— Христо, бездельник, чтоб тебе повылазило! Ты почистил рыбу? Нет?! Я разве просила тебя полировать чешую или менять седла, я велела просто почистить рыбу! — грозный голос тети Ксаны грохотал как гром, потемневшие глаза сверкали молниями, а сдвинутая набок цветастая косынка и толстые кольца золотых серег придавали ей сходство с пиратом. Рассерженным пиратом, собравшимся кого-нибудь зарубить. Вместо сабли в руке тети Ксаны красовался остро наточенный тесак.
39 мин, 23 сек 15818
Краем глаза Андрей вдруг заметил Аську, уплывающую все дальше и глубже, и рванулся следом за ней.
Очнулся он в незнакомой комнате. Белый потолок, грязно-кремовые стены, несколько пустых коек вдоль стены.
— Лазарет, — объяснил голос сверху, будто объявляя новую остановку.
Андрей с трудом повернул голову и увидел начальника пансионата.
— Вот и ладно, — сказал тот, устало улыбаясь. — А то второго покойника мне не хватало.
Аська! — вспомнил Андрей и вскочил, откидывая одеяло. Пол поехал из-под ног, как скользкий коврик, Игорь Степаныч подхватил Андрея за плечи, усадил на кровать.
— Да что же это, — сердито сказал он. — Лежите смирно. Или позвать сестру, чтобы она вам опять укол сделала?
— Вы не имеете права меня тут держать! — возмутился Андрей.
— Еще как, — криво усмехнулся Игорь Степаныч. Снял очки, склонился к Андрею. Глаза его без защитных стекол неожиданно оказались опасными и даже чуть диковатыми. — Учитывая обстоятельства, голубчик, еще как. Хотите, оформим официальное задержание до выяснения? Нет? Вот и правильно.
— Где Аська? Где моя жена? Вы нашли… вы ищете ее?
— Разумеется, будет сделано все, что возможно, — сообщил начальник, снова надевая очки. — Вам сейчас принесут ужин, отдыхайте. Я еще зайду. — Поднялся, сухо кивнул и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Андрей заставил себя поесть. В любом случае, ему нужны были силы. Потом настоял, чтобы принесли одежду. Когда он зашнуровывал ботинки, иногда останавливаясь, чтобы передохнуть, опять появился Игорь Степаныч.
— Вы не имеете права меня тут держать, — уже спокойно повторил Андрей, поднимаясь на ноги.
— Конечно, — неожиданно согласился начальник пансионата. — Можете возвращаться в номер. Пойдемте, провожу.
Но на выходе из медицинского корпуса он вдруг подхватил Андрея под локоть и направил совсем в другую сторону.
— Куда вы… — начал Андрей.
— Да погодите возмущаться, — тихо прошипел Игорь Степаныч совершенно другим голосом, — хотите ответов, так слушайте.
— Что?
— Сейчас, — и дальше Игорь Степаныч сказал уже громко, хотя вокруг, вроде бы и никого не было: — Вам надо воздухом сейчас подышать. Пойдемте.
Удивленный Андрей послушно пошел вместе с ним. Они свернули направо с главной аллеи, и Андрей узнал Первую морскую, где полагалось гулять отдыхающим до двадцати ноль-ноль. Сейчас аллея была пуста. За темными деревьями проблескивало освещенное луной море, от воды веяло прохладным ветром.
— Присядем, — Игорь Степаныч опустился на лавочку, вынул из-за пазухи флягу, отвинтил крышечку.
— Что это? — подозрительно принюхался Андрей.
— Никакого алкоголя. Травяной сбор. Успокаивающий. Мята, мелисса, ну и всяко разного. Вам сейчас в самый раз. Да и мне. Слушайте меня, Андрей. Вам сейчас самое правильное — немедленно уехать. Возражения потом! Слушайте. Делать вам тут совершенно нечего. Я могу точно сказать, что жену вашу не найдут. Потому что искать не станут. Сейчас не ищут утопленников, понимаете?
— А если она еще не…
— Вы-то сами понимаете? Сколько времени прошло? Строго говоря, Андрей, вас тоже не должны были спасать. Да не смотрите на меня так. Я предупреждал? Я вас, дураков, каждый раз предупреждаю, а вы все лезете! Раньше ворота запирали, так еще хуже, каждый второй норовил сбежать. Не соображают, что это не тюрьма, а наоборот. Теперь открыли, надеемся на сознательность, и все равно в каждой смене хоть один идиот найдется! — Игорь Степаныч осекся, глотнул из своей фляги, помолчал.
— Мне говорили, — глухо сказал Андрей, — еще когда мы сюда только собирались, что вы тут специально… Своих, местных, жалко, а приезжих… А если жертву вовремя принести, то местных не трогает. И наводнений не бывает, и рыба хорошо ловится. Еще на удачу можно… Я тогда не верил.
— Да что же это такое! — возмутился Игорь Степаныч. — Вы меня за кого тут… Вы вот, неверующий, какого черта полезли к этому рыбаку, а?
— А при чем тут…
— А при том. То есть лично я этого вашего деда, конечно, не видел, но подозреваю, что вполне может быть. Говорят, у некоторых тут есть даже личные договоренности — подвезти к определенному месту, подать знак. Зато потом, как вы говорите, рыба будет хорошо ловиться. И на удачу можно. Или еще на что.
— И вы это все знаете, и ничего…
— А что я могу? Что я лично могу, а?! Если даже они там, наверху… Я вам говорил про официальный запрет спасения на воде, а? Вот эти ребята, которые вас вытащили, они теперь будут месяц оправдываться, объяснительные писать, доказывать, что вы просто поскользнулись и случайно упали в море, и не было никакого умысла и пожелания либо претензии иной стороны. А как это доказать, скажите на милость? Эту самую иную сторону в суд вызвать?
