Лондон, 11:00 вечера... Лошади неслись как заведённые, и стук копыт разносился по погружённый в полумрак улице. Сидящий на козлах кучер то и дело замахивался и длинная тонкая плеть, описав в воздухе полудугу, с лёгким свистом опускалась на взмыленные спины. Длинный и широкий дилижанс, криво покачиваясь из стороны в сторону, нёсся по мощённом булыжником мостовой, то и дело выныривая в полосу света очередного газового фонаря.
Добавить в моё избранное
62 мин, 19 сек 12568
— Ничего нового не обнаружили. — отрапортовал констебль и подозрительно покосился на меня. Инспектор, похоже, поймал его взгляд, так как поспешил оправдать моё присутствие здесь:
— Этот человек со мной. Он эксперт по… таким преступникам.
Услышав это, констебль, казалось, расслабился.
— Сколько насчитали трупов? — спросил у него инспектор.
— Да там ничего не понятно, сэр, они же распотрошённые почти все, у некоторых руки-ноги буквально с мясом вырваны. А вы что, хотите взглянуть?
— Я — нет, он — да. — ответил инспектор, кивком головы указывая на меня. Констебль снова сделался подозрительным. — Проведите его внутрь и делайте всё, что он вам скажет.
— Слушаюсь. — сказал констебль, отвесив короткий полупоклон и, сделав мне знак рукой «пойдёмте», двинулся с массивным входным дверям. Я поспешил последовать за ним.
— Видели уже когда-нибудь трупы? — осведомился он у меня, когда мы миновали дверном проём и оказались в тёмном подъезде.
— Случалось… — уклончиво ответил я. Всё-таки показаться перед ним полной неучью мне не хотелось.
— Всё равно такого, я думаю, вы ещё никогда не видели. Не пугайтесь, а если вас начнёт тошнить, сразу дайте мне знать, я выведу вас на воздух. Хорошо?
— Да, хорошо. — ответил я, кивая. Миновав короткий коридор, мы оказались в просторной комнате, размерами походившей на бальные залы, которые обязательно наличествуют во дворцах аристократии. Несколько тяжёлых деревянных балок, расставленных по всему помещению в хаотичном порядке, попирали потолок. По-видимому, они были расставлены здесь уже гораздо позже, после пожара. Внутри было невероятно людно, в руках у снующих туда-сюда полицейских горели керосиновые фонари, слабое освещение которых создавало в комнате приятный полумрак.
Однако всего лишь одного взгляда на груду распластавшихся по всему полу распотрошённых человеческих тел хватило на то, чтобы сразу же забыть о таком слове, как «приятный». Мертвецы валялись хаотично, у кого-то отсутствовали целые части тела, торчали наружу кости, на осколках размозжённых черепов засыхала белёсая мозговая жидкость. От этого ужасного зрелища я ощутил, как солёный ком подступает в горлу. Мне стало нехорошо, и я поспешил отвернуться. Сопровождающий меня констебль заметил это моё движение и спросил не без злорадства в голосе:
— Вам нехорошо? Может вывести вас на улицу?
Вместо ответа я лишь коротко помотал головой, отказываясь. Хорошо хоть, что через разбитые стёкла в комнату проникал холодный ночной ветер, и хотя от этого здесь было достаточно прохладно, но зато не стоял тот ужасный, отвратительный запах, всегда сопровождающий начало разложения человеческого тела (особенно в таких количествах…
— Это все убитые? — смог наконец выговорить я.
— Да, это все. Мы осмотрели другие помещения, там повсюду кровь и следы её ведут сюда.
— Понятно, значит, это кормушка… — пробурчал я себе под нос.
— Что-что, простите? — переспросил меня констебль.
— А? Нет, ничего.
— Будете осматривать тела?
— Нет, я узнал всё, что меня интересовало. Пойдёмте на улицу.
Констебль вопросительно глянул на меня. Наверняка недоумевает, что это я за странный «эксперт» такой, подумал я и незаметно от него улыбнулся. Через полминуты мы уже были на улице. Промокшие от дождя камни отражали свет уличных фонарей. Толпа зевак как будто увеличилась в размерах.
— Эдвин, сюда! — послышалось откуда-то справа. Я оглянулся и увидел небольшой четырёхместный кэб, возле которого стоял мой брат и инспектор. Я подошёл к ним.
— Ну что, удалось что-нибудь узнать?
— Лишь подтвердил свои догадки. — ответил я и улыбнулся. — Мангер был голоден и устроил там себе кормушку. А как утолил свой зверский аппетит, скрылся.
— Мерзавец… — прошептал инспектор себе под нос, впрочем, я его услышал.
— Не думаю, что в данном случае это слово уместно в отношении этого существа. Мангер — монстр-людоед. Прошу прощения, что потратил ваше время на это, теперь нам лучше всего как можно быстрее добраться по тому адресу, что был указан в дневнике.
— Я уже дал указания кучеру. Садитесь быстрее. — сказал инспектор и махнул рукой в сторону кэба. Едва мы оказались внутри, кучер хлестнул лошадей и мы снова понеслись по мощённой камнями мостовой. Стоящая на выезде с улицы толпа зевак посторонилась, пропуская кэб, внутри было слышно, как истошно орёт на них наш кучер.
— Эдвин, позволь тебе представить — Тадеуш Гробак, он поможет нам сегодня поймать этого твоего Мангера.
