Книга «Столкновение» продолжает серию книг I.M.M.O.R.T.A.L., первой из которых является книга«Янтарь. Вирус бессмертия». Военные действия выходят на международный уровень, последствия которых навсегда меняют историю. Кто победит в этой войне, человеческий разум и боевые роботы, или невероятная живучесть и упорство носителей вируса? Не является ли это тем самым предсказанием о конце света, которое начало сбываться? Насколько дальновидны военные стратеги, применяя привычную им тактику? Не пора ли тем, кто еще не втянут в войну выбрать сторону победителей?
Добавить в моё избранное
309 мин, 34 сек 10408
Его интересовали только военные специалисты. Десятки отдельно спасшихся людей, подающих сигналы либо из городов, либо наоборот из стоящих на отшибе или потерянных в лесу домиков не интересовали его. Кроме того, такие сигналы постоянно исчезали. Говорили там на незнакомом ему языке, но очень приблизительно он понимал, что люди либо оказались взаперти, либо боятся высунутся наружу, узнавая ситуацию. Часть из них спасшаяся случайно, просила воды, еды и лекарств, другая кричала о повышенном радиоактивном фоне, но и те, и другие были обречены.
Старший Брат следил за ситуацией в мире. Судя по всему, в Африке семена Братства дали плоды. Найдено несколько погибших с характерными признаками иссушения. Италия и Испания, последние оплоты Европы сражались из последних сил, медленно отступая к морям. Их боезапасы и моральные силы были на исходе, а силы Братства еще не были исчерпаны и на треть, другая ситуация складывалась на восточном направлении, где люди успели подготовить оборону и имея невероятное количество боеприпасов, мало того, что сутки сдерживали Братство на широкой более чем сто километровой линии, но и сумели разбить волну несущих новую веру братьев. Это было недопустимо. Два направления на Италию и Испанию, за которыми он следил, уже были практически продавлены их святой верой, а вот восточное направление было оставлено без его внимания и в результате людишки, не понимающие величайшего блага, которого они пытаются избежать, радуются и ликуют, грозя им всем скорой расправой.
Дик сморщился. Он не испытывал особых чувств к чему бы то ни было, но остановить Братство, пользуясь тем что он отвлекся на другие направления, изредка корректируя атаки, было подло. Кроме того, недальновидные людишки считают, что сделали нечто невероятное, они ошибаются. Дик подозвал своих братьев, старших офицеров к бумажной карте, которую он возил с самого начала. Тыкнув на одного из них, он указал место, обвел его карандашом и указал стрелкой на восток, тыкнул в другого и указал ему другое место на карте, которое обвел кругом и оттуда также направил стрелками на восток. Указал на себя и начертил следующий круг на карте, и указал стрелкой еще дальше в том же направлении. Несколько секунд он смотрел на них, словно обмениваясь мыслями. Его верные помощники, с которыми он вышел из Зоны никогда не подводили его. Даже если он погибнет, любой из них заменит его и продолжит дело. Они слишком долго были вместе и думали как одно существо. Братья переглянулись и вышли из комнаты. Каждый из них знал, что нужно делать. Их задачи не отличались друг от друга, отличались только места ударов и места сбора армии. Проводив их взглядом Лука небрежно собрал карту и вышел. Через десяток минут десятки армейских машин и гражданских внедорожников двинулись из разных мест, разными дорогам прочь.
— Ну что, Петр Петрович, дорогой ты мой человек, — просиял высокий статный мужчина, в армейском, выглядевший лет пятьдесят, хотя в действительности являлся с ним одногодкой, более того они были выпускниками одного и того же военного училища. — Давай откупорим за победу!
— С удовольствием, Дмитрий Иванович, — отозвался Войтенко вставая с дивана.
Он находился в кабинете своего друга Самохвалова, одного из генералов армии. Штаб был расквартирован в Смоленске. Официальная поздравительная короткая часть была закончена несколько часов назад. В зале с трибуной перед камерами и фотоаппаратами отдувались другие, а они сидели здесь в уютном кабинете с приглушенным светом и собирались пригубить коньячку. Армия под командованием Самохвалова Дмитрия Ивановича скоро должна была переименоваться в Первую Роботизированную армию России и для этого сейчас готовились документы, устав, оснащение и кадры. Новые угрозы, новые ответы.
Дмитрий Иванович собственноручно разлил бархатный коньяк по рюмкам, больше напоминавшим стакан на ножке и подал своему другу и боевому товарищу. Без особых тостов они приподняли рюмки чокнулись и отпили по половине. Благодушно выдохнув коньячные пары Дмитрий Иванович, присел на один конец дивана, а Петр Петрович Войтенко на другой, довольно поправляя не существующие усы.
— А… все никак не отвыкнешь? — с усмешкой спросил Дмитрий Иванович.
— Никак не привыкну, — ответил ему в тон Войтенко, затем он пригубил еще немного и поднял глаза в высокий потолок, на котором висело несколько люстр, яркость которых была убавлена. — Хороший коньяк, — похвалил он, просматривая его на просвет.
