После улицы, бар казался средоточием тишины. Каждый раз, когда выныриваешь из этой душной шумной влаги в теплое и, главное, сухое помещение, чувствуешь себя оглохшим. Лишь спустя несколько секунд начинаешь улавливать жужжание кондиционера, тоскливое завывание музыкального автомата, приглушенные голоса немногочисленных посетителей.
Добавить в моё избранное
7 мин, 45 сек 6980
Затем протянул левую руку туда, где кончалась крыша и начинались плотные тугие струи, и раздвинул пальцы. Вода тут же забарабанила по натянувшимся перепонкам. Сплошная стена Дождя не пропускала взгляд, но я знал, чувствовал — падающие сверху капли ударяются в собравшиеся в перепонках лужицы и взлетают вверх маленькими прозрачными фонтанчиками. Оставалось еще минут двадцать до операции на правой руке. Времени как раз хватит чтобы не спеша доплыть до клиники. Я подбросил в руке защитную маску, последний раз вгляделся в мутно-зеленое стекло и аккуратно пристроил ее на перилах. Хирург сказал, чтобы жабры быстрее прижились, они должны «дышать».
Я шагнул под Дождь. Маска смотрела мне вслед, как шлем поверженного рыцаря — пустая и никому не нужная. Война окончена, порубанные латы побежденных остаются на поле боя. Возможно, где-то действительно есть планеты, на которых Дождь — явление временное. Но здесь, на Рэйне, верить в это трудно. Чертовски трудно…
Я шагнул под Дождь. Маска смотрела мне вслед, как шлем поверженного рыцаря — пустая и никому не нужная. Война окончена, порубанные латы побежденных остаются на поле боя. Возможно, где-то действительно есть планеты, на которых Дождь — явление временное. Но здесь, на Рэйне, верить в это трудно. Чертовски трудно…
Страница 3 из 3
