Все имена и события в тексте вымышленные. любое совпадение носит исключительно случайный характер.
Добавить в моё избранное
11 мин, 11 сек 13757
Валентин был в кепке, на его лакированных туфлях виднелась грязь.
Александр сделал вид, что не заметил этого.
— привет, — он уселся рядом. — как жизнь? Я думал, ты умер давно.
— мало ли что говорят. — буркнул Валентин. — я переехал просто. Тренировал молодых шахматистов на Урале.
— ты? — удивился Александр. — кого ты можешь тренировать? И по какому виду спорта? По литрболу?
— кстати насчет литрбола, -хитро улыбнулся Валентин. — у меня тут с собой есть… на фуршете посвященному матчу Крамника с роботом оторвал…
И вытащив из сумки, он протянул Александру практически непочатую бутылку портвейна «777».
— о, давай, — оживился экс-чемпион мира. — по нынешней погоде самое то. Освежает и прямо-таки бодрит.
Александр отказался от предложенного пластикового стаканчика и свернув пробку, лихо приложился к бутылке. Валентин незаметно усмехнулся, когда увидел, что вместе с одним хорошим глотком исчезла треть содержимого бутылки.
— хорош стервец, -облизнул губы Факов. — ну так где мы с тобой будем играть наш матч? да и сколько партий?
— пойдем ко мне, а то здесь уже фигур не видно, — предложил Валентин. — тут не так далеко.
— да, действительно, -согласился экс-чемпион. — что ж, к тебе так к тебе.
Их путь оказался не таким уж и коротким, пройдя пару кварталов, они вошли в подъезд старого пятиэтажного дома. Александр уже занес ногу на лестницу, но Валентин потянул его за рукав и указал на открытую дверь подвала:
— нам туда.
— туда — удивилсся Александр. — ну, Албанец, ты даешь!
Они спустились вниз по ступенькам, Валентин повернул торчавший из стены рубильник, и коридор осветился очень тусклым, дрожащим светом старинных люминесцентных ламп. Они горели через одну, но и их мощности хватало, чтобы различить мрачный, уходящий вниз туннель с металлическим, потемневшим от времени полом и без каких бы то ни было признаков дверей по бокам.
— ты куда меня привел? Что это за подземелья? — спросил Александр.
Он оглядывался, изучая змеящиеся вдоль стен кабели в толстой черной оплетке.
— объект Мосэнерго, — ответил Валентин. — я у них обходчиком работаю.
— Не свисти, — оборвал его Александр. — ты на режимном объекте? С твоими привычками, Валя?
— Мое дело маленькое, я только проверяю. — ответил Валентин, не слушая его. — Мы почти пришли.
Они двинулись вниз по коридору.
Прямой отрезок туннеля тянулся метров на пятьдесят. Затем освещенный участок заканчивался, и коридор резко заворачивал вправо. Их шаги гулко отдавались от обшитых металлом стен. Внутри серого металлического колодца стояла тишина — гнетущая мертвая тишина глухого подземелья. Шипели и потрескивали лампы, гудел пол под ногами двух путников, но все это были лишь робкие попытки поколебать власть тишины, установившуюся здесь с незапамятных времен.
— ты куда меня ведешь? — веселился Александр, прихлебывая на ходу из бутылки. — Прямо в преисподнюю, что ли?
— Стой, — сказал Валентин, когда они дошли до поворота. — мы на месте.
Он открыл неприметную узкую железную дверь в стене и включил свет.
Это было довольно просторное помещение, с низким потолком, изогнутым наподобие свода. Оно было похоже на кладовую. Посередине комнатки стоял стол с клеенчатой шахматной доской, фигурами и часами и пара стульев.
— устраивайся поудобнее, Саша. — глухо сказал Валентин. — мы будем с тобой играть, как говориться, от заката до рассвета.
— почему до рассвета?
— потому что я на рассвете заступаю на утреннюю смену. Так, туалет и умывальник там, — Валентин кивнул головой на занавеску на задней стене. — а допинг здесь. — он показал на скамью у стены, на которой лежало две упаковки пива и несколько пыльных бутылок. приступим? поехали?
— начнем. — экс-чемпион покончив с портвейном, ловко закинул пустую бутылку в корзину и потер руки. — так, по сколько играем? Твоя ставка?
— на интерес будем играть, — пробормотал Валентин. — сыграем, там посмотрим.
Игра началась. Партия шла за партией, запасы спиртного редели, а Александр становился все задумчивее. Время от времени ему казалось, что откуда-то тянет гнилой малярийной сыростью. Время от времени бросая взгляд на Валентина, как-то странно корчившегося на стуле, все время стремящегося натянуть утиный козырек кепки на глаза, — Александр думал только об одном, что же значит все это? Кроме того, полнокровный ранее Валентин был теперь бледен меловой нездоровою бледностью, а в теплом помещении он не снял свой безразмерный блейзер. Если же к этому прибавить появившуюся у Валентина странную манеру присасывать и причмокивать, резкое изменение голоса, ставшего глухим и грубым, вороватость и трусливость в глазах, — можно было смело сказать, что Валя Албаков стал неузнаваем.
