Némésis. Muette encore! Elle n'est pas des notres: elle appartient aux autres aurres puissances…
Добавить в моё избранное
5 мин, 31 сек 14314
Сладостному звукуЕё речей внимая с умиленьем, Пред светлым весь я трепетал виденьем.
18
«Мой путь окончен. Ты ещё живёшь, Ещё любви в груди твоей так много, Но, если смело, честно ты пойдёшь, Ещё светла перед тобой дорога. Тоской о прошлом только ты убьёшьТе силы, что даны тебе от Бога. Бесплотный дух, к земному не ревнуя, Не для себя уже тебя люблю я.»
19
Ты помнишь ли на юге тень ветвейИ свет пруда, подобный блеску стали, Беседку, стол, скамью в конце аллей?… Цветущих лип вершины трепетали… Ты мне читал «Онегина». СмелейДышала грудь твоя, глаза блистали… Полудитя, сестра моя влетела, Как бабочка, и рядом с нами села…
20
«А счастье было, — говорил поэт, —Возможно так и близко»… Ты ответилЕму едва заметным вздохом… Нет, Нет, никогда твой взор так не был светел —И по щеке у Вари свежий следСлезы прошёл. Но ты — ты не заметил… Да, счастья было в этот миг так много, Что страшно больше и просить у Бога.
21
С какой тоской боролась жизнь мояСо дня разлуки, — от тебя не скрою. Перед кончиной лишь узнала я, Как нежно ты любим моей сестрою. В безвестной грусти слёзы затая, Она томится робкою душою. Но час настал. Ее ты скоро встретишь —И в этот раз, поверь, уже заметишь.
22
А этого, — и нежный звук речей, Я слышу, перешёл в оттенок строгий: —Хоть собственную душу пожалейИ грешного сокровища не трогай, Уйди от них и не забудь: смелейСтупай вперёд открытою дорогой. Прощай, прощай!«— И вкруг моей постелиОпять толпой запрыгали, запели.»
23
Проворно каждый подбежит и мнеТрескучих звёзд в лицо пригоршню бросит. Как мелкий иней светятся оне, Колеблются, и ветер их разносит. Но бросят горсть — и я опять в огне, И нет конца, никто их не упросит. Шумят, хохочут, едкой злобы полны, И зашатались сами, словно волны.
24
Вот приутихли. Но во мглу понёсЧелнок меня, и стала мучить качка —И вижу я: с любовью лижет носМне белая какая-то собачка. Уж тут не помню. Утро занялось, И говорят, что у меня горячкаБыла дней шесть. Оправившись помалу, Я съехал — и чертям оставил залу.
А. А. Фет, 1856
18
«Мой путь окончен. Ты ещё живёшь, Ещё любви в груди твоей так много, Но, если смело, честно ты пойдёшь, Ещё светла перед тобой дорога. Тоской о прошлом только ты убьёшьТе силы, что даны тебе от Бога. Бесплотный дух, к земному не ревнуя, Не для себя уже тебя люблю я.»
19
Ты помнишь ли на юге тень ветвейИ свет пруда, подобный блеску стали, Беседку, стол, скамью в конце аллей?… Цветущих лип вершины трепетали… Ты мне читал «Онегина». СмелейДышала грудь твоя, глаза блистали… Полудитя, сестра моя влетела, Как бабочка, и рядом с нами села…
20
«А счастье было, — говорил поэт, —Возможно так и близко»… Ты ответилЕму едва заметным вздохом… Нет, Нет, никогда твой взор так не был светел —И по щеке у Вари свежий следСлезы прошёл. Но ты — ты не заметил… Да, счастья было в этот миг так много, Что страшно больше и просить у Бога.
21
С какой тоской боролась жизнь мояСо дня разлуки, — от тебя не скрою. Перед кончиной лишь узнала я, Как нежно ты любим моей сестрою. В безвестной грусти слёзы затая, Она томится робкою душою. Но час настал. Ее ты скоро встретишь —И в этот раз, поверь, уже заметишь.
22
А этого, — и нежный звук речей, Я слышу, перешёл в оттенок строгий: —Хоть собственную душу пожалейИ грешного сокровища не трогай, Уйди от них и не забудь: смелейСтупай вперёд открытою дорогой. Прощай, прощай!«— И вкруг моей постелиОпять толпой запрыгали, запели.»
23
Проворно каждый подбежит и мнеТрескучих звёзд в лицо пригоршню бросит. Как мелкий иней светятся оне, Колеблются, и ветер их разносит. Но бросят горсть — и я опять в огне, И нет конца, никто их не упросит. Шумят, хохочут, едкой злобы полны, И зашатались сами, словно волны.
24
Вот приутихли. Но во мглу понёсЧелнок меня, и стала мучить качка —И вижу я: с любовью лижет носМне белая какая-то собачка. Уж тут не помню. Утро занялось, И говорят, что у меня горячкаБыла дней шесть. Оправившись помалу, Я съехал — и чертям оставил залу.
А. А. Фет, 1856
Страница 2 из 2
