Самоубийца

Дождь усиливался с каждой минутой, от этого видимость дороги становилась хуже, а если учитывать, что была ночь, то её вообще не было видно. Не каждый бы решился в такое время выехать на машине, тем более ехать куда-нибудь за город.

Свет машинных фар еле-еле пробивал ночную мглу, машина шла на огромной скорости, казалось, что за рулём сумасшедший. В такую погоду и на такой скорости мог ехать только человек, которому надоела жизнь, или ненормальный. Можно добавить, что водитель автомобиля чёрного цвета, явно не из дешёвых моделей, такую машину мог себе позволить только человек с приличным состоянием, был изрядно выпивший. Но его, казалось, это ни сколько не волновало. Его не тревожило ни его состояние, ни эта тьма, ни дождь, заливавший всё вокруг. Не волновало его и то, что думает по этому поводу девица, едущая рядом с ним. Его вообще ничего не волновало, ему было наплевать на всё, и он был доволен собой. Он, Сергей Троцкий, крутой бизнесмен, его боялись все, он имел всё, что захочет. Тот, кто когда-либо возражал ему, после этого долго поправлял своё здоровье. И не дай бог, если ты перешёл ему дорогу, Троцкий это так просто не оставлял. Вот и сейчас он ехал домой довольный собой и тем, что он сделал. Буквально пару часов назад он расправился с Николаевым.

Дмитрий Николаев, бизнесмен, солидный человек, он был почти в два раза старше Троцкого и занимался честным бизнесом. Так получилось, что Троцкий заключил контракт с одним богатым американцем на поставку товара. Но по своей натуре Троцкий был жадный и хитрый человек, поэтому запросил у американца большую сумму денег. Американцу ничего не оставалось, как согласиться, и вот когда контракт был почти подписан, появился он — Николаев, и предложил американцу более выгодные условия сделки, на которые тот согласился и порвал договор с Троцким. Николаев ещё сам не знал, что, подписывая договор с американцем, он подписывает себе смертный приговор.

Троцкий послал своих людей к Николаеву, якобы назначить деловую встречу. Естественно, Николаев согласился. Он ничего не подозревал о намерениях Троцкого, да и не мог подозревать: для него это была очередная деловая встреча. Ничего он не подозревал, когда его попросили явиться одному, когда его везли на машине к месту встречи, ничего не подозревал, когда завели в дом… Наверно ему стоило сообщить хоть кому-нибудь, куда он направляется, но… Как только он переступил порог дома, и захлопнулась дверь, Николаев почувствовал сильный удар по затылку…

Николаев не знал сколько прошло времени, но он чувствовал, что начинает приходить себя от сильного удара. Глаза он ещё не открыл, как вдруг услышал голоса двух людей…

— Двинь ему сильнее по морде.

Николаев почувствовал удар по лицу…

— Он всё равно не приходит в себя, босс.

— Может ты слишком сильно ему приложил… давай холодной воды…

— Сейчас, босс.

…

— Ну, лей на него!

— Вот так, босс.

— Кажется, он приходит в себя.

— Да, босс, начал шевелиться.

Николаев приоткрыл глаза в полумраке подвала он смог различить два мужских силуэта…

— Эй ты! Слышишь! Открой глаза, тут с тобой хотят побеседовать!

С этими словами парень спортивного телосложения, с наголо бритой головой подошёл к Николаеву и ударил его по лицу.

— Олег! Оставь его! Мы ещё успеем повеселиться, мы же не хотим, чтобы он скончался раньше времени.

— Да, конечно, босс.

Ухмылка удовольствия проскочила по лицу парня.

— Ты знаешь кто — я?

Троцкий наклонился над Николаевым.

— Нет, кто — ты, что всё это значит, что вам надо, что я здесь делаю?! — спросил Николаев строгим тоном.

— Тихо, тихо. Успокойся, как много вопросов сразу. Меня зовут Сергей, Сергей Троцкий, а ты здесь потому, что мы тебя позвали, — с этими словами Троцкий ухмыльнулся и взял в рот сигарету.

— Что всё это значит! Ты бандит! Отпусти меня сейчас же! Или у тебя будут неприятности! — закричал Николаев.

Николаев кинулся на Троцкого, но стул, к которому он был привязан, покачнулся, и Николаев оказался на полу.

— Расслабься, Дмитрий, всё не так плохо как ты думаешь, пока что… — Троцкий закурил. — Просто тебе не повезло, бывает, ты перешёл дорогу не тому человеку. Он наклонился над Николаевым и выпустил дым ему в лицо.

— Но ведь это бизнес! — кашляя, с испугом воскликнул Николаев.

— Нет, теперь уже это не бизнес, это личное. Троцкий зло улыбнулся, не вынимая сигарету.

Троцкий вынул из-за пазухи пистолет.

— Что вы делаете, пожалуйста, нет, я… я… я всё отдам, я порву контракт с американцем, я вас умоляю, никто об случившимся здесь не узнает. — Николаев был напуган.

— Николаев, я же сказал тебе, что уже это не бизнес — это личное.

Троцкий наклонился над Николаевым, взял его руку, положил на бетонный пол подвала, в котором они находились.