Молоточек

Окна пятого и шестого этажа завешены фольгой, чтобы жильцы не сварились заживо. Из-за канала влажно, как в бане. Мухи лениво пролетают над чахлой клумбой из старой автомобильной покрышки с болезненными, хилыми хризантемами, которые выращивает Марья Павловна со второго этажа.

Кучка детей разного возраста, и среди них четверо местных заводил, Вадик, Лена, Саша и Петя, сидят на асфальте в жиденькой тени поникшего дерева на крохотном клочке земли у глухой стены. Чахлая зелень дает хоть немного живительной тени и прохлады. За стеной кроется еще один каменный мешок, двор соседнего дома. Дети тоже вздыхают от жары и ждут вечера, который обещает свежий прохладный воздух, а затем и светлую, ясную ночь.

Мысли в голове текут медленно, как вода в канале. Все последние новости обсуждены, играть во что-то подвижное невозможно, потому что тут же обливаешься потом, идти домой лень, да и не хочется расходиться. Вадик, самый старший, встает и говорит:

— А вы знаете, что смерть всегда стоит за спиной, и ее можно увидеть краем глаза, если быстро обернуться?

Он сел и замолчал, наблюдая за произведенным эффектом. Дети подобрались, готовясь услышать что-то необычное и интересное.

Лена, обмахиваясь бабушкиным веером, лениво протянула:

— Врешь.

— А ты докажи, что он врет! — встрял Петя, лучший друг Вадика, с которым он согласен всегда и во всем.

— И запросто, — ответила Лена и тоже встала, размахивая толстыми косичками, в которые уже успела посадить какие-то листья и ветки. В центре города, в своем дворе. Она быстро покрутилась на месте и заявила:

— Нет там никакой смерти. Ты все придумываешь.

И с самодовольным видом села напротив Вадика, продолжая обмахиваться веером.

Все дети по очереди попробовали покрутиться на месте.

— Есть! Я видел! — громко закричал Петя. — Я видел за своей спиной край ее черного плаща!

— Прекратите, я боюсь, — начала свое привычное нытье крохотная пятилетняя Света. Ее берут играть со старшими только потому, что если не возьмут, то она будет плакать на весь двор и пойдет жаловаться маме.

— Малявка, — бросают ей и продолжают искать Смерть, уже ей назло. Она обиженно, но ко всеобщей радости, уходит домой. Ребята оживляются, да и жара потихоньку начинает сдаваться.

— А давайте пойдем в страшное место? — вдруг предлагает Лена. — Я знаю, как войти в подвал!

— А может, лучше еще тут поиграем? — робко предлагает Саша. Хотя он тоже относится к четырем дворовым заводилам, но он склонен к полноте и слегка неуклюж, из-за чего обычно избегает подобных походов.

— В подвал! В подвал! В подвал! — радостно кричат остальные, и Саше остается только присоединиться. Дети начинают готовиться к важной экспедиции. Все слышали, что в подвале живут злые духи, от которых им предстоит отбиваться. Кто-то сбегал в квартиру за фонариком. Мальчики вооружились камнями и палками, девочки (кроме Лены, разумеется), опасливо плелись позади, никому не признаваясь, что боятся подвала, где по слухам живут духи, утаскивающие детей.

Вот, наконец, и открытая парадная, дверь приперта камнем, чтобы не закрылась случайно. Детям ключи не доверяют — как пить дать потеряют, поэтому и приходится постоянно держать двери открытыми. Под лестницей оббитая железом дверь — вход в подвал. Лена отворачивается, а когда поворачивается, то держит в руке ключ.

— Откуда взяла? — грубо спрашивает у нее Вадик.

— Не скажу, — надувает она пухлые, как у хомяка, щеки.

— А я знаю, откуда. Ты стащила его в домике у слесарей в соседнем дворе, правда же?

Лена, все также с надутыми, как у лягушки, щеками, молчит, как партизан.

— Я знаю, что стащила, — говорит Вадик. — Давай, отпирай дверь.

Петя светит фонариком на висячий амбарный замок. Девочка молча пробует повернуть ключ в ржавом, неподатливом от времени замке, но у нее ничего не получается. Вадик почти что отталкивает ее.

— Сейчас покажу, как надо, — грубо бросает он и также безрезультатно поворачивает ключ. По группе детей пробегает ропот.

— Не шуметь! — командует он и налегает на замок. — Надо смазать.

Компания разочарованно вздыхает.

— Я знаю, где хранится масло для замка, — неожиданно говорит толстяк Саша. — Тоже в домике у слесарей.

— Так сходи и принеси его, — командует Вадик.

— А ты тут не командуй, — вмешивается Лена. — Нашелся главный тут.

— Я принесу, — угодливо предлагает Петя и, не дожидаясь одобрения своего патрона, со всех ног несется вверх по лестнице. Вскоре он появляется с увесистой стеклянной банкой, на дне которой перетекало начинавшее густеть коричневое старое масло. Саша достает из кармана ржавый гвоздь, погружает его в вязкую жидкость и капает в замок — он видел, как это делал папа, когда весной заржавел замок на калитке.