Зачем привел его сюда появившийся на горизонте через столько лет старый приятель?
Александр сделал вид, что не заметил этого.
— привет, — он уселся рядом. — как жизнь? Я думал, ты умер давно.
— мало ли что говорят. — буркнул Валентин. — я переехал просто. Тренировал молодых шахматистов на Урале.
— ты? — удивился Александр. — кого ты можешь тренировать? И по какому виду спорта? По литрболу?
— кстати насчет литрбола, -хитро улыбнулся Валентин. — у меня тут с собой есть… на фуршете посвященному матчу Крамника с роботом оторвал…
И вытащив из сумки, он протянул Александру практически непочатую бутылку портвейна «777».
— о, давай, — оживился экс-чемпион мира. — по нынешней погоде самое то. Освежает и прямо-таки бодрит.
Александр отказался от предложенного пластикового стаканчика и свернув пробку, лихо приложился к бутылке. Валентин незаметно усмехнулся, когда увидел, что вместе с одним хорошим глотком исчезла треть содержимого бутылки.
— хорош стервец, -облизнул губы Факов. — ну так где мы с тобой будем играть наш матч? да и сколько партий?
— пойдем ко мне, а то здесь уже фигур не видно, — предложил Валентин. — тут не так далеко.
— да, действительно, -согласился экс-чемпион. — что ж, к тебе так к тебе.
Их путь оказался не таким уж и коротким, пройдя пару кварталов, они вошли в подъезд старого пятиэтажного дома. Александр уже занес ногу на лестницу, но Валентин потянул его за рукав и указал на открытую дверь подвала:
— нам туда.
— туда — удивилсся Александр. — ну, Албанец, ты даешь!
Они спустились вниз по ступенькам, Валентин повернул торчавший из стены рубильник, и коридор осветился очень тусклым, дрожащим светом старинных люминесцентных ламп. Они горели через одну, но и их мощности хватало, чтобы различить мрачный, уходящий вниз туннель с металлическим, потемневшим от времени полом и без каких бы то ни было признаков дверей по бокам.
— ты куда меня привел? Что это за подземелья? — спросил Александр.
Он оглядывался, изучая змеящиеся вдоль стен кабели в толстой черной оплетке.
— объект Мосэнерго, — ответил Валентин. — я у них обходчиком работаю.
— Не свисти, — оборвал его Александр. — ты на режимном объекте? С твоими привычками, Валя?
— Мое дело маленькое, я только проверяю. — ответил Валентин, не слушая его. — Мы почти пришли.
Они двинулись вниз по коридору.
Прямой отрезок туннеля тянулся метров на пятьдесят. Затем освещенный участок заканчивался, и коридор резко заворачивал вправо. Их шаги гулко отдавались от обшитых металлом стен. Внутри серого металлического колодца стояла тишина — гнетущая мертвая тишина глухого подземелья. Шипели и потрескивали лампы, гудел пол под ногами двух путников, но все это были лишь робкие попытки поколебать власть тишины, установившуюся здесь с незапамятных времен.
— ты куда меня ведешь? — веселился Александр, прихлебывая на ходу из бутылки. — Прямо в преисподнюю, что ли?
— Стой, — сказал Валентин, когда они дошли до поворота. — мы на месте.
Он открыл неприметную узкую железную дверь в стене и включил свет.
Это было довольно просторное помещение, с низким потолком, изогнутым наподобие свода. Оно было похоже на кладовую. Посередине комнатки стоял стол с клеенчатой шахматной доской, фигурами и часами и пара стульев.
— устраивайся поудобнее, Саша. — глухо сказал Валентин. — мы будем с тобой играть, как говориться, от заката до рассвета.
— почему до рассвета?
— потому что я на рассвете заступаю на утреннюю смену. Так, туалет и умывальник там, — Валентин кивнул головой на занавеску на задней стене. — а допинг здесь. — он показал на скамью у стены, на которой лежало две упаковки пива и несколько пыльных бутылок. приступим? поехали?
— начнем. — экс-чемпион покончив с портвейном, ловко закинул пустую бутылку в корзину и потер руки. — так, по сколько играем? Твоя ставка?
— на интерес будем играть, — пробормотал Валентин. — сыграем, там посмотрим.
Игра началась. Партия шла за партией, запасы спиртного редели, а Александр становился все задумчивее. Время от времени ему казалось, что откуда-то тянет гнилой малярийной сыростью. Время от времени бросая взгляд на Валентина, как-то странно корчившегося на стуле, все время стремящегося натянуть утиный козырек кепки на глаза, — Александр думал только об одном, что же значит все это? Кроме того, полнокровный ранее Валентин был теперь бледен меловой нездоровою бледностью, а в теплом помещении он не снял свой безразмерный блейзер. Если же к этому прибавить появившуюся у Валентина странную манеру присасывать и причмокивать, резкое изменение голоса, ставшего глухим и грубым, вороватость и трусливость в глазах, — можно было смело сказать, что Валя Албаков стал неузнаваем.
Зачем привел его сюда появившийся на горизонте через столько лет старый приятель?
Страница 2 из 4
