Отступник

И Мадлен больше не стало на острове.

Я поднял руку в воздух и легонько свистнул. Послышался трепетание, и затем в воздухе рядом со мной возник маленький фэйри, источая свет, который обычно собирался возле них, когда они летали. Я мог слышать жужжание его крыльев и почувствовал его положение благодаря интеллектусу острова. Это был не Тук-тук, но один из его подчиненных.

— Собери стражу вокруг этих двух, — сказал я, указав на Уилла и Джорджию. — Спрячьте их и попытайтесь уводить всех, кто будет приближаться.

Маленький фэйри дважды вспыхнул голубым светом в подтверждении приказа и растворился в темноте. Секундой спустя появилось две дюжины Ополчения, ведомых членом Стражи.

Тук и компания были надежными парнями — в их пределах. Это потребует их усилий. Но у меня не было другого шанса, чтобы помочь Уиллу и Джорджии в данный момент, а безумие все еще продолжалось. Поставить Маленький Народец на стражу может и не было надежной защитой, но это было все, что у меня было. Стоило надеяться на лучшее.

Я коснулся Предела Демона, чтобы узнать о Эбенизере и остальных, когда чувство чего-то чрезвычайно неправильного скрутило мой мозг и просочилась ручейками страха и ярости, опустившимися вниз по позвоночнику, которые мне не принадлежали. Я сфокусировался на источнике этих чувств и внезапно осознал грубое насилие над островом посетителем, которого он ненавидел. Посетитель сошел на берег в дальней стороне острова от Чикаго, и теперь быстро двигался сквозь деревья, оставляя позади себя полумертвое присутствие.

Мой брат.

Нааглошии двигался к Демону Предела.

Я стоял там без поддержки союзников, без большей части боеприпасов, и меня тошнило от ужаса, что перевертыш уклонился от битвы у доков и двинулся прямо к Башне Демона Предела.

К Молли. К Дональду Моргану. И двигался быстро.

Я опустил голову, нашел наибыстрейший путь на вершину холма и рванул в отчаянном спринте, молясь, о возможности отбить перевертыша от башни.

Глава 44

Пока я бежал, я пытался отследить ход сражения между Белым Советом и силами предателя, притащивших их на остров. Кем бы ни были те, кого он привел с собой, они по форме были далеки от людей и они были там повсюду. Силы Совета, совместно с Белой Коллегией, стояли полукругом на берегу, прикрывая тыл водами озера. Нападающие выстроились в три ряда, где они могли отступить и, вероятно, откуда совершали стремительные атаки через различные интервалы. Две человеческие фигуры, прибывшие первыми, стояли вместе в лесу, позади драки, и я почувствовал сильное разочарование.

Если бы я мог передать хоть слово Стражам, сказать им, где был предатель, они смогли бы произвести эффективную атаку, но я был вполне уверен, что это было невозможно. Если бы я воспользовался снова Маленьким Народцем, мне пришлось бы высвистеть некоторых из них и отправить их на задание, и всегда существует возможность, что они не найдут верную цель, чтобы указать на нее Совету с помощью фейерверков.

Затем, также, чародей представлял бы для Маленького Народца гораздо большую угрозу, чем вампир или серый костюм. Чародей был достаточно умен, чтобы скрываться в Совете годами, не раскрывая своих вероломных замыслов, он мог бы прихлопнуть Маленький Народец в воздухе, словно назойливых насекомых, убив их скопом. Независимо от того, осознавали они риск или нет, я не собирался отправлять их на это.

Но я должен был кое-что понять. Бой был не в пользу команды хозяев: в центре их оборонительной позиции на грязной земле дождь смешивался с кровью.

Я стиснул зубы от разочарования. Мне нужно было сосредоточиться на своем задании, ради моего брата. Если бы я сейчас прекратил двигаться, если бы я попытался помочь Совету и семье Лары выбраться из затруднительного положения, это бы стоило жизни Томасу. Кроме того, если Эбенизер, Слушающий Ветер, и Старейшина Мэй не могли сдержать атакующих, вряд ли я был бы способен сделать что-нибудь, что смягчило бы ситуацию.

Они должны справиться без меня.

Я не успел подняться к башне раньше перевертыша, но почти одновременно с ним. Полагаю, быть девятифутовым оборотнем с органами чувств ночного хищника и сверхчеловеческой силой было достаточно, чтобы превзойти даже мой союз с духом острова.

Учитывая знамение для конца вечера, это мало обнадеживало, но если бы я делал умные вещи каждый раз, когда обстановка становилась опасной, миру вероятно уже пришел бы конец.

Как оказалось, двигаться сквозь лес с идеальной уверенностью того, куда поставить ногу, значило двигаться в идеальной тишине. Я достиг края деревьев, и увидел перевертыша, поднимающегося с противоположной стороны холма. Я замер на месте, позади кустов и теней.

Ветер продолжил крепчать и стал холоднее, дуя с северо-востока в спину перевертыша. Это грозило бы существу, попытавшегося незаметно сесть ему на хвост, но давало мне небольшое преимущество: Вонючка не сможет обнаружить мой запах.