С Гырой и с его «пером», подаренным ему старшим братом, городским фэзэошником, связана ещё одна мистическая история, оставшаяся у меня в памяти от нашего языческого детства…
Добавить в моё избранное
4 мин, 21 сек 14783
— Разве что — на засохлую… А может, твоим «пером» мать курицу резала?
— Хэх, кю-урицу! — саркастически протянул Гыра. — Надо ж понимать, что это кровь не человеческая, не баранья и не птичья, а чер-то-ва. Она особая. Серо-буро-малиновая с охринкой. И сразу запекается, ясно?
Долго спорили мы, разглядывая бурое пятнышко на кончике ножа, но так и не пришли к общему согласию. В конце концов Гыра вытер своё «перо» об штанину и подал его нам на вытянутой руке:
— Хотите — верьте, хотите — проверьте. Вихрей вон много по пашне гуляет.
Однако охотников повторить Гырин опыт среди нас не нашлось. Никто больше не осмелился помешать пляске невидимых чертей в ясный день молодого июньского лета. И вечной загадкой остался буроватый кружок на Гырином ноже, угодившем в самый «глаз» чёрной вихревой воронки.
— Хэх, кю-урицу! — саркастически протянул Гыра. — Надо ж понимать, что это кровь не человеческая, не баранья и не птичья, а чер-то-ва. Она особая. Серо-буро-малиновая с охринкой. И сразу запекается, ясно?
Долго спорили мы, разглядывая бурое пятнышко на кончике ножа, но так и не пришли к общему согласию. В конце концов Гыра вытер своё «перо» об штанину и подал его нам на вытянутой руке:
— Хотите — верьте, хотите — проверьте. Вихрей вон много по пашне гуляет.
Однако охотников повторить Гырин опыт среди нас не нашлось. Никто больше не осмелился помешать пляске невидимых чертей в ясный день молодого июньского лета. И вечной загадкой остался буроватый кружок на Гырином ноже, угодившем в самый «глаз» чёрной вихревой воронки.
Страница 2 из 2
