Звали ее мисс Сидли, работала она учительницей…
Добавить в моё избранное
16 мин, 8 сек 15354
— Роберт, пойдешь первым?
Роберт встал, загадочно улыбаясь. Открыто скорчил гримаску.
— Да, мисс Сидли.
Мисс Сидли подхватила сумочку, и вдвоем они двинулись по пустынномукоридору. Из=за закрытых дверей долетало неясное бормотание: в другихклассах шли обычные уроки. Комната, в которой стояла светокопировальнаямашина, находилась в дальнем конце коридора, за туалетами. Два года томуназад стены обили звуконепроницаемыми панелями: машина была старая и оченьшумная.
Мисс Сидли закрыла дверь, заперла ее.
— Здесь тебя никто не услышит, — она достала пистолет. — Говори, или…
Роберт невинно улыбался.
— Нас очень много. И не только здесь, — он оперся маленькой ручкой осветокопировальную машину. — Вы снова хотите увидеть, как я изменяюсь?
Прежде чем она успела ответить, лицо Роберта начало трансформироваться, и мисс Сидли выстрелила. Один раз. В голову. Тело бросило насветокопировальную машину, потом оно сползло на пол. И застыло, теломаленького мальчика с круглой черной дырой над правым глазом.
Мальчик выглядел таким умиротворенным.
Мисс Сидли наклонилась над ним, тяжело дыша. Щеки ее побледнели.
Фигурка не шевелилась.
Человеческая!
Это был Роберт.
Нет!
Ты все это выдумала, Эмили. У тебя разыгралось воображение.
Нет! Нет, нет и нет!
Она вернулась в класс и начала по одному заводить учеников в комнату, где стояла светокопировальная машина. Застрелила двенадцать, и убила быостальных, если б миссис Кроссен на понадобилось скопировать какой-тодокумент.
У миссис Кроссен округлились глаза, одна рука поднялась ко рту. Онаначала кричать и кричала, пока мисс Сидли не положила руку ей на плечо.
— Так надо, Маргарет, — сказала она кричащей миссис Кроссен. — Этоужасно, но так надо. Все они — монстры.
Миссис Кроссен смотрела на маленькие тела, лежащие вокругсветокопировальной машины и кричала. Девочка, которую мисс Сидли держала заруку, начала монотонно ей подвывать: «У-у-у-у-у… у-у-у-у»…
— Изменяйся, — приказала мисс Сидли. — Покажи миссис Кроссен своюсущность. Покажи ей, что я все сделала правильно.
Девочка продолжала выть.
— Изменяйся, черт бы тебя побрал! — взвизгнула мисс Сидли. — Мерзкаясучка, грязная дрянь! Изменяйся! — она подняла пистолет. Девочка сжалась вкомок, но миссис Кроссен успела пантерой кинуться на мисс Сидли.
Суд не состоялся.
Газеты требовали отмщения, убитые горем родители проклинали мисс Сидли, город остолбенел от шока, но потом здравый смысл возобладал, и все обошлосьбез суда. Законодательное собрание штата проголосовало за более строгиекритерии отбора учителей, в связи с трауром школа на Летней улице на неделюзакрылась, а мисс Сидли отправили в закрытую психиатрическую лечебницу вОгасту. Она прошла курс глубокого психоанализа, ее лечили самымисовременными лекарствами и методами, включая трудотерапию. Год спустя, подстрогим контролем, мисс Сидли включили в экспериментальную программукоррекционной терапии.
Его звали Бадди Дженкинс, работал он психиатром.
С блокнотом в руке, он сидел за стеклянной панелью, пропускавший светтолько в одну сторону, и смотрел в большую комнату, оборудованную, какдетская. У дальней стены белка неустанно кружилась в беличьем колесе. МиссСидли сидела в инвалидном кресле, с книжкой сказок в руках. Ее окружалидоверчивые, умственно неполноценные дети. Они ей улыбались, по подбородкамтепла слюна, они прикасались к ней мокрыми пальчиками, тогда как нянечкипристально следили за происходящим из=за другого окна, чтобы прекратитьэксперимент при малейших признаках агрессивности мисс Сидли.
Поначалу Бадди казалось, что мисс Сидли адекватно реагирует напроисходящее. Она читала сказки вслух, погладила маленькую девочку поголове, успокоила маленького мальчика, который упал, споткнувшись о кубик. Но потом что-то начало ее беспокоить. Она нахмурилась, отвернулась от детей.
— Пожалуйста, увезите меня отсюда, — попросила мисс Сидли, обращаясь кстенам.
Ее увезли. Бадди Дженкинс продолжал наблюдать за детьми, которыепроводили ее тупыми взглядами. Но не только. Один улыбнулся. Другой поднеспалец ко рту. Две девочки взялись за руки и захихикали.
В ту ночь мисс Сидли перерезала себе шею осколком разбитого зеркала, после чего Бадди Дженкинс начал все более внимательно приглядываться кдетям. И вскоре уже не мог оторвать от них глаз.
