Одноклассница

Я их видела, и много раз!

Виктор невольно усмехнулся:

— Раюш, милая… Да как же можно видеть дух? Он же — бесплотный! Если бы ты в них не верила, они бы и не беспокоили тебя…

— Да? — горько усмехнулась Раиса. — Дурак ты, Виктор. По-твоему выходит — если ты не веришь, что в нашей тундре водятся волки, то можешь смело идти один в тундру, и волки тебя не тронут?

— Ну, волки… Волки — это другое. Они живут с нами в одном мире.

— А кто тебе сказал, что из мира духов нельзя проникнуть в наш мир?… Проникнуть и напасть?

Виктор не ответил. Он с трепетом ждал ее ответа. Его только удивило, что Раиса вообще способна рассуждать на такие темы. По его мнению, ее ничто не интересовало, кроме выпивки. И вдруг такое!

— Рая… Расскажи мне, пожалуйста! Богом клянусь — что бы там у тебя ни произошло, я никому… В общем — могила! Ни слова, никому и никогда! Обещаю…

Раиса пропустила мимо ушей его страстную клятву. Сама она вся как-то ссутулилась, сгорбилась, как будто постарела сразу еще лет на десять. Молчание длилось долго.

— Жалко мне твою жену, Виктор, — сказала вдруг женщина. — Да и тебя жалко. Бесы тебя мучают!… Ты и впрямь думаешь, если я тебе расскажу, твоей Татьяне это поможет?

— Честно говорю, Рая: не верится мне в такое! Но мне больше ничего не остается… А вдруг да поможет! С отчаяния к тебе пришел — говорю как на духу! Поможешь — молиться за тебя всю жизнь стану, хоть и неверующий я вроде. Выгонишь — ну значит, не судьба… Ты ведь мне ничего не должна.

Раиса снова долго молчала, потом сказала хмуро, глядя в стол:

— Ты вот что, Виктор… Ты сейчас уходи, ладно? Я должна одна остаться, подумать мне надо. Приходи, ну, скажем, в субботу… Тогда и поговорим… А сейчас — уходи.

И Виктор ушел…

Вернулся он, как и было велено ему, в субботу. Раиса встретила его на крыльце в накинутом на плечи полушубке. Полина, наблюдавшая из окна за гостем, в очередной раз навестившим соседку, по-доброму вздохнула:

— Эка повезло Раиске! Хороший мужик повадился, может, и выйдет что-нибудь путное! А говорил хитрец: дело у меня к ней важное, дело! Дела-то небось за раз-два решаются, а тут, глядишь, чуть ли не каждый божий день — он к ней во двор! Ну да пусть — может, Райка-то еще порадуется, баба-то ведь пока молодая…

Раиса завела гостя в дом, посадила к столу. Однако ни выпивки, ни закуски в этот раз не было. Вместо этого она достала пачку сигарет, молча затянулась. При этом лицо ее показалось Виктору особенно бледным и осунувшимся. Он молча ждал, настороженно глядя на женщину.

— Сначала говорить ничего не хотела, — сказала Раиса, глядя куда-то в угол. — А потом подумала: мне-то как-то все равно уже, а тебе вдруг поможет! И жена твоя перестанет мучиться. Решила рассказать. Да и в себе уже таскать тяжесть эту невмоготу, хоть с кем-то поделиться… Ты вроде как самый подходящий…

Она запнулась, и Виктор осторожно вставил слово:

— Говори, Рая… Пожалуйста! Я внимательно слушаю…

— Ко мне эта квартира от родителей перешла, — начала рассказывать Раиса. — Когда папа с мамой умерли, я в ней одна осталась… Так и жила себе, работала. Была замужем, развелась, ну… это к делу не относится. Пожила я там одна несколько лет, а потом мужик ко мне прибился. Видный такой. Симпатичный… Евгением звали. В общем, влюбилась я… Думала, семья у меня будет. Ну, там — муж, дети, квартира — все, как положено. Только Женька мой как-то совсем по-другому на семью смотрел. Он сам приезжий был, не помню, откуда. В общем, ни прописки не было, ничего. И работать не хотел. Я одна пахала, нас обоих кормила-одевала, готовила-стирала, а ему хоть бы что. Жил у меня паразитом, и его устраивало. Я ему говорила: давай поженимся, я тебя как мужа пропишу, пойдешь тогда — на работу устроишься… Так нет же! Не хотел… Мало того, бухать начал… ну, на мои же деньги, понятное дело. Мучилась я, маялась с ним — все без толку. Совесть, сволочь, совсем потерял… а если по-честному, так видно, и не было ее у него никогда. Я и ругалась, и уговаривала, и просила — а он все больше хужел. Я все чаще думала — ну как я, дура этакая, могла полюбить паразита такого бессовестного?… Все, что ему нужно было — крыша над головой, да бессловесная баба под боком — и все!

Раиса замолчала, словно ей не хватало воздуха. Она снова жадно затянулась и выпустила целое облако дыма. Виктор тихонько сказал:

— Прости, Раюш, я понимаю, тебе тяжело… Но все-таки… Дальше-то что было?

Раиса вперила в него жесткий взгляд своих серо-свинцовых глаз.

— Дальше-то? — усмехнулась она. — Дальше было просто: порешила я его… и все!

— То есть как «порешила»? — опешил Виктор. — Как понять?…

— Ты дурак, что ли, совсем? — сурово спросила Раиса. — Убила я его! Теперь понял?…

— Понял… — промямлил Виктор, совсем оторопев.

— Дальше слушать будешь?