Посадил дед Брюкву. А за что посадил, так Брюква и не понял. Была ли вина на нем, неясно. Прокурор что-то плел на суде, да больно путано, ничегошеньки Брюква не понял. Дали ему семь лет. Отсидел Брюква четыре года, и выпустили его досрочно. Нрава он был тихого, незлобивого, вел себя примерно, в бунтах замечен не был, начальству не противился и работу свою делал исправно.
Добавить в моё избранное
92 мин, 54 сек 5127
Поможешь ты мне в ворожбе черной, скоро совсем научусь и днем, и ночью, и при тебе, и без тебя в плоть облекаться. А со временем и вообще тело верну свое прежнее.
Уже осень наступи ранняя. Тут слово с делом не надолго разошлись: велела ведьма Брюкве убить человека. Какого неважно, важно кровью его напитаться и на себя подозрение не бросить. Выяснила она, что в соседней деревне Марково, в их общем с Пятерихой лесе, в местечке укромном тайком, встречаются парень с девушкой, совсем отроки еще юные.
— Сегодня ночью опять на свидание пойдут голубки. Я девчушке голову затуманю, от парня отворожу, это я легко могу. Он придет один, как дурак, тут ты его и сцапаешь. Приметь место в лесу, чтоб отсюда не слишком близко было, но и не далеко, приволочешь его туда, к дереву привяжешь. Далее надо ему дурман-настойки дать выпить, что ты на той неделе сварил, но не много, стакан не больше. Если ей чуток напоить, то можно на разум повлиять, человек будет видеть, что ему прикажешь, а потом клясться будет, что все так и было. Если сильно опоить, то просто будет видеть чего нет, но тут не подвластно будет уже над ним колдовство, слишком сильно нельзя ум затмевать — будет просто видениям предаваться любым, какие ему в голову взбредут. На нем научу тебя в разум людской проникать. Это нам в в дальнейшем всегда пригодится, славное знание. Ну и потом парня убить надо, кровь выпустить в таз и всю поляну перед нашим домом ей окропить. Давно мы нашего друга не потчевали ничем. А потом, как издохнет паренек к дереву привязанный, труп отнесешь за полверсты отсюда в сторону Марково, я туда волков приведу, чтоб обглодали его. Ты понял меня?
Брюква все понял, обещал все в точности исполнить. С утра за дело взялся: нашел березку подходящую, спрятал под нее веревку, нож, чашу, бутыль с дурман-настойкой. Перед тем как идти отдыхать и ночи ждать, попробовал языком настойку ту, чтоб знать, все ли верно сделал, чтоб вкус на потом запомнить. И очень он ему знакомым показался, горький, но не противный. Отогнал Брюква мысль эту и лег спать. Ближе к ночи проснулся и пошел на указанное место, где отрок свою зазнобу будет ждать, ведьма его проводила, а потом одного оставила. Залез Брюква на дерево и сидит. Видит, паренек пришел, совсем молодой еще, худенький. Стоит, с ноги на ногу переминается. Брюква с дерева прыгнул, парень в ужасе бежать, да куда там — Брюква его в три прыжка догнал. Одним ударом его наземь поверг, паренек даже закричать не смог, застонал только. Вздул его Брюква так, что тот совсем чувств лишился, вскинул на плечо и принес к примеченному дереву. Привязал, нож достал, положил пока на чашу. Вначале опоить надо — достал Брюква настойку, а потом ему вспомнилось, откуда вкус ее знаком.
И не только это, все тут Брюква понял. Ведь дед-то его такой же настойкой опоил! Глаза его видели правду, а мысли в облаках витали, но где-то в памяти осталась истина, а теперь пришла к нему.
Вспомнил Брюква, как дед ловко Льва подхватил, рот зажав ладонью, во двор вынес, одной рукой к земле прижал, а бороной ребенку череп размозжил, что тот и пискнуть не успел. А потом во двор выскочил вслед за Архипом. Да так шустро все обделал, что Архип и не заметил подставы этой.
Понял Брюква, что не убивал брата, это сил ему душевных придало. Впервые ощутил пустоту в груди от того, что креста на нем нет, подарка бабушки. И снимать нельзя с себя было, но и деда без него нельзя было хоронить. Куда ни кинь — всюду клин. Что креста на нем не было, то и дало ведьме над ним верх взять, когда он дом пытался второй раз сжечь.
«Ну, третий раз на счастье», — решает пошутить Брюква. Ножом вервии на парне разрезал, уложил его аккуратно на землю. Надо бы ему помочь, но пока недосуг — нельзя мешкать, это сейчас смерти подобно. Понимает, что хоть и сам он силой воли своей морок победил и чары развеял, да вот надолго ли?
Бежит Брюква к домику — спалить его наконец пока ведьма волками занята. Вбегает в дом, у стены вязанку хвороста для очага хватает и по дому рассыпает. Сел на корточки, сунул в огонь под очагом кусочек бересты, загорелась она. Поднимает очи от костерка, а в доме ведьма стоит и на него глядит. Без злости глядит, с немым укором и тоской. Протянула к нему руки, и стало ему вдруг дышать тяжело, как будто душат его. Ломанулся Брюква в дверь, толкает ее, а та не открывается.
«Эх, пропадать, так не за зря!», — решается он. Руки трясутся, кое-как он кусок бересты к хворосту протянул, что по полу рассыпан. Ведьма все руки к нему протягивает, пальцы скрючивает. Брюква уж и на пол повалился, но поджег несколько хворостинок, а кусочек бересты на кровать кинул, покрывало и занялось. Ну, все, дело сделано, дальше само разгорится.
