте, а за спиной раздался приглушенный вскрик Лопеса.
— Oh, Dios mio!
То, что когда-то было человеком, представляло собой пустой кожаный мешок, сохраняющий свою форму только благодаря одежде. Нетронутой оставалась голова, которая, упав с исчезнувших плеч, уставилась на оцепеневших от ужаса людей пустыми провалами темных глазниц…
В ближайших кустах что-то громко зашуршало, и Тернер, вскинув винтовку к плечу, не целясь, ударил туда короткой очередью.
И тогда молчаливый лес ожил. Со всех сторон — сверху и снизу — тишину разорвали треск и шелест множества встрепенувшихся существ.
— Бежим! — истошно закричал Лопес и рванулся сквозь кусты, но, не пробежав и десятка метров, неожиданно упал как подкошенный и с пронзительным криком был утянут в заросли какой-то неведомой силой.
Тернер, прижавшись спиной к стволу дерева, судорожно сжимая в дрожащих руках холодную сталь винтовки, стрелял по кустам и деревьям, стрелял, не видя перед собой цели, пока не кончились патроны. Сменить магазин было делом нескольких секунд, но в эти долгие для него мгновения Джону показалось, что он слышит выстрелы и крики со стороны покинутого лагеря.
На голову ему что-то упало, тут же вцепившись в волосы, и он с громким криком сорвал это, бросил на землю и раздавил ударом ботинка, мысленно отметив, что это… паук, паук размером с кулак.
Надо было срочно бежать отсюда, и Тернер, собрав все оставшиеся силы, бросился по направлению к лагерю, на ходу перепрыгивая через что-то черное, копошащееся в траве и пожухлых листьях. Пауки продолжали сыпаться с деревьев подобно жутким волосатым плодам, он сбрасывал их с себя, давил ударами кулаков, а в голове стучало: «Только бы не споткнуться! Только бы не упасть!»
Когда из зарослей папоротника на него бросилось многоногое щетинистое тело размером с крупную собаку и сбило с ног, Тернер не успел даже закричать…
«Я жив?» — мысли ворочались подобно мельничным жерновам. С трудом разлепив веки, Тернер уставился перед собой. Все мышцы налились какой-то тяжелой слабостью, не позволяющей сделать ни единого движения. Да ему и не очень-то хотелось — только сейчас Джон понял, как чудовищно он устал за последние дни.
«Где я?» — вокруг вздымались, уходя вверх, земляные стены какой-то ямы, прорезанные корнями деревьев. Сверху падал тусклый свет, похожий на отблеск заката. В этом призрачном сиянии Тернер увидел, что он не один — в нескольких метрах от него лежал белый пробковый шлем, а рядом в расслабленной позе полусидел человек, одежда которого была перепачкана зеленью и грязью. Купер. Вернее, мистер Купер.
Переведя взгляд в сторону — единственное, что ему повиновалось, были глаза, он разглядел силуэт старого индейца, сидящего на куче земли, из которой высовывались несколько пожелтевших костей и что-то, что издалека показалось Тернеру изуродованным сапогом. Глаза постепенно привыкли к полумраку, и Джон увидел, что на плече старика сидит черный паук, сидит, словно домашний любимец, и заботливо расчесывает длинными лапами пряди седых волос.
Страница 2 из 3
