20 июля 2011 года… В окно бил яркий, солнечный свет. Пылинки, как маленькие планеты летали вокруг, сверкая секундными бликами.
Добавить в моё избранное
52 мин, 56 сек 11635
— Режет что надо, да? Давай, сестренка!
И Вика, размахнувшись, полоснула девушку по горлу еще раз. Тишину нарушили булькающие, хрипящие звуки: девчонка явно была еще жива.
— Твоя сестренка умеет резать как надо! — Заорал Олег. — Вика! Фонтан!
Вика отбросила нож и, вцепившись девушке в горло, нажала на артерию: на пол полилась кровь, темным, журчащим потоком. Воздух наполнил солоноватый, тошнотворный запах. Светлана сначала запищала, но вскоре писк превратился в стон, а стон в долгий, отчаянный крик. Она кричала, царапая свои щеки, кусая губы и чувствуя во рту сладковатый вкус собственной крови.
Олег хохотнул и вдруг заорал вместе с женой. Он не пытался ее перекричать. Он пытался вклиниться в ее вопль.
Прежде чем упасть без сознания, она услышала голос мужа. Отдаляющийся, но достаточно четкий, что бы понять каждую букву, каждый слог в каждом слове.
— Теперь это не смыть никакими баллончиками! И даже с запахом апельсина…
Придя в себя, Света поднялась, пытаясь справиться с сильным головокружением. Когда приступ прошел, она огляделась.
Олег сидел возле стены, откинувшись на спину и бормотал:
— У меня все есть, родная моя. И кисточки, и краааасочки, и бумааага! Все есть. Киииииисточки, краааасочки. Бумааааага… Все-все есть!
Света начала вставать, но почувствовала, как чулки на коленях оттянулись. Будто влезла во что-то вязкое. Взглянув на пол, она закричала: под ней была засыхающая лужа крови. Закрыв глаза, и замолчав, она поднялась. Теперь ей не помешало ничего.
Взяв себя в руки, насколько ей это оказалось под силу, Света посмотрела на стену, возле которой сидел Олег. На ней была написана картина. Ужасная, и прекрасная одновременно. Поражающая своей реалистичностью.
Вика нависла над мертвой девушкой, сжимая в руках окровавленный нож.
Это была лучшая работа ее мужа.
Самая лучшая.
— У меня все есть, родная моя. И кисточки, и краааасочки, и бумааага! Все есть. Киииииисточки, краааасочки. Бумааааага… Все-все есть! — Олег проговорил это с каким-то птичьим утверждением.
В голове появилась четкая, и, не смотря на свой кошмар, дельная мысль. Света огляделась и, остановив взгляд на окне, решила, что стальные решетки, можно будет покрыть хромом, что бы они блестели на солнце.
— Пора сделать тебе в комнатке ремонт. — Проговорила она широко улыбаясь. Капельки крови выступили на губах и, сорвавшись, скатились по подбородку. Она схватилась за волосы и вытерла ими лицо. Уже через несколько секунд ее волосы спутались и склеились, а кровь почернела.
— У меня все есть, родная моя. И кисточки, и краааасочки, и бумааага! Все есть. Киииииисточки, краааасочки. Бумааааага… Все-все есть! — Олег улыбался и вскоре начал хихикать.
И Вика, размахнувшись, полоснула девушку по горлу еще раз. Тишину нарушили булькающие, хрипящие звуки: девчонка явно была еще жива.
— Твоя сестренка умеет резать как надо! — Заорал Олег. — Вика! Фонтан!
Вика отбросила нож и, вцепившись девушке в горло, нажала на артерию: на пол полилась кровь, темным, журчащим потоком. Воздух наполнил солоноватый, тошнотворный запах. Светлана сначала запищала, но вскоре писк превратился в стон, а стон в долгий, отчаянный крик. Она кричала, царапая свои щеки, кусая губы и чувствуя во рту сладковатый вкус собственной крови.
Олег хохотнул и вдруг заорал вместе с женой. Он не пытался ее перекричать. Он пытался вклиниться в ее вопль.
Прежде чем упасть без сознания, она услышала голос мужа. Отдаляющийся, но достаточно четкий, что бы понять каждую букву, каждый слог в каждом слове.
— Теперь это не смыть никакими баллончиками! И даже с запахом апельсина…
Придя в себя, Света поднялась, пытаясь справиться с сильным головокружением. Когда приступ прошел, она огляделась.
Олег сидел возле стены, откинувшись на спину и бормотал:
— У меня все есть, родная моя. И кисточки, и краааасочки, и бумааага! Все есть. Киииииисточки, краааасочки. Бумааааага… Все-все есть!
Света начала вставать, но почувствовала, как чулки на коленях оттянулись. Будто влезла во что-то вязкое. Взглянув на пол, она закричала: под ней была засыхающая лужа крови. Закрыв глаза, и замолчав, она поднялась. Теперь ей не помешало ничего.
Взяв себя в руки, насколько ей это оказалось под силу, Света посмотрела на стену, возле которой сидел Олег. На ней была написана картина. Ужасная, и прекрасная одновременно. Поражающая своей реалистичностью.
Вика нависла над мертвой девушкой, сжимая в руках окровавленный нож.
Это была лучшая работа ее мужа.
Самая лучшая.
— У меня все есть, родная моя. И кисточки, и краааасочки, и бумааага! Все есть. Киииииисточки, краааасочки. Бумааааага… Все-все есть! — Олег проговорил это с каким-то птичьим утверждением.
В голове появилась четкая, и, не смотря на свой кошмар, дельная мысль. Света огляделась и, остановив взгляд на окне, решила, что стальные решетки, можно будет покрыть хромом, что бы они блестели на солнце.
— Пора сделать тебе в комнатке ремонт. — Проговорила она широко улыбаясь. Капельки крови выступили на губах и, сорвавшись, скатились по подбородку. Она схватилась за волосы и вытерла ими лицо. Уже через несколько секунд ее волосы спутались и склеились, а кровь почернела.
— У меня все есть, родная моя. И кисточки, и краааасочки, и бумааага! Все есть. Киииииисточки, краааасочки. Бумааааага… Все-все есть! — Олег улыбался и вскоре начал хихикать.
Страница 15 из 15
