Кордах, принц Гангистанский, находился не в настроении…
Добавить в моё избранное
39 мин, 6 сек 15653
Настолько, насколько мы оказались в силах воссоздать различные условия в наших лабораториях, результаты не оставляют желать лучшего, и мы чувствуем, что настало время приступить к испытанию растения в условиях реального климата, с которыми ему предстоит столкнуться. Наши агенты в соответствии с данными им инструкциями повсюду ищут людей, так или иначе заинтересованных в данном начинании. Они-то и предложили нам вашу кандидатуру, как неоднократного победителя многочисленных выставок сельхозпродукции, испытывающего к тому же живой интерес к научной стороне садоводства. Итак, мы с большим удовольствием просим вас согласиться нам помочь в испытании этого нового овоща.
Ральф прочел достаточно много, чтобы успеть утомиться и потерять нить.
— Все это просто прекрасно, — заметил он. — Но, черт возьми, чем же все-таки хороша эта штука? Она ведь небось полая. Ты ее уже пробовал на вес?
— Все в порядке. В инструкции по выращиванию, которую они прислали вместе с семенами, говорится, что чрезвычайная легкость плодов поначалу способна поразить огородника. Я так понял, что когда эта штука вырастет, она начнет уплотняться или твердеть. Хотя, признаю, выглядит она очень странно, и такими же чудными были семена.
Он пошарил у себя в кармане, отыскал какой-то предмет и положил себе на ладонь.
— Я сохранил это из любопытства. Видишь, они заключили его… Или, скорее, их — в нечто вроде капсулы. Инструкция предупреждает, что капсулу нельзя открывать ни при каких обстоятельствах.
— Тогда как же…
— А просто закапываешь все целиком и обильно поливаешь. Полагаю, капсула растворяется, и овощ начинает расти. Он определенно показывает отличную скорость роста. Ни за что не угадаешь, когда я эту штуковину посадил.
Он тронул шар носком туфли.
Ральф даже не стал пробовать угадать.
— Ну и когда же? — спросил он…
— Всего три дня тому назад, — с гордостью ответил отец. — Всего за каких-то три дня она достигла таких вот размеров! Конечно, я не берусь судить, сколько еще пройдет, прежде чем от нее будет польза, но все так хорошо началось…
Лекция, которую планировал мистер Уэйт, была прервана. Миссис Уэйт позвала мужа домой.
— Не говори об этом никому, мой мальчик. Я пообещал хранить тайну, пока овощ не созреет, — сказал старик, спеша через лужайку обратно к дому.
Ральф с удовольствием, отправился в гости. Позже он так и не смог вспомнить, результатом любопытства или рассеянности было то, что оставшаяся семенная капсула оказалась у него в кармане. Он знал только одно — ему повезло, что он ее не выбросил.
Дороти Форбс ожидала, что Ральф появится гораздо раньше. Ожидая его, она даже предавалась изобретению различных упреков, которые вполне может высказать дама, которой так пренебрегли. Это было приятным умственным упражнением. И даже чуть более того.
Но вместо того чтобы дать выход своему неудовольствию опозданием, она разгладила платье, движением головы отбросила за спину светлые волосы и предложила Ральфу пройти в сад на качели.
Качели имели такой успех, что прошло не менее получаса, прежде чем нечто в дальнем углу сада привлекло внимание Ральфа, заставив его выпрямиться и уставиться туда. Над верхушкой огуречного парника виднелся край знакомой желтой сферы.
— О Господи! — воскликнул он.
— Что? — спросила Дороти. Проследив его взгляд, она добавила. — О, это один из папиных секретов. Предполагается, что ты этого не должен видеть.
Нескольких секунд хватило, чтобы разрешить все сомнения. Овощ позади парника был абсолютно идентичен тому, который выращивал мистер Уэйт. Ну разве что, может, на несколько дюймов поменьше.
— Странное дело, — пробормотал Ральф. Дороти кивнула, хотя и не совсем правильно поняла его замечание.
— По-моему, это ужасно. Я уже и сама говорила папе: это наверняка очень вредная штука, но он надо мной только посмеялся. Я ее буквально ненавижу. Этот мерзкий, прямо ядовитый желтый оттенок…
— И он хранит это в тайне?
— Да. И ужасно ревнив на этот счет. Говорит, что эта бяка однажды сделает его знаменитым.
Ральф кивнул. Еще больше странностей. Он с минуту поразмыслил. Два человека, каждый из которых думает, будто он единственный в своем роде, выращивают один и тот же заведомо никчемный овощ.
— А не пройтись ли нам немного? — спросил он.
Дороти, несколько удивленная внезапной перемене предмета разговора, согласилась.