— Скажешь тоже, хороший, — покровительственно произнес Самохвалов. — Из личной коллекции самого… — он указал пальцем наверх, не желая произносить фамилию.
— Да-а-а?! — удивленно поднял брови Войтенко и посмотрел на приятного цвета жидкость, словно вообще видел коньяк впервые.
— А то! — подтвердил Самохвалов.
Некоторое время они молчали, переживая величие момента. Войтенко незаметно для себя впитал весь фужер и теперь посматривал на товарища, который похоже умел пить хорошие напитки, и его тара была полна еще на треть.
Старший Брат следил за ситуацией в мире. Судя по всему, в Африке семена Братства дали плоды. Найдено несколько погибших с характерными признаками иссушения. Италия и Испания, последние оплоты Европы сражались из последних сил, медленно отступая к морям. Их боезапасы и моральные силы были на исходе, а силы Братства еще не были исчерпаны и на треть, другая ситуация складывалась на восточном направлении, где люди успели подготовить оборону и имея невероятное количество боеприпасов, мало того, что сутки сдерживали Братство на широкой более чем сто километровой линии, но и сумели разбить волну несущих новую веру братьев. Это было недопустимо. Два направления на Италию и Испанию, за которыми он следил, уже были практически продавлены их святой верой, а вот восточное направление было оставлено без его внимания и в результате людишки, не понимающие величайшего блага, которого они пытаются избежать, радуются и ликуют, грозя им всем скорой расправой.
Дик сморщился. Он не испытывал особых чувств к чему бы то ни было, но остановить Братство, пользуясь тем что он отвлекся на другие направления, изредка корректируя атаки, было подло. Кроме того, недальновидные людишки считают, что сделали нечто невероятное, они ошибаются. Дик подозвал своих братьев, старших офицеров к бумажной карте, которую он возил с самого начала. Тыкнув на одного из них, он указал место, обвел его карандашом и указал стрелкой на восток, тыкнул в другого и указал ему другое место на карте, которое обвел кругом и оттуда также направил стрелками на восток. Указал на себя и начертил следующий круг на карте, и указал стрелкой еще дальше в том же направлении. Несколько секунд он смотрел на них, словно обмениваясь мыслями. Его верные помощники, с которыми он вышел из Зоны никогда не подводили его. Даже если он погибнет, любой из них заменит его и продолжит дело. Они слишком долго были вместе и думали как одно существо. Братья переглянулись и вышли из комнаты. Каждый из них знал, что нужно делать. Их задачи не отличались друг от друга, отличались только места ударов и места сбора армии. Проводив их взглядом Лука небрежно собрал карту и вышел. Через десяток минут десятки армейских машин и гражданских внедорожников двинулись из разных мест, разными дорогам прочь.
— Ну что, Петр Петрович, дорогой ты мой человек, — просиял высокий статный мужчина, в армейском, выглядевший лет пятьдесят, хотя в действительности являлся с ним одногодкой, более того они были выпускниками одного и того же военного училища. — Давай откупорим за победу!
— С удовольствием, Дмитрий Иванович, — отозвался Войтенко вставая с дивана.
Он находился в кабинете своего друга Самохвалова, одного из генералов армии. Штаб был расквартирован в Смоленске. Официальная поздравительная короткая часть была закончена несколько часов назад. В зале с трибуной перед камерами и фотоаппаратами отдувались другие, а они сидели здесь в уютном кабинете с приглушенным светом и собирались пригубить коньячку. Армия под командованием Самохвалова Дмитрия Ивановича скоро должна была переименоваться в Первую Роботизированную армию России и для этого сейчас готовились документы, устав, оснащение и кадры. Новые угрозы, новые ответы.
Дмитрий Иванович собственноручно разлил бархатный коньяк по рюмкам, больше напоминавшим стакан на ножке и подал своему другу и боевому товарищу. Без особых тостов они приподняли рюмки чокнулись и отпили по половине. Благодушно выдохнув коньячные пары Дмитрий Иванович, присел на один конец дивана, а Петр Петрович Войтенко на другой, довольно поправляя не существующие усы.
— А… все никак не отвыкнешь? — с усмешкой спросил Дмитрий Иванович.
— Никак не привыкну, — ответил ему в тон Войтенко, затем он пригубил еще немного и поднял глаза в высокий потолок, на котором висело несколько люстр, яркость которых была убавлена. — Хороший коньяк, — похвалил он, просматривая его на просвет.
— Скажешь тоже, хороший, — покровительственно произнес Самохвалов. — Из личной коллекции самого… — он указал пальцем наверх, не желая произносить фамилию.
— Да-а-а?! — удивленно поднял брови Войтенко и посмотрел на приятного цвета жидкость, словно вообще видел коньяк впервые.
— А то! — подтвердил Самохвалов.
Некоторое время они молчали, переживая величие момента. Войтенко незаметно для себя впитал весь фужер и теперь посматривал на товарища, который похоже умел пить хорошие напитки, и его тара была полна еще на треть.
Страница 82 из 87
