Холодной дымки, липкое касанье, Что страхом сковывает нас, Таится здесь, по всюду. Подстерегая нас.
Добавить в моё избранное
16 мин, 46 сек 15893
— А я вообще только пару часов назад проснулась, и сразу за комп.
— Ум, ребят, а вы вообще где живёте? — Нью Ёрк, Портленд.
— были ответы. Правая бровь Петра поползла наверх, а вслед за ней и левая.
— А ты сам-то откуда? — спросила Криста. Не зная что ответить, он скривил физиономию и просто сказал: — Из Москвы.
— А это в Айдахо?! — попытался блеснуть знаниями Джек.
— Нет.
— Тогда, — девушке тоже захотелось блеснуть, но и она ошиблась. Она задрав к небу, свои зелёные глазки, решила покопаться в памяти. Не отставал и Джек. Но все предположения, оказались не верны. Сам же Пётр, знал лишь что в Америке есть одноимённый город и всё. О количестве и месте положения их, даже не задумывался. И дабы не мучить новы знакомых, на секундочку задумавшись о том как это они и соответственно он их понимает, честно и с гордостью ответил: — Из России, я.
— Из РОССИИ! — очередной раз удивились они.
— Да, седел себе за компом, как раз новый «Сайлент Хилл» приобрёл. Я так понимаю вы тоже, да?— догадываясь произнёс он. 2 Полтора десятилетия назад: — Ну что, готовы?! — произнёс человек в чёрной мантии с капюшоном (в дальнейшем — балахон).
— Да! — бодро возликовала толпа за его спиной. На лице что скрывал капюшон, появилась кривая ухмылка. Он повернулся к алтарю, на котором лежала, из прозрачного пластика коробочка. Не пользуясь руками (силой мысли), он её открыл. Внутри оказался игровой диск, который тут же перевернувшись на ребро, стал медленно вращаться. Балахон поднял в восхваляющем жесте руки: — Заклинаю тебя! ДЕМОН! Вращение усилилось и одновременно с этим, диск поднялся на несколько сантиметров.
— Славься Великий! — произнёс балахон, и в след за ним, толпа эхом отозвавшись, произнесла те же слова, но на языке ЕНОХА. Мгновение спустя, над вертящимся диском, появился мерцающий и немного искрящий прозрачный прямоугольник. Похожий на жидкокристаллический монитор. Слова повторились. «Монитор», без спешки и не касаясь диска, стал переходить в маленькое торнадо. На третий раз обращение к не ведомому Великому, торнадо оставив несколько искр, всосался в диск. Днём ранее. Двое в креслах перед камином.
— Ты уверен? Джон.
— Бесспорно!— сказал человек средних лет, поднося ко рту изящный, выполненный из драгоценного металла и горного хрусталя, бокал наполненный чем то гранатового цвета.
— Мне сегодня доставили, это — и на ладони Джона появился, чёрный бриллиант окантованный серебряными полосками с текстом ЕНОХА.
— Это, оно? — Да! Дорогой Эрик. Оно.
— Когда! — с нетерпением произнёс Эрик.
— Завтра. После заката. Перед центральным входом, в старинный особняк ( привезённый из Англии),что стоял в лесах мэна, имелись несколько чёрных стягов. На которых, белым были выведены пентаграммы, центральным конусом устремлённые к низу. А к мраморной лестнице что вела к дверям, поочерёдно останавливались, мягко говоря не дешёвые машины. Люди в серых балахонах, помогали пассажирам этих «экипажей» выйти. Из очередного«экипажа», при выходе накидывая на прекрасные рыжие волосы капюшон, вышла не менее прекрасная девушка. У первой же ступеньки её ждал, Джон. Как и многие гости он был в балахоне, с той разницей что его балахон был с надписью вышитой золотом на том же языке библейского ЕНОХА. А на шее висел тот самый бриллиант. Они поднимались по ступенькам, словно король и королева. Переходя из зала в зал надменно кивали собравшимся, на их приветствие. Остановились они как и все идущие за ними, перед высокими, дубовыми, дверями. Джон приподняв не высоко руку, щёлкнул пальцами. Этот щелчок разнёсся эхом по коридорам дворца, а мгновением позже, двери пришли в движение. По ту сторону оказалась освещаемая, лишь факелами, не ясных размеров комната (зал). У противоположной стены в зале, имелось возвышение который венчал алтарь. Джон нежно поцеловав девушке руку, оставил её, поднялся к странной формы алтарю. 3 Стоило нашим, теперь уже трём героям, преодолеть не видимую черту за дорожным знаком как с мрачного неба, посыпался словно первый снег, пепел. А ближе к городу появилась похожая на туман, дымка.
— Ну, точно как на соньке! — сказал Пётр, а друзья молча согласились. Мёртвая тишина, отсутствие каких либо звуков, и жуткая дымка, вселяли в души друзей тихий ужас. Это безмолвие прервал Джек: — Ребят, а вы не задумывались… Парня прервал отдалённый, собачий (может волчий) вой. Криста прижалась к Петру. В ту же минуту, кто то или что то, пересёк улицу по которой они шли.
— Жуть то какая, — повернувшись к Джеку произнёс Пётр — так что ты говорил? — пытаясь приободрить друзей и себя сказал Пётр.
— А, да сейчас! — еле заставив себя отвлечься, Джек, отстранился от стоящей на углу пекарни. Та странность, что он не зная английского, легко понимает и похоже разговаривает на нём, уже перестала его удивлять, особенно теперь когда и надписи на вывесках будто на родном.