То была сумбурная, почти бесцельная прогулка. Однако она провела их по задворкам нескольких садов. И в целом они насчитали свыше двадцати странных желтых овощей.
Когда Ральф возвращался в Лондон, было очевидно, что очень скоро странные растения перестанут быть тайной. Они раздувались до громадных размеров со скоростью, которая делала никакую секретность просто невозможной.
Ральф прочел достаточно много, чтобы успеть утомиться и потерять нить.
— Все это просто прекрасно, — заметил он. — Но, черт возьми, чем же все-таки хороша эта штука? Она ведь небось полая. Ты ее уже пробовал на вес?
— Все в порядке. В инструкции по выращиванию, которую они прислали вместе с семенами, говорится, что чрезвычайная легкость плодов поначалу способна поразить огородника. Я так понял, что когда эта штука вырастет, она начнет уплотняться или твердеть. Хотя, признаю, выглядит она очень странно, и такими же чудными были семена.
Он пошарил у себя в кармане, отыскал какой-то предмет и положил себе на ладонь.
— Я сохранил это из любопытства. Видишь, они заключили его… Или, скорее, их — в нечто вроде капсулы. Инструкция предупреждает, что капсулу нельзя открывать ни при каких обстоятельствах.
— Тогда как же…
— А просто закапываешь все целиком и обильно поливаешь. Полагаю, капсула растворяется, и овощ начинает расти. Он определенно показывает отличную скорость роста. Ни за что не угадаешь, когда я эту штуковину посадил.
Он тронул шар носком туфли.
Ральф даже не стал пробовать угадать.
— Ну и когда же? — спросил он…
— Всего три дня тому назад, — с гордостью ответил отец. — Всего за каких-то три дня она достигла таких вот размеров! Конечно, я не берусь судить, сколько еще пройдет, прежде чем от нее будет польза, но все так хорошо началось…
Лекция, которую планировал мистер Уэйт, была прервана. Миссис Уэйт позвала мужа домой.
— Не говори об этом никому, мой мальчик. Я пообещал хранить тайну, пока овощ не созреет, — сказал старик, спеша через лужайку обратно к дому.
Ральф с удовольствием, отправился в гости. Позже он так и не смог вспомнить, результатом любопытства или рассеянности было то, что оставшаяся семенная капсула оказалась у него в кармане. Он знал только одно — ему повезло, что он ее не выбросил.
Дороти Форбс ожидала, что Ральф появится гораздо раньше. Ожидая его, она даже предавалась изобретению различных упреков, которые вполне может высказать дама, которой так пренебрегли. Это было приятным умственным упражнением. И даже чуть более того.
Но вместо того чтобы дать выход своему неудовольствию опозданием, она разгладила платье, движением головы отбросила за спину светлые волосы и предложила Ральфу пройти в сад на качели.
Качели имели такой успех, что прошло не менее получаса, прежде чем нечто в дальнем углу сада привлекло внимание Ральфа, заставив его выпрямиться и уставиться туда. Над верхушкой огуречного парника виднелся край знакомой желтой сферы.
— О Господи! — воскликнул он.
— Что? — спросила Дороти. Проследив его взгляд, она добавила. — О, это один из папиных секретов. Предполагается, что ты этого не должен видеть.
Нескольких секунд хватило, чтобы разрешить все сомнения. Овощ позади парника был абсолютно идентичен тому, который выращивал мистер Уэйт. Ну разве что, может, на несколько дюймов поменьше.
— Странное дело, — пробормотал Ральф. Дороти кивнула, хотя и не совсем правильно поняла его замечание.
— По-моему, это ужасно. Я уже и сама говорила папе: это наверняка очень вредная штука, но он надо мной только посмеялся. Я ее буквально ненавижу. Этот мерзкий, прямо ядовитый желтый оттенок…
— И он хранит это в тайне?
— Да. И ужасно ревнив на этот счет. Говорит, что эта бяка однажды сделает его знаменитым.
Ральф кивнул. Еще больше странностей. Он с минуту поразмыслил. Два человека, каждый из которых думает, будто он единственный в своем роде, выращивают один и тот же заведомо никчемный овощ.
— А не пройтись ли нам немного? — спросил он.
Дороти, несколько удивленная внезапной перемене предмета разговора, согласилась.
То была сумбурная, почти бесцельная прогулка. Однако она провела их по задворкам нескольких садов. И в целом они насчитали свыше двадцати странных желтых овощей.
Когда Ральф возвращался в Лондон, было очевидно, что очень скоро странные растения перестанут быть тайной. Они раздувались до громадных размеров со скоростью, которая делала никакую секретность просто невозможной.
Страница 3 из 12