Роберт встал, загадочно улыбаясь. Открыто скорчил гримаску.
— Да, мисс Сидли.
Мисс Сидли подхватила сумочку, и вдвоем они двинулись по пустынномукоридору. Из=за закрытых дверей долетало неясное бормотание: в другихклассах шли обычные уроки. Комната, в которой стояла светокопировальнаямашина, находилась в дальнем конце коридора, за туалетами. Два года томуназад стены обили звуконепроницаемыми панелями: машина была старая и оченьшумная.
Мисс Сидли закрыла дверь, заперла ее.
— Здесь тебя никто не услышит, — она достала пистолет. — Говори, или…
Роберт невинно улыбался.
— Нас очень много. И не только здесь, — он оперся маленькой ручкой осветокопировальную машину. — Вы снова хотите увидеть, как я изменяюсь?
Прежде чем она успела ответить, лицо Роберта начало трансформироваться, и мисс Сидли выстрелила. Один раз. В голову. Тело бросило насветокопировальную машину, потом оно сползло на пол. И застыло, теломаленького мальчика с круглой черной дырой над правым глазом.
Мальчик выглядел таким умиротворенным.
Мисс Сидли наклонилась над ним, тяжело дыша. Щеки ее побледнели.
Фигурка не шевелилась.
Человеческая!
Это был Роберт.
Нет!
Ты все это выдумала, Эмили. У тебя разыгралось воображение.
Нет! Нет, нет и нет!
Она вернулась в класс и начала по одному заводить учеников в комнату, где стояла светокопировальная машина. Застрелила двенадцать, и убила быостальных, если б миссис Кроссен на понадобилось скопировать какой-тодокумент.
У миссис Кроссен округлились глаза, одна рука поднялась ко рту. Онаначала кричать и кричала, пока мисс Сидли не положила руку ей на плечо.
— Так надо, Маргарет, — сказала она кричащей миссис Кроссен. — Этоужасно, но так надо. Все они — монстры.
Миссис Кроссен смотрела на маленькие тела, лежащие вокругсветокопировальной машины и кричала. Девочка, которую мисс Сидли держала заруку, начала монотонно ей подвывать: «У-у-у-у-у… у-у-у-у»…
— Изменяйся, — приказала мисс Сидли. — Покажи миссис Кроссен своюсущность. Покажи ей, что я все сделала правильно.
Девочка продолжала выть.
— Изменяйся, черт бы тебя побрал! — взвизгнула мисс Сидли. — Мерзкаясучка, грязная дрянь! Изменяйся! — она подняла пистолет. Девочка сжалась вкомок, но миссис Кроссен успела пантерой кинуться на мисс Сидли.
Суд не состоялся.
Газеты требовали отмщения, убитые горем родители проклинали мисс Сидли, город остолбенел от шока, но потом здравый смысл возобладал, и все обошлосьбез суда. Законодательное собрание штата проголосовало за более строгиекритерии отбора учителей, в связи с трауром школа на Летней улице на неделюзакрылась, а мисс Сидли отправили в закрытую психиатрическую лечебницу вОгасту. Она прошла курс глубокого психоанализа, ее лечили самымисовременными лекарствами и методами, включая трудотерапию. Год спустя, подстрогим контролем, мисс Сидли включили в экспериментальную программукоррекционной терапии.
Его звали Бадди Дженкинс, работал он психиатром.
С блокнотом в руке, он сидел за стеклянной панелью, пропускавший светтолько в одну сторону, и смотрел в большую комнату, оборудованную, какдетская. У дальней стены белка неустанно кружилась в беличьем колесе. МиссСидли сидела в инвалидном кресле, с книжкой сказок в руках. Ее окружалидоверчивые, умственно неполноценные дети. Они ей улыбались, по подбородкамтепла слюна, они прикасались к ней мокрыми пальчиками, тогда как нянечкипристально следили за происходящим из=за другого окна, чтобы прекратитьэксперимент при малейших признаках агрессивности мисс Сидли.
Поначалу Бадди казалось, что мисс Сидли адекватно реагирует напроисходящее. Она читала сказки вслух, погладила маленькую девочку поголове, успокоила маленького мальчика, который упал, споткнувшись о кубик. Но потом что-то начало ее беспокоить. Она нахмурилась, отвернулась от детей.
— Пожалуйста, увезите меня отсюда, — попросила мисс Сидли, обращаясь кстенам.
Ее увезли. Бадди Дженкинс продолжал наблюдать за детьми, которыепроводили ее тупыми взглядами. Но не только. Один улыбнулся. Другой поднеспалец ко рту. Две девочки взялись за руки и захихикали.
В ту ночь мисс Сидли перерезала себе шею осколком разбитого зеркала, после чего Бадди Дженкинс начал все более внимательно приглядываться кдетям. И вскоре уже не мог оторвать от них глаз.
Страница 5 из 5
