Джек

Твикенхэм описал это все в «Щебете», выбросив статью о награде Квинси Морриса и переделав выпуск газеты заново. Когда миссис Люси попросила машинку, чтобы заполнить форму А-114, то удивилась:

— Что это?

— Моя передовица, — объяснил он. — «Сеттл находит под завалами четырех человек». — Он протянул ей макет. — Джек Сеттл, недавно присоединившийся к сорок восьмому посту, — прочитала миссис Люси вслух, — прошлой ночью обнаружил четыре жертвы воздушных налетов.«Я хотел быть полезным», — отвечает скромный мистер Сеттл на вопрос, почему он переехал из Йоркшира в Лондон. И он действительно оказался полезным в самую первую ночь на работе, когда он«… — Она вернула листок Твикенхэму. — Мне очень жаль, но это нельзя печатать. Нельсон уже шмыгает вокруг, задает вопросы. Он забрал себе одного из моих сотрудников и чуть не отправил его на тот свет. Я не позволю ему отобрать еще одного.»

— Да это цензура! — возмутился Твикенхэм.

— Идет война, — возразила миссис Люси, — а у нас не хватает рабочих рук. Я освободила мистера Ренфри от работы, он уезжает в Бирмингем к сестре. И я не хочу, чтобы Нельсон отнял у нас еще одного пожарного, как будто у нас штат переполнен. Из-за него Олмвуда чуть не убили.

Она протянула мне бланк и попросила отнести его в управление. Я отнес. Девушки, с которой я разговаривал в прошлый раз, там не было, а новая девушка сказала мне:

— Это в отдел внутренних усовершенствований. Вам нужно заполнить форму D-двести шестьдесят восемь.

— Да я заполнял, — ответил я. — И мне сказали, что балки считаются внешними усовершенствованиями.

— Только если они устанавливаются снаружи. — Она протянула мне D-268. — Простите, — извиняющимся тоном произнесла она, — я бы вам с удовольствием помогла, но мой начальник просто помешан на бумагах.

— Вы можете мне еще кое-чем помочь, — сказал я. — Меня попросили принести записку одному из наших сотрудников на работу, но я потерял адрес. Вы не могли бы найти?

Джек Сеттл. Иначе мне придется возвращаться за этим адресом обратно в Челси.

Оглянувшись, она ответила:

— Минуточку, — и побежала куда-то по коридору, затем вернулась с листом бумаги. — Сеттл? — переспросила она. — Пост сорок восемь, Челси?

— Да-да, верно, — подтвердил я. — Мне нужен его рабочий адрес.

— Он нигде не работает.

Он исчез с места взрыва, пока мы вытаскивали полную женщину. Начинало светать. Мы обвязали ее веревкой и соорудили из подручных средств лебедку. Внезапно Джек сунул свою веревку Суэйлсу и пробормотал: «Мне пора на работу».

— Вы уверены? — уточнил я.

— Уверена.

Она протянула мне лист. Это было заявление Джека о приеме на работу в качестве пожарного на неполную неделю, подписанное миссис Люси. Места для указания рабочего и домашнего адресов пустовали.

— Это все, что было в папке, — сказала девушка. — Ни разрешения на работу, ни удостоверения личности, даже продовольственных карточек нет. Обычно у нас хранятся копии всех этих документов. Следовательно, он не работает.

Я отнес форму D-268 на пост, но миссис Люси там не оказалось.

— Пришел человек от Нельсона, принес новые правила, — сообщил Твикенхэм, вытаскивая из множительной машины очередной листок. — Все пожарные обязаны патрулировать территорию, кроме тех, кто дежурит на телефоне на наблюдательном пункте. Все служащие. Она ушла, чтобы разобраться с ним, — заключил он довольным тоном. Он явно уже не сердился на нее за запрещение печатать статью о Джеке.

Я взял со стола еще влажную копию листка с новостями. В передовице говорилось о захвате Гитлером Греции. Заметка о Квинси была помещена в правом нижнем углу, под списком того, «что война сделала для нас». Под номером один стояло: «Она выявила в нас скрытые возможности, о которых мы не подозревали».

— Она сказала, что он убийца, — добавил Твикенхэм.

Убийца.

— А что ты хотел ей сказать? — поинтересовался Твикенхэм.

«То, что Джек нигде не работает», — произнес я про себя. И у него нет продовольственных карточек. Что он не стал тушить зажигательную бомбу, попавшую в церковь, хотя Ви сказала ему, что она упала на алтарь. И он знал, что андерсоновское убежище находилось левее.

— Опять неправильная форма, — сказал я и положил бумагу на стол.

— Ну, это легко исправить, — ответил он, вставил бумагу в пишущую машинку, постучал несколько минут и снова протянул ее мне.

— Нужна подпись миссис Люси, — возразил я.

Твикенхэм взял прошение, вытащил из кармана перо и подписался.

— Кем ты был до войны? — удивился я. — Документы подделывал?

— Не поверишь, если скажу, — улыбнулся он. — Ты ужасно выглядишь, Джек. Ты за эту неделю сколько спал?

— Когда же мне было спать?

— Пойди приляг, пока здесь никого нет, — предложил он, взяв меня под локоть, как Ви брала Ренфри.