Всегда на страже

Парнишки отреагировали на удивление быстро. Они остановились, повернувшись ко мне, и один из них произнес:

— Пять фунтов, мистер.

— И мы покажем вам дорогу к магазину игрушек, — отозвался второй.

— Ха, шустрые малые! — не удержался от усмешки Роберт.

Пацаны в ответ просто улыбнулись, показывая свои белоснежные зубы во всей красе.

— Нет, парни, так не пойдет, — я решил поторговаться, хотя для нас пять суданских фунтов были не большими деньгами. — Пятьдесят пиастров за информацию, не более.

Здесь если не поторгуешься при покупке какого-либо товара, то обязательно обидишь продавца уступчивостью, а вот если схватишься за каждый пиастр, то сразу поднимешь свой авторитет в глазах местного населения.

— Мистер, сейчас любая информация намного больше стоит, — ответил мне один из мальчуганов, — три фунта нас вполне устроит.

— Мы сами найдем, — для вида я решил прекратить торги, повернувшись к входу на рынок, сделал пару шагов и остановился на умоляющий выкрик одного из мальчуганов:

— Мистер, пятьдесят пиастров и мы скажем, где находится магазин игрушек!

— Думаю, двадцать пиастров самая приемлемая цена, — произнес я, поворачиваясь к мальцам.

— Мы согласны, — радостным хором согласились пацаны. Еще бы им не согласится, если учесть, что на рынке можно купить хороший спелый арбуз за семьдесят пять пиастров, то мальчишки легко заработали такие большие деньги.

Я вытащил из кармана джинсов мелочь, отсчитал нужную сумму и выложил ее на протянутую ладонь одного из мальчишек.

— Пошли за нами, мистер, мы покажем дорогу, — сказал пацан, пряча деньги за пазухой в матерчатый мешочек, висящий на шее, на простой тонкой бечевке.

— Зря ты деньги отдал, — проворчал Григорий, следуя за мальчишками, — сейчас возьмут и убегут.

— Не убегут, — заверил я его и оказался прав.

Мальчишки уверено вели нас среди овощных и фруктовых рядов рынка. Чего там только не было! Кажется, все, что произрастает в Африке, находилось на прилавках. Ан, нет, не все. Свежих ананасов там не было. Я поинтересовался у мальчишек на счет этого и они охотно ответили. Оказывается с разделением на Северный и Южный Судан, поставки свежих ананасов с южной стороны прекратились. Там они гниют никому не нужные, а здесь торгуют замороженным импортом. Вот так вот, политика, видите ли.

С левой стороны меня насторожил какой-то непонятный гомон. Что это может быть? Очередной рейд полицейских для выявления мелких воришек? Или разборки между бандами? Нам сейчас не нужны неприятности. Так что может уйти с рынка от греха подальше?

— Что это? — поинтересовался я у пацанов.

— Это господин Чонг устраивает петушиные бои, — ответил один из мальчишек.

— Петушиные бои? — удивлено переспросил Роберт.

— Да, мистер, петушиные бои, — подтвердил другой пацан.

— Пойдем, взглянем? — предложил нам Роберт.

— Мы пришли сюда по делу, а не для развлечений, — недовольным голосом напомнил ему Валерий.

— Да ладно, — Роберт отмахнулся от него. — Ты что, каждый день смотришь петушиные бои? Дай нам хоть чуть-чуть глянуть на такое экстравагантное развлечение, — и потом, не дожидаясь возражений, он уже обратился к пацанам:

— Показывайте, как пройти туда.

— Конечно, мистер, — радостно затараторили мальчишки, по всей видимости, им самим было невтерпеж посмотреть на бой.

Мы минули еще несколько торговых рядов, и вышли на небольшую площадь. Там стоял маленький амфитеатр, обнесенный круглой невысокой изгородью сделанной из обычных необструганных деревянных плашек. Вокруг него стояла плотная стена народу, извергающая дикие крики, громкие плевки и удушающие миазмы вонючего человеческого пота.

— Где господин Чонг? — спросил Роберт.

— Да вон он! — мальчики указали пальцем направление.

Мы посмотрели туда. На высоком постаменте, в деревянном кресле сидел китаец небольшого роста, одетый, невзирая на жару в серый твидовый костюм, белую рубашку с галстуком и черные, начищенные до блеска туфли.

— Я сейчас вернусь! — Роберт затерялся в толпе.

— Он куда? — забеспокоились парни, сопровождающие нас.

— Наверное, делать ставку, — предположил я. А куда еще мог ускользнуть мой пронырливый братишка. По его мнению, лишних денег не бывает, особенно, если ты имеешь не стабильный заработок.

— Вот неугомонный сукин сын! — выругался Григорий, шаря взглядом по сторонам. Он старался выследить в орущей толпе моего брата, но безуспешно, тот как сквозь землю провалился. Правда, вскоре Роберт сам объявился, сияя, как новенький рубль.

— Я за нас сделал ставку, — объявил он мне.

— Какого черта? — прошептал я ему на ухо.

— Не понял? — брат сделал удивленное лицо. — Ты что, против тотализатора?

— Какого черта ты нас сюда привел?