— Ум, ребят, а вы вообще где живёте? — Нью Ёрк, Портленд.
— были ответы. Правая бровь Петра поползла наверх, а вслед за ней и левая.
— А ты сам-то откуда? — спросила Криста. Не зная что ответить, он скривил физиономию и просто сказал: — Из Москвы.
— А это в Айдахо?! — попытался блеснуть знаниями Джек.
— Нет.
— Тогда, — девушке тоже захотелось блеснуть, но и она ошиблась. Она задрав к небу, свои зелёные глазки, решила покопаться в памяти. Не отставал и Джек. Но все предположения, оказались не верны. Сам же Пётр, знал лишь что в Америке есть одноимённый город и всё. О количестве и месте положения их, даже не задумывался. И дабы не мучить новы знакомых, на секундочку задумавшись о том как это они и соответственно он их понимает, честно и с гордостью ответил: — Из России, я.
— Из РОССИИ! — очередной раз удивились они.
— Да, седел себе за компом, как раз новый «Сайлент Хилл» приобрёл. Я так понимаю вы тоже, да?— догадываясь произнёс он. 2 Полтора десятилетия назад: — Ну что, готовы?! — произнёс человек в чёрной мантии с капюшоном (в дальнейшем — балахон).
— Да! — бодро возликовала толпа за его спиной. На лице что скрывал капюшон, появилась кривая ухмылка. Он повернулся к алтарю, на котором лежала, из прозрачного пластика коробочка. Не пользуясь руками (силой мысли), он её открыл. Внутри оказался игровой диск, который тут же перевернувшись на ребро, стал медленно вращаться. Балахон поднял в восхваляющем жесте руки: — Заклинаю тебя! ДЕМОН! Вращение усилилось и одновременно с этим, диск поднялся на несколько сантиметров.
— Славься Великий! — произнёс балахон, и в след за ним, толпа эхом отозвавшись, произнесла те же слова, но на языке ЕНОХА. Мгновение спустя, над вертящимся диском, появился мерцающий и немного искрящий прозрачный прямоугольник. Похожий на жидкокристаллический монитор. Слова повторились. «Монитор», без спешки и не касаясь диска, стал переходить в маленькое торнадо. На третий раз обращение к не ведомому Великому, торнадо оставив несколько искр, всосался в диск. Днём ранее. Двое в креслах перед камином.
— Ты уверен? Джон.
— Бесспорно!— сказал человек средних лет, поднося ко рту изящный, выполненный из драгоценного металла и горного хрусталя, бокал наполненный чем то гранатового цвета.
— Мне сегодня доставили, это — и на ладони Джона появился, чёрный бриллиант окантованный серебряными полосками с текстом ЕНОХА.
— Это, оно? — Да! Дорогой Эрик. Оно.
— Когда! — с нетерпением произнёс Эрик.
— Завтра. После заката. Перед центральным входом, в старинный особняк ( привезённый из Англии),что стоял в лесах мэна, имелись несколько чёрных стягов. На которых, белым были выведены пентаграммы, центральным конусом устремлённые к низу. А к мраморной лестнице что вела к дверям, поочерёдно останавливались, мягко говоря не дешёвые машины. Люди в серых балахонах, помогали пассажирам этих «экипажей» выйти. Из очередного«экипажа», при выходе накидывая на прекрасные рыжие волосы капюшон, вышла не менее прекрасная девушка. У первой же ступеньки её ждал, Джон. Как и многие гости он был в балахоне, с той разницей что его балахон был с надписью вышитой золотом на том же языке библейского ЕНОХА. А на шее висел тот самый бриллиант. Они поднимались по ступенькам, словно король и королева. Переходя из зала в зал надменно кивали собравшимся, на их приветствие. Остановились они как и все идущие за ними, перед высокими, дубовыми, дверями. Джон приподняв не высоко руку, щёлкнул пальцами. Этот щелчок разнёсся эхом по коридорам дворца, а мгновением позже, двери пришли в движение. По ту сторону оказалась освещаемая, лишь факелами, не ясных размеров комната (зал). У противоположной стены в зале, имелось возвышение который венчал алтарь. Джон нежно поцеловав девушке руку, оставил её, поднялся к странной формы алтарю. 3 Стоило нашим, теперь уже трём героям, преодолеть не видимую черту за дорожным знаком как с мрачного неба, посыпался словно первый снег, пепел. А ближе к городу появилась похожая на туман, дымка.
— Ну, точно как на соньке! — сказал Пётр, а друзья молча согласились. Мёртвая тишина, отсутствие каких либо звуков, и жуткая дымка, вселяли в души друзей тихий ужас. Это безмолвие прервал Джек: — Ребят, а вы не задумывались… Парня прервал отдалённый, собачий (может волчий) вой. Криста прижалась к Петру. В ту же минуту, кто то или что то, пересёк улицу по которой они шли.
— Жуть то какая, — повернувшись к Джеку произнёс Пётр — так что ты говорил? — пытаясь приободрить друзей и себя сказал Пётр.
— А, да сейчас! — еле заставив себя отвлечься, Джек, отстранился от стоящей на углу пекарни. Та странность, что он не зная английского, легко понимает и похоже разговаривает на нём, уже перестала его удивлять, особенно теперь когда и надписи на вывесках будто на родном.
Страница 2 из 5