Только тут я заметил, что в кэбе находился ещё один человек человек. Незнакомец был высокого роста, что было заметно даже в сидячем положении, широкоплеч, покрытое шрамами лицо обросло густыми и колючими волосами. На нём был длинное чёрное пальто, вроде того, что было на мне, руки он держал в карманах.
— Этот человек со мной. Он эксперт по… таким преступникам.
Услышав это, констебль, казалось, расслабился.
— Сколько насчитали трупов? — спросил у него инспектор.
— Да там ничего не понятно, сэр, они же распотрошённые почти все, у некоторых руки-ноги буквально с мясом вырваны. А вы что, хотите взглянуть?
— Я — нет, он — да. — ответил инспектор, кивком головы указывая на меня. Констебль снова сделался подозрительным. — Проведите его внутрь и делайте всё, что он вам скажет.
— Слушаюсь. — сказал констебль, отвесив короткий полупоклон и, сделав мне знак рукой «пойдёмте», двинулся с массивным входным дверям. Я поспешил последовать за ним.
— Видели уже когда-нибудь трупы? — осведомился он у меня, когда мы миновали дверном проём и оказались в тёмном подъезде.
— Случалось… — уклончиво ответил я. Всё-таки показаться перед ним полной неучью мне не хотелось.
— Всё равно такого, я думаю, вы ещё никогда не видели. Не пугайтесь, а если вас начнёт тошнить, сразу дайте мне знать, я выведу вас на воздух. Хорошо?
— Да, хорошо. — ответил я, кивая. Миновав короткий коридор, мы оказались в просторной комнате, размерами походившей на бальные залы, которые обязательно наличествуют во дворцах аристократии. Несколько тяжёлых деревянных балок, расставленных по всему помещению в хаотичном порядке, попирали потолок. По-видимому, они были расставлены здесь уже гораздо позже, после пожара. Внутри было невероятно людно, в руках у снующих туда-сюда полицейских горели керосиновые фонари, слабое освещение которых создавало в комнате приятный полумрак.
Однако всего лишь одного взгляда на груду распластавшихся по всему полу распотрошённых человеческих тел хватило на то, чтобы сразу же забыть о таком слове, как «приятный». Мертвецы валялись хаотично, у кого-то отсутствовали целые части тела, торчали наружу кости, на осколках размозжённых черепов засыхала белёсая мозговая жидкость. От этого ужасного зрелища я ощутил, как солёный ком подступает в горлу. Мне стало нехорошо, и я поспешил отвернуться. Сопровождающий меня констебль заметил это моё движение и спросил не без злорадства в голосе:
— Вам нехорошо? Может вывести вас на улицу?
Вместо ответа я лишь коротко помотал головой, отказываясь. Хорошо хоть, что через разбитые стёкла в комнату проникал холодный ночной ветер, и хотя от этого здесь было достаточно прохладно, но зато не стоял тот ужасный, отвратительный запах, всегда сопровождающий начало разложения человеческого тела (особенно в таких количествах…
— Это все убитые? — смог наконец выговорить я.
— Да, это все. Мы осмотрели другие помещения, там повсюду кровь и следы её ведут сюда.
— Понятно, значит, это кормушка… — пробурчал я себе под нос.
— Что-что, простите? — переспросил меня констебль.
— А? Нет, ничего.
— Будете осматривать тела?
— Нет, я узнал всё, что меня интересовало. Пойдёмте на улицу.
Констебль вопросительно глянул на меня. Наверняка недоумевает, что это я за странный «эксперт» такой, подумал я и незаметно от него улыбнулся. Через полминуты мы уже были на улице. Промокшие от дождя камни отражали свет уличных фонарей. Толпа зевак как будто увеличилась в размерах.
— Эдвин, сюда! — послышалось откуда-то справа. Я оглянулся и увидел небольшой четырёхместный кэб, возле которого стоял мой брат и инспектор. Я подошёл к ним.
— Ну что, удалось что-нибудь узнать?
— Лишь подтвердил свои догадки. — ответил я и улыбнулся. — Мангер был голоден и устроил там себе кормушку. А как утолил свой зверский аппетит, скрылся.
— Мерзавец… — прошептал инспектор себе под нос, впрочем, я его услышал.
— Не думаю, что в данном случае это слово уместно в отношении этого существа. Мангер — монстр-людоед. Прошу прощения, что потратил ваше время на это, теперь нам лучше всего как можно быстрее добраться по тому адресу, что был указан в дневнике.
— Я уже дал указания кучеру. Садитесь быстрее. — сказал инспектор и махнул рукой в сторону кэба. Едва мы оказались внутри, кучер хлестнул лошадей и мы снова понеслись по мощённой камнями мостовой. Стоящая на выезде с улицы толпа зевак посторонилась, пропуская кэб, внутри было слышно, как истошно орёт на них наш кучер.
— Эдвин, позволь тебе представить — Тадеуш Гробак, он поможет нам сегодня поймать этого твоего Мангера.
Только тут я заметил, что в кэбе находился ещё один человек человек. Незнакомец был высокого роста, что было заметно даже в сидячем положении, широкоплеч, покрытое шрамами лицо обросло густыми и колючими волосами. На нём был длинное чёрное пальто, вроде того, что было на мне, руки он держал в карманах.
Страница 6 из 18
