Erratum

Дни тянулись, а они все шли и шли дальше, и никакого колодца и в помине не было. Грерия готова была уже предложить попробовать спуститься по первой подвернувшейся им шахте, рискуя заблудиться, потому что никто из них не знал схемы проходов, но она понимала, насколько невыносимо будет подобное предложение для крылатого. Он не согласился бы ползти по неизвестным ему норам даже ценой бесконечного блуждания по раскаленной пустыне. Лосло так и не вернулся с тех пор, как ушел, и Грерия гадала, попался ли он ангелам, и те убили его, или же его сожрал какой-нибудь обычный недружелюбный василиск.

Самаэль, бредущий в нескольких шагах впереди, рухнул на колени, а затем и вовсе упал лицом в песок. Грерия насколько могла быстро подошла к нему, отвязала бурдюк с водой, повернула падшего, смочила ему губы, а потом пролила несколько капель в жадно раскрытый рот.

— Самаэль, напейся, а потом подымись в воздух и посмотри, где мы — я никуда от тебя не денусь, ты всегда успеешь меня нагнать, — почти со слезами на глазах проговорила она.

— Где Лосло? — Вместо ответа спросил он, делая очередной глоток.

— Лосло не вернулся.

— Что ты сделала с ним? Если я взлечу, что ты сделаешь со мной?

Грерия покачала головой: слишком сильно его слова напоминали безумие. Возможно, он получил тепловой удар и теперь не понимал, что происходит?

— Что с тобой? — Прошептала она, проводя рукой по его смуглому лбу.

— Схожу с ума. — Ответил он, и Грерия невольно вздрогнула. — Я не могу взлететь.

— Что? Почему? — Она почти лишилась дара речи и смотрела на него круглыми от удивления и недоверия глазами.

— Я повредил крылья о стену, когда пытался прорваться за тобой.

— О боже, нет, — простонала она.

— Не упоминай это имя, — скривился он.

— В другой раз согласилась бы, но сейчас, как по мне, самое время. — Возразила Грерия.

— Ты могла бы уже бежать, почему ты сидишь со мной и поишь меня водой. Боишься умереть? — Усмехнулся он, но ухмылка вышла жалкой.

— Нет, — Грерия покачала головой, — не знаю.

— Не лги, — он потянул руку, чтобы взять ее за подбородок и снова развернуть к себе.

— Я не лгу, Самаэль, чтоб ты сгорел, — она опустила глаза, извиняясь за привычное выражение, такое пугающе натуральное в настоящий момент. — Мне не все равно, что с тобой, почему-то, как-то… — Она замялась, сама не понимая, что с ней происходит. Откуда в старой бессердечной ведьме родились эмоции, такие как сострадание, жалость, и что-то такое нежное и щемящее в душе, когда она смотрела на него.

— Грерия, — прошелестел он потрескавшимися губами, — если бы ты не была тысячелетней ведьмой, может, я и поверил бы тебе, а так — извини.

Грерия только молча кивнула, незаметно смахивая невесть откуда взявшуюся слезу.

— Что это была за магия, там, у стены? — очередным вечером спросил он, укладываясь на сон.

— Какая магия? — Оторвала Грерия голову от бурдюка, который использовала, как подушку.

— Что позволила тебе преодолеть стену?

Вот они и подошли к теме, на которую она не хотела говорить.

— А демоны — как это глупо было с твоей стороны выпустить их. Хотя, ты, наверное, чего-то от них хотела, верно? — Самаэль почти не сомневался, что угадал.

— Я заключила сделку с Небиросом, — проговорила она, отвернувшись в другую сторону, не в силах смотреть на Самаэля.

Грерия не увидела, а ощутила спиной, как он поднялся над землей и настороженно смотрит на нее.

— И в чем была суть сделки? — Спросил чужой отстраненный голос.

Она предпочла бы никогда не вести подобного разговора. Сейчас ей ее сделка казалась предательством, в частности, из-за того, что Небирос обещал разобраться с Самаэлем, и она тогда прекрасно отдавала себе отчет в том, чем это разбирательство закончится, и спокойно шла на подобное. Но, в конец концов, Самаэль вел ее не на прогулку — напомнила она себе, и совесть ее подумолкла.

— Моя свобода в обмен на свободу демонов, — произнесла она.

— Недорого, — по интонации она поняла, что он вздохнул с облегчением, и, обернувшись, увидела, что в его взгляде скользит издевка.

— Постой, — крылья его дрогнули за спиной. — А что означала эта свобода?

Грерия опустила глаза в землю.

— Он разбил твою сферу? — Со священным ужасом произнес Самаэль.

— Да. — Ответила Грерия, не подымая глаз.

— Ты хоть понимаешь, что это значит?

— Не до конца. — Она, наконец, осмелилась взглянуть на него. — Я пришла сюда, но никогда отсюда не выходила, если ты понимаешь, о чем я.

— Да уж, ты и о слоях знаешь по книгам, — хмыкнул он, а затем снова неверящим взглядом уставился на нее.

— Грерия, ты хоть понимаешь, что ты на самом деле свободна? Свободна от ужасов ада.