Теперь, когда утихла газетная шумиха вокруг «дела МакРайдена», я наконец-то решился поведать широкой публике подлинные обстоятельства этой трагичной истории. Не то чтобы я пытался предостеречь человечество — даже если бы я и был уверен в правоте МакРайдена, человечество вряд ли прислушается ко мне. А если бы оно и прислушалось — смогло бы оно что-нибудь изменить? Судя по последним поступкам моего несчастного друга, это более чем сомнительно…
Добавить в моё избранное
12 мин, 38 сек 15778
— Разве у меня есть выбор? Я должен исполнять свое предназначение. В первую очередь — разослать необходимую информацию специалистам в соответствующих областях, дабы покончить с задержками. Фаза уничтожения уже наступила. Недаром активация уничтожает сексуальное влечение — в следующем поколении людей уже нет нужды.
— Но, Грегори! — воскликнул я. — Неужели ты хочешь способствовать уничтожению человечества? Ты же человек!
— Я — биоавтомат, — ответил он, — как и все вы. Свобода выбора — всего лишь результат сбоя в программе, который устраняется после активации.
Мы все еще не знали, шутит он или говорит серьезно. У Питера, однако, зародилось подозрение, что эксперимент МакРайдена мог сыграть злую шутку с его психикой.
— Грегори, — сказал он, — по-моему, ты переутомился. Почему бы тебе на всякий случай не поговорить с врачом? Напряженная работа, знаешь ли…
— Ты собираешься мне помешать? — усмехнулся он, вставая. Пит попытался подать нам знак, чтобы мы были наготове, если он начнет буянить.
— Вы все хотите меня остановить? Мне очень жаль, — сказал МакРайден и по очереди оглядел всех нас. — Я действительно сожалею, что должен это сделать. Прощайте.
С этими словами он выхватил пистолет и выстрелил в Джефа, сидевшего по правую руку от него. Тот рухнул навзничь вместе со стулом, а пистолет уже смотрел через стол на Питера. Хиггинс вскочил, но недостаточно проворно, и выстрел бросил его на пол. Я не стал дожидаться, пока настанет моя очередь, и бросился на МакРайдена, пытаясь вырвать пистолет. Между нами завязалась борьба. Мы оба устояли на ногах и теперь двигались по комнате, стараясь завладеть оружием или повалить друг друга. Меня поразило лицо МакРайдена: оно было совершенно спокойным. Наконец после моей подножки мы потеряли равновесие, и я фактически разбил его телом окно. Осколки вонзились ему в спину и шею; я почувствовал, как они с хрустом входят в его плоть. Сам я лишь чудом не поранился. Кровь хлынула на белую рубашку МакРайдена; прежде чем умереть, он произнес одно-единственное слово: «бесполезно». Несколько секунд я приходил в себя, затем пошел к телефону и вызвал «скорую» и полицию.
Джеф был уже мертв, когда они приехали; Питер умер по дороге в больницу, успев подтвердить полицейским, что виновником бойни был МакРайден, чем избавил меня от больших проблем. Ни полиции, ни газетчикам я ничего тогда не рассказал об эксперименте МакРайдена. Его ассистент, однако, подтвердил журналистам, что эксперимент был, и носил именно такой характер, как описано выше. Впоследствии руководство института опровергло эту информацию. Следствие пришло к выводу, что трагедия явилась результатом внезапной психической болезни МакРайдена. Кому следует верить, я не знаю. Как я уже говорил, я ничего не смыслю в нейрофизиологии.
Таковы известные мне факты. Переходя к слухам, можно отметить информацию, просочившуюся в одну из газет: будто бы за два дня до трагедии адвокат МакРайдена получил от него несколько внушительных пакетов с указанием отправить их по адресам, если с МакРайденом что-нибудь случится. Пакеты были адресованы крупнейшим физикам и биологам, а один из них — в Министерство обороны. Разумеется, ни адвокат, ни потенциальные адресаты не подтвердили эти сведения.
— Но, Грегори! — воскликнул я. — Неужели ты хочешь способствовать уничтожению человечества? Ты же человек!
— Я — биоавтомат, — ответил он, — как и все вы. Свобода выбора — всего лишь результат сбоя в программе, который устраняется после активации.
Мы все еще не знали, шутит он или говорит серьезно. У Питера, однако, зародилось подозрение, что эксперимент МакРайдена мог сыграть злую шутку с его психикой.
— Грегори, — сказал он, — по-моему, ты переутомился. Почему бы тебе на всякий случай не поговорить с врачом? Напряженная работа, знаешь ли…
— Ты собираешься мне помешать? — усмехнулся он, вставая. Пит попытался подать нам знак, чтобы мы были наготове, если он начнет буянить.
— Вы все хотите меня остановить? Мне очень жаль, — сказал МакРайден и по очереди оглядел всех нас. — Я действительно сожалею, что должен это сделать. Прощайте.
С этими словами он выхватил пистолет и выстрелил в Джефа, сидевшего по правую руку от него. Тот рухнул навзничь вместе со стулом, а пистолет уже смотрел через стол на Питера. Хиггинс вскочил, но недостаточно проворно, и выстрел бросил его на пол. Я не стал дожидаться, пока настанет моя очередь, и бросился на МакРайдена, пытаясь вырвать пистолет. Между нами завязалась борьба. Мы оба устояли на ногах и теперь двигались по комнате, стараясь завладеть оружием или повалить друг друга. Меня поразило лицо МакРайдена: оно было совершенно спокойным. Наконец после моей подножки мы потеряли равновесие, и я фактически разбил его телом окно. Осколки вонзились ему в спину и шею; я почувствовал, как они с хрустом входят в его плоть. Сам я лишь чудом не поранился. Кровь хлынула на белую рубашку МакРайдена; прежде чем умереть, он произнес одно-единственное слово: «бесполезно». Несколько секунд я приходил в себя, затем пошел к телефону и вызвал «скорую» и полицию.
Джеф был уже мертв, когда они приехали; Питер умер по дороге в больницу, успев подтвердить полицейским, что виновником бойни был МакРайден, чем избавил меня от больших проблем. Ни полиции, ни газетчикам я ничего тогда не рассказал об эксперименте МакРайдена. Его ассистент, однако, подтвердил журналистам, что эксперимент был, и носил именно такой характер, как описано выше. Впоследствии руководство института опровергло эту информацию. Следствие пришло к выводу, что трагедия явилась результатом внезапной психической болезни МакРайдена. Кому следует верить, я не знаю. Как я уже говорил, я ничего не смыслю в нейрофизиологии.
Таковы известные мне факты. Переходя к слухам, можно отметить информацию, просочившуюся в одну из газет: будто бы за два дня до трагедии адвокат МакРайдена получил от него несколько внушительных пакетов с указанием отправить их по адресам, если с МакРайденом что-нибудь случится. Пакеты были адресованы крупнейшим физикам и биологам, а один из них — в Министерство обороны. Разумеется, ни адвокат, ни потенциальные адресаты не подтвердили эти сведения.
Страница 4 из 4
