Чаша моей крови

Эта тишина успокаивала его, хотя и чересчур быстро проходила. Он так сильно желал хотя бы раз найти то, что искал всю свою жизнь. Глаза, в которых бы остался блеск, которые бы не прекратили светиться и сверкать. Но каждый раз, когда он думал, что нашёл этот блеск, он исчезал, как только становился для него ощутимым. Он научился мириться с этим кратким мигом удовлетворения. Но в глубине души знал, что искал что-то большее… своё личное душевное спокойствие.

Он больше не мог терпеть. Внутренний порыв пойти в закусочную и увидеть Тину стал слишком поглощающим. Шлюха оказалась пустой тратой времени, всего лишь грязной работёнкой. Ему не надо было брать её с собой, несмотря на то, что теперь его коллекция пополнилась очередной парой зелёных глаз. Это даже больше не радовало его.

Со странным чувством в животе он перешагнул порог закусочной. Ему не нравилось, какое большое значение имели для него эти глаза и как сильно он хотел обладать ими. Но к этому времени он был уже зависим от них, и именно поэтому его тянуло сюда, несмотря на отвращение, которое он до сих пор испытывал из-за поцелуя.

Он быстро осмотрелся и затем сел. Он знал, что Тина в любую секунду подойдёт к его столу и обслужит его. Так происходило всегда.

Тем сильнее он испугался, когда к нему обратился мужской голос. Совершенно шокировано он посмотрел на парня, стоящего перед ним, просканировал его лицо, чтобы снова отвернуться.

— Где Тина? — спросил Валера низким голосом. Здесь было что-то абсолютно не так, и это не нравилось ему. Он лишь с трудом мог справляться с этой ситуацией.

— Она взяла на пару дней больничный.

Валерка сидел, как окаменевший. Он знал, что случилось. То, что произошло в лесу, спугнуло её: слишком сильно он показал ей своё истинное лицо и оказался в шаге от того, чтобы потерять её. Потерять то, что он до сего дня больше всего боготворил.

Он понимал, что должен как можно быстрее найти её, чтобы довести дело до конца…

— Не смотри так на меня. Прекрати постоянно так на меня смотреть.

Но Валерка и не думал прекращать. Он так сильно любил играть с ней, буквально чувствовать запах её страха, от которого у неё тряслись руки. Как парализованная, она стояла перед раковиной с тарелкой в руке, с которой всё ещё капала пена.

Игра всегда проходила одинаково: он не отрываясь наблюдал за ней, чтобы она ни делала, и это заставляло её нервничать так, что из-за его мёртвого, застывшего взгляда она практически лишилась сна.

Ему нравилось это. В конце концов, в этом доме для него никто не имел даже малейшего значения. Он с удовольствием разыгрывал их, мучил своим подозрительным поведением, а иногда даже доводил до каления.

Его отец, которого он лишь неохотно называл таковым, частенько колотил его. В пьяном угаре он регулярно нападал на него. Особенно в те моменты, когда он в очередной раз провоцировал его своими взглядами.

Свою мать Валера довёл к тому моменту до тяжёлых депрессий. Этот факт хотя бы немного удовлетворял его.

— Вань, пожалуйста, скажи ему, чтобы он прекратил это. Я не смогу выносить это ещё дольше. — Его прародитель что-то пробормотал и снова повесил от усталости голову. Какой слабак, подумал Валерка и вызывающе ухмыльнулся своей матери. Нина выронила от страха и отчаяния тарелку, которая громко приземлилась на пол и разлетелась на тысячи осколков.

Валера тихо засмеялся и услышал рядом с собой писк своей маленькой сестры Лизы.

— Смотри, Лизка. Тут кое-что лежит для тебя поиграться.

Его сестра посмотрела на него, он как под гипнозом указал подбородком на осколки, не спуская при этом с неё глаз. Она скарабкалась со своего стула и медленно поползла по полу в сторону осколков.

Его маленькая сестра была недоразвитая. Кроме Валеры, на неё практически никто не обращал внимания. Она слушалась его, как собачка, что внушало его матери ещё больше страха.

— Ты не посмеешь, ублюдок! — внезапно закричала Нина и начала рыдать. Всё протекало, как в замедленной съёмке. В то время как Лиза взяла первый осколок в руку, Иван рассеянно сидел на стуле. Его отец снова был настолько пьяным, что не замечал происходящее вокруг себя.

— Что я такого сделал, милая мама? — Валерка одарил её ужасающей улыбкой, играя при этом ножом, который заранее положил на стол. — Пусть малышка поиграет. Вот увидишь, как отлично она с этим может уже справляться сама.

Нина лишь громче зарыдала и попыталась приблизиться к своей дочери. Когда-нибудь ей нужно было спасти Лизу, но в то же время она боялась, что Валера опередит её.

Теперь заплакала маленькая Лиза, когда один из осколков порезал её руку. Кровь стекала по её руке, окрашивая пол в красный цвет. Валерка жестоко рассмеялся, поднялся со своего места и встал перед матерью. В свои двенадцать лет он был почти таким же высоким, как и она.