Вниз за серебряными душами

— Почему они не могут заткнуться? — спросила я как-то утром после особенно неудачного похода за покупками.

— Не позволяй им расстраивать себя, — отозвался мой муж Кен, показав мне результаты изысканий по Интернету: чтобы увеличить свои шансы, надо целый месяц питаться исключительно яйцами.

— Я люблю яйца, — согласилась я, и мы восемь недель ели только омлеты, болтуньи, вареные яйца и яичницу, но я так и не смогла забеременеть.

Я изо всех сил старалась думать позитивно. Я продолжала надеяться. Я даже сказала Кену:

— Карты Таро говорят, что двенадцатое июня может стать удачным днем, если я оденусь только в красное и не буду волноваться по пустякам.

В ответ — молчание.

— Мог бы по крайней мере сделать вид, что сочувствуешь.

— Нет, просто… Не хотел тебе говорить, но один парень с работы рассказал о женщине-медиуме, которая, возможно, сумеет нам помочь. Они с женой обратились к ней, когда утонула их дочь, и это, несомненно, помогло им сохранить здравый рассудок.

— Но у нас нет никаких умерших детей, — отрезала я.

— Знаю, — терпеливо ответил Кен. — Отлично знаю. Но она может помочь.

И она действительно помогла. Мария Марони изменила нашу жизнь.

Кен спросил меня, не хочу ли я, чтобы он подождал в машине.

— Нет! — воскликнула я. — Тебя это тоже касается. Это касается нас обоих.

Тогда он взял меня за руку, и мы подошли к входной двери дома Марии Марони.

— Постучи ты, — попросила я.

Дверь нам открыл высокий молодой человек. Он улыбнулся нам открытой улыбкой, показав ровные белые зубы.

— Я Хьюго, — сказал он. — Мама попросила меня вас встретить.

Положив теплую руку мне на талию, он провел нас через холл с мозаичным полом.

— Как красиво! — восхитилась я.

Он не ответил, и я подумала: может, он художник, демонстрирующий ложную скромность. Я почему-то считала, что Мария будет выглядеть этакой доброй матроной, которая угостит нас чаем и попытается разговорить. Но она оказалась стильной высокой блондинкой. Волосы у нее были уложены в пышную прическу с мягкими локонами по бокам. У нее были достаточно резкие, но красивые черты лица, которые еще больше подчеркивал умело наложенный макияж. Одета она была в прозрачную блузку поверх черной трикотажной майки и в облегающие черные брюки, на ногах туфли на высоком каблуке.

— А вот и вы! — сказала она и взяла меня под руку, смутно напомнив мне женщин, приглашающих зайти в магазин одежды: только сегодня все размеры, пятьдесят процентов скидки.

Она дала нам по бокалу бренди, взяв один себе, и провела в маленькую комнату с белыми стенами, в которой вообще не было мебели. Хозяйка опустилась на колени, жестом предложив нам последовать ее примеру.

— Ты в порядке? — шепнул мне на ухо Кен.

Он не слишком любил всякую там эзотерику. А наоборот, любил кресла, и столы, и докторов с их вечными анализами. Я посмотрела на него и, кивнув в ответ, в свою очередь спросила:

— А ты?

Он тоже кивнул, хотя я заметила, что вид у него обеспокоенный. Он, конечно, никогда этого не говорил, но был твердо уверен, что я слишком ранима и легко могу попасть в лапы стервятников, готовых воспользоваться моей доверчивостью. На самом деле я не особо нуждаюсь в его защите, но, когда он рядом, все же как-то спокойнее. Мария постучала по стене, и я решила, что она начинает сеанс и вызывает одного из своих духов. Я закрыла глаза и стала ждать. Но она, оказывается, просто-напросто звала сына.

— Напитки, Хьюго!

— Что будете пить? — спросил он у меня.

— Благодарю, только стакан воды.

Хьюго сморщил нос так, словно я попросила стакан свиной крови. Может, он из тех, кто презирает любого отказывающегося от выпивки?

Когда Хьюго вышел, Кен заметил:

— А вы здорово его вышколили.

— Это сейчас. Еще немного — и он будет боссом.

Я не совсем поняла, что она имела в виду. Возможно, что-то личное в отношениях матери и сына. Возможно, и мне когда-нибудь доведется это испытать.

Мария Марони изучающее смотрела на меня минут пять, не меньше, а потом заявила:

— У вас над головой и плечами вращаются три сверкающих серебряных шара.

Я удивленно повертела головой, затем подняла глаза, но Мария только расхохоталась.

— У меня особый дар. Видеть их. Это сосуды, — произнесла она. — Духи уже их покинули, но сосуды навсегда останутся с вами.

— И где сейчас эти духи? — шепотом спросила я.

Мария закрыла глаза и, помолчав, ответила:

— Не знаю. Возможно, они так и не обрели свой дом.

— Но я ведь еще ни разу не была беременной. Так далеко дело никогда не заходило.

— Нет, заходило, — возразила Мария, а потом, подбородком указав мне куда-то наверх, добавила: — Три раза.