Совсем у Брюквы в глазах темнеет уже, тут он последнюю волю в кулак собрал, схватил стул, что рядом с ним стоял, и швырнул его в алтарь из черепов. Попал, те только на кусочки мелкие раскололись, как брызги в разные стороны полетели.
Уже осень наступи ранняя. Тут слово с делом не надолго разошлись: велела ведьма Брюкве убить человека. Какого неважно, важно кровью его напитаться и на себя подозрение не бросить. Выяснила она, что в соседней деревне Марково, в их общем с Пятерихой лесе, в местечке укромном тайком, встречаются парень с девушкой, совсем отроки еще юные.
— Сегодня ночью опять на свидание пойдут голубки. Я девчушке голову затуманю, от парня отворожу, это я легко могу. Он придет один, как дурак, тут ты его и сцапаешь. Приметь место в лесу, чтоб отсюда не слишком близко было, но и не далеко, приволочешь его туда, к дереву привяжешь. Далее надо ему дурман-настойки дать выпить, что ты на той неделе сварил, но не много, стакан не больше. Если ей чуток напоить, то можно на разум повлиять, человек будет видеть, что ему прикажешь, а потом клясться будет, что все так и было. Если сильно опоить, то просто будет видеть чего нет, но тут не подвластно будет уже над ним колдовство, слишком сильно нельзя ум затмевать — будет просто видениям предаваться любым, какие ему в голову взбредут. На нем научу тебя в разум людской проникать. Это нам в в дальнейшем всегда пригодится, славное знание. Ну и потом парня убить надо, кровь выпустить в таз и всю поляну перед нашим домом ей окропить. Давно мы нашего друга не потчевали ничем. А потом, как издохнет паренек к дереву привязанный, труп отнесешь за полверсты отсюда в сторону Марково, я туда волков приведу, чтоб обглодали его. Ты понял меня?
Брюква все понял, обещал все в точности исполнить. С утра за дело взялся: нашел березку подходящую, спрятал под нее веревку, нож, чашу, бутыль с дурман-настойкой. Перед тем как идти отдыхать и ночи ждать, попробовал языком настойку ту, чтоб знать, все ли верно сделал, чтоб вкус на потом запомнить. И очень он ему знакомым показался, горький, но не противный. Отогнал Брюква мысль эту и лег спать. Ближе к ночи проснулся и пошел на указанное место, где отрок свою зазнобу будет ждать, ведьма его проводила, а потом одного оставила. Залез Брюква на дерево и сидит. Видит, паренек пришел, совсем молодой еще, худенький. Стоит, с ноги на ногу переминается. Брюква с дерева прыгнул, парень в ужасе бежать, да куда там — Брюква его в три прыжка догнал. Одним ударом его наземь поверг, паренек даже закричать не смог, застонал только. Вздул его Брюква так, что тот совсем чувств лишился, вскинул на плечо и принес к примеченному дереву. Привязал, нож достал, положил пока на чашу. Вначале опоить надо — достал Брюква настойку, а потом ему вспомнилось, откуда вкус ее знаком.
И не только это, все тут Брюква понял. Ведь дед-то его такой же настойкой опоил! Глаза его видели правду, а мысли в облаках витали, но где-то в памяти осталась истина, а теперь пришла к нему.
Вспомнил Брюква, как дед ловко Льва подхватил, рот зажав ладонью, во двор вынес, одной рукой к земле прижал, а бороной ребенку череп размозжил, что тот и пискнуть не успел. А потом во двор выскочил вслед за Архипом. Да так шустро все обделал, что Архип и не заметил подставы этой.
Понял Брюква, что не убивал брата, это сил ему душевных придало. Впервые ощутил пустоту в груди от того, что креста на нем нет, подарка бабушки. И снимать нельзя с себя было, но и деда без него нельзя было хоронить. Куда ни кинь — всюду клин. Что креста на нем не было, то и дало ведьме над ним верх взять, когда он дом пытался второй раз сжечь.
«Ну, третий раз на счастье», — решает пошутить Брюква. Ножом вервии на парне разрезал, уложил его аккуратно на землю. Надо бы ему помочь, но пока недосуг — нельзя мешкать, это сейчас смерти подобно. Понимает, что хоть и сам он силой воли своей морок победил и чары развеял, да вот надолго ли?
Бежит Брюква к домику — спалить его наконец пока ведьма волками занята. Вбегает в дом, у стены вязанку хвороста для очага хватает и по дому рассыпает. Сел на корточки, сунул в огонь под очагом кусочек бересты, загорелась она. Поднимает очи от костерка, а в доме ведьма стоит и на него глядит. Без злости глядит, с немым укором и тоской. Протянула к нему руки, и стало ему вдруг дышать тяжело, как будто душат его. Ломанулся Брюква в дверь, толкает ее, а та не открывается.
«Эх, пропадать, так не за зря!», — решается он. Руки трясутся, кое-как он кусок бересты к хворосту протянул, что по полу рассыпан. Ведьма все руки к нему протягивает, пальцы скрючивает. Брюква уж и на пол повалился, но поджег несколько хворостинок, а кусочек бересты на кровать кинул, покрывало и занялось. Ну, все, дело сделано, дальше само разгорится.
Совсем у Брюквы в глазах темнеет уже, тут он последнюю волю в кулак собрал, схватил стул, что рядом с ним стоял, и швырнул его в алтарь из черепов. Попал, те только на кусочки мелкие раскололись, как брызги в разные стороны полетели.
Страница 22 из 23