— А зачем тогда они вообще нужны, эти ваши спасатели, если так?
Очнулся он в незнакомой комнате. Белый потолок, грязно-кремовые стены, несколько пустых коек вдоль стены.
— Лазарет, — объяснил голос сверху, будто объявляя новую остановку.
Андрей с трудом повернул голову и увидел начальника пансионата.
— Вот и ладно, — сказал тот, устало улыбаясь. — А то второго покойника мне не хватало.
Аська! — вспомнил Андрей и вскочил, откидывая одеяло. Пол поехал из-под ног, как скользкий коврик, Игорь Степаныч подхватил Андрея за плечи, усадил на кровать.
— Да что же это, — сердито сказал он. — Лежите смирно. Или позвать сестру, чтобы она вам опять укол сделала?
— Вы не имеете права меня тут держать! — возмутился Андрей.
— Еще как, — криво усмехнулся Игорь Степаныч. Снял очки, склонился к Андрею. Глаза его без защитных стекол неожиданно оказались опасными и даже чуть диковатыми. — Учитывая обстоятельства, голубчик, еще как. Хотите, оформим официальное задержание до выяснения? Нет? Вот и правильно.
— Где Аська? Где моя жена? Вы нашли… вы ищете ее?
— Разумеется, будет сделано все, что возможно, — сообщил начальник, снова надевая очки. — Вам сейчас принесут ужин, отдыхайте. Я еще зайду. — Поднялся, сухо кивнул и вышел, аккуратно прикрыв за собой дверь.
Андрей заставил себя поесть. В любом случае, ему нужны были силы. Потом настоял, чтобы принесли одежду. Когда он зашнуровывал ботинки, иногда останавливаясь, чтобы передохнуть, опять появился Игорь Степаныч.
— Вы не имеете права меня тут держать, — уже спокойно повторил Андрей, поднимаясь на ноги.
— Конечно, — неожиданно согласился начальник пансионата. — Можете возвращаться в номер. Пойдемте, провожу.
Но на выходе из медицинского корпуса он вдруг подхватил Андрея под локоть и направил совсем в другую сторону.
— Куда вы… — начал Андрей.
— Да погодите возмущаться, — тихо прошипел Игорь Степаныч совершенно другим голосом, — хотите ответов, так слушайте.
— Что?
— Сейчас, — и дальше Игорь Степаныч сказал уже громко, хотя вокруг, вроде бы и никого не было: — Вам надо воздухом сейчас подышать. Пойдемте.
Удивленный Андрей послушно пошел вместе с ним. Они свернули направо с главной аллеи, и Андрей узнал Первую морскую, где полагалось гулять отдыхающим до двадцати ноль-ноль. Сейчас аллея была пуста. За темными деревьями проблескивало освещенное луной море, от воды веяло прохладным ветром.
— Присядем, — Игорь Степаныч опустился на лавочку, вынул из-за пазухи флягу, отвинтил крышечку.
— Что это? — подозрительно принюхался Андрей.
— Никакого алкоголя. Травяной сбор. Успокаивающий. Мята, мелисса, ну и всяко разного. Вам сейчас в самый раз. Да и мне. Слушайте меня, Андрей. Вам сейчас самое правильное — немедленно уехать. Возражения потом! Слушайте. Делать вам тут совершенно нечего. Я могу точно сказать, что жену вашу не найдут. Потому что искать не станут. Сейчас не ищут утопленников, понимаете?
— А если она еще не…
— Вы-то сами понимаете? Сколько времени прошло? Строго говоря, Андрей, вас тоже не должны были спасать. Да не смотрите на меня так. Я предупреждал? Я вас, дураков, каждый раз предупреждаю, а вы все лезете! Раньше ворота запирали, так еще хуже, каждый второй норовил сбежать. Не соображают, что это не тюрьма, а наоборот. Теперь открыли, надеемся на сознательность, и все равно в каждой смене хоть один идиот найдется! — Игорь Степаныч осекся, глотнул из своей фляги, помолчал.
— Мне говорили, — глухо сказал Андрей, — еще когда мы сюда только собирались, что вы тут специально… Своих, местных, жалко, а приезжих… А если жертву вовремя принести, то местных не трогает. И наводнений не бывает, и рыба хорошо ловится. Еще на удачу можно… Я тогда не верил.
— Да что же это такое! — возмутился Игорь Степаныч. — Вы меня за кого тут… Вы вот, неверующий, какого черта полезли к этому рыбаку, а?
— А при чем тут…
— А при том. То есть лично я этого вашего деда, конечно, не видел, но подозреваю, что вполне может быть. Говорят, у некоторых тут есть даже личные договоренности — подвезти к определенному месту, подать знак. Зато потом, как вы говорите, рыба будет хорошо ловиться. И на удачу можно. Или еще на что.
— И вы это все знаете, и ничего…
— А что я могу? Что я лично могу, а?! Если даже они там, наверху… Я вам говорил про официальный запрет спасения на воде, а? Вот эти ребята, которые вас вытащили, они теперь будут месяц оправдываться, объяснительные писать, доказывать, что вы просто поскользнулись и случайно упали в море, и не было никакого умысла и пожелания либо претензии иной стороны. А как это доказать, скажите на милость? Эту самую иную сторону в суд вызвать?
— А зачем тогда они вообще нужны, эти ваши спасатели, если так?
Страница 5 